Они были два родных брата, усыновленные одной супружеской парой. Они учились у нас, один в «началке», другой – в средней школе. В принципе, таких семей немало, здесь нет чего-то особенного. На первый взгляд, нет. Но шло время. Молодая супруга в этой семье, все-таки осознавая, что по-женски здорова, хотела реализовать свое материнство (где-то ее можно понять и слабое оправдание у нее, наверное все-таки, есть, момент спорный, во всех отношениях) и искала варианты родить своего (биологически родного) ребенка. И, как ни странно, у нее все получилось (на стороне) и более того, отец этого ребенка сделал ей предложение и она, быстро оформив развод, уезжает с новым избранником и своим родным ребенком строить светлое будущее. Оставшись один (назовем его Макс) с двумя мальчишками, усыновитель понимал, что после развода семья приобрела статус «неполной семьи» и службы социальной опеки не оставят их в покое, в неполной семье усыновленные дети…. Причем, единственный родитель – отец! Здесь вопросов больше, чем ответов! В школе начинают замечать, что забирать детей приходит молодой человек, который представляется «папой». Но, позвольте, у этих детей уже есть папа и это совсем другой папа. Тогда администрации было разъяснено уже новой супружеской парой (да, да - супружеской, они слетали в Швецию и зарегистрировали свой брак по закону. Правда не в РФ), что в данной семье нет мамы, но есть 2 папы. Что? Это как? Два папы, это как? А, что с законом? Ситуация подвисла. Наш Макс оказался нетрадиционной ориентации, о которой по молодости он, видимо не сильно догадывался. С возрастом «природа» взяла свое. И процесс пошел. Дети рассказывали в школе одноклассникам, что у них папа-папа и мама- тоже папа. Школа потеряла покой вообще. Надо было что-то делать. А что можно сделать в такой ситуации? Даже формально предъявить что-то этому Максу школа не могла. Он – финансовый аналитик в крупной корпорации с двумя «высшими» образованиями. Финансовая составляющая зашкаливает. Ухоженные дети, младший из которых серьезно болен, имеет не один диагноз. Лучшие врачи в лучших клиниках. Есть няня, репетиторы у каждого из мальчиков, гувернантка содержит в порядке дом. Даже на выходные они могли полететь в Ниццу покупаться на Лазурном берегу. Что еще надо то? Но закон работает, еще как… И когда силовые структуры (Следственный комитет, Роспотребнадзор, опека, прокуратура) превратили их жизнь в кромешный ад. Они успели купить тур во Францию и оттуда уже перебраться в Штаты на ПМЖ. Наши официальные лица шли по пятам, но совсем чуть-чуть не успели. И слава богу, дети - то в чем виноваты? У такого рода меньшинств очень сильные диаспоры и в Европе, и за океаном, они оказывают всяческого рода помощь и поддержку. Дети ходят в школу в Лос-Анджелесе, свободно лопочут на английском. У этой истории благополучный конец, если б не одно «но». В Москве осталась старенькая мама Макса, она осталась совсем одна, очень привязана была к этим мальчишкам, считала их своими внуками. Она – коренная москвичка в 10-ом поколении, она отказалась ехать в далекую Америку… «на старости лет Родину не меняют». Макс, конечно, обеспечивает ее всем необходимым, каждый день на «созвоне»…, но сердце матери болит! Она живет в соседнем со школой доме, иногда случайно встречаемся, видно, что переживает и всегда благодарна, что школа не чинила преград и не создавала проблем, а отнеслась с большим пониманием к такому деликатному делу. Передает нам от них приветы… Школа отписывается в органы до сих пор...