В ожидании приема у врача сидели двое. Муж и жена. Жена похожа на пантеру; чёрная, изысканно-худая, с чёрным блестящим шлемом волос. Или на кошку аристократической породы похожа. На очень злую кошку. Чуть не шипит на мужа, выпустив когти.
Из-за какого-то бытового пустяка они ссорились. Ключи потерялись. И чьи-то родственники, то ли мужа, то ли жены, не отдают долг.
Жена-кошка шипит на мужа. А муж похож на злого медвежонка. Толстенький, коренастый, лобастый, с угрюмым взглядом маленьких глазок. Так злобно ими сверкает на жену! И мрачно голову наклонил. Отрывистым басом ругается. Как рычит по-медвежьи…
Врач вышла и сказала, что дела плоховаты. Весьма. Чего, мол, я и опасалась. Надо ещё дождаться результатов анализов и исследований, но операция будет нужна. Однозначно.
И ещё врач тихо говорила что-то с серьёзным и тревожным лицом. Она говорила про злого медвежонка, но обращалась к жене-пантере. Ей поясняла опасность положения. Потом дала кучу бумаг и ушла.
И жена обняла своего мужа изо всех сил, длинными изящными руками. Сильно-сильно обняла и всхлипнула. Заплакала тихонько. А медвежонок стал другим, добрым и сильным.
Он тоже обнял жену и стал гладить по гладким чёрным волосам нежно. И тихонько любовно ворчать; мол, не надо плакать! Ну чего ты? Все будет хорошо. Ничего страшного абсолютно. Не плачь, милая! Тише, тише…
Так они сидели, обнявшись. Куча бумаг с направлениями и анализами лежала рядом на сиденье. Бедный больной медвежонок и его кошечка-жена…
Ну почему нельзя всегда помнить про то, что мы не навечно вместе? Про то, что мы уязвимы и ранимы. Про то, что близкий такой хрупкий… Как мы. В точности как мы…
Ключи, долги, родственники - это всегда было и будет.
А любимый рядом - не всегда.
И хорошо бы почаще вспоминать про это, почаще. Даже когда ссоримся. Это неизбежно - ссоры. Но и разлука тоже неизбежна…
Анна Кирьянова