Насиба предложила:" А что если тебе в день снятия блокады пойти в такое место, куда может вернуться Вера? Только вот я не знаю какое это место. Ты подумай сама об этом.
Катя обрадовалась, заговорила быстро:
- Как здорово! Мне нравится эта идея, я подумаю. Но ведь мы не виделись больше десяти лет, как же мы узнаем друг друга? Вере сейчас 21 год.
- Об этом я тоже подумала. Есть два варианта. Ты можешь написать табличку « Ищу сестру Веру Петрову». Будешь держать её в руках, так иногда делают, когда надо найти человека.
Катерина обняла свою вторую маму:
- Как мне повезло, что у меня ты есть, мама Насиба. Спасибо тебе за всё-всё, что вы для меня сделали с папой.
- Доченька, ты лучше не начинай, а то я разрыдаюсь. Как вспомню тебя в рваном платье, в старом пальтишке с чужого плеча на вокзале, даже снишься мне иногда в таком вот виде до сих пор. Хватит об этом.
- Ладно, не буду. Ты только не плачь, ведь всё теперь хорошо! А какой второй вариант, кроме таблички, можно сделать?
- Второй ещё проще. В руках надо держать такую вещь, которую Вера хорошо знает.
- Так разве это проще? – удивилась Катя, - у меня ведь ничего не осталось из Ленинградских вещей.
- Разве совсем ничего не осталось?- лукаво усмехнулась Насиба.
Лицо Кати осветила счастливая улыбка:" Ты про моего Потапыча?"
- Ну конечно! Я уверена, что Вера его точно помнит, ведь ты его из рук не выпускала. Так что забирай его в этот раз с собой в общежитие. Уверена мишка тебе поможет.
Как только девушка вернулась в Ленинград, она стала обдумывать то место, куда могла прийти Вера. Вскоре Катя вспомнила старое Пискарёвское кладбище, основанное ещё до войны, где было захоронено большинство блокадников и где возможно мама похоронила их бабушку. С этого времени дважды в год, 27 января и 9 мая, Катерина стала ездить туда. Она бродила почти весь день, оставляя цветы то на одной , то на другой могилке.
Наступил очередной день Победы. Ленинградцам повезло с погодой, солнце светило с утра, играя золотыми бликами на куполах храмов города. Девчонки, живущие в одной из комнат студенческого общежития, собирались на праздник. А Катерина как всегда взяв букет, купленный заранее, намечала поездку на Пискарёвское кладбище.
- И не надоело тебе в праздник среде могил гулять? Уже третий год едешь? – ворчала вечно чем-то недовольная Соня.
- Пошли лучше с нами гулять, - добавила улыбаясь Маша.
- Как вы не понимаете, девочки? Я ищу свою сестру, единственного родного человека на всей земле, - возмутилась Катя.
- Да понимаем мы, - перебила её самая рассудительная из всех четверых Александра,- Просто жалко тебя, ходишь-ходишь, а толку нет.
- Ну не могу я не ходить и веселиться с вами тоже не особо хочу. Вы ведь приезжие, блокаду не пережили. А мне до сих пор замёрзшие трупы на улицах города снятся. Бабушка снится в пустой комнате, что лежала мёртвая два дня, пока мама санки искала.
- Не понимаю, почему в пустой комнате,- удивилась Маша?
- Потому что всю мебель мы сожгли, отопления не было, а зимы здесь всегда холодные.
- Ладно, Катя, не обижайся, мы же все далеко жили от фронта, да и маленькие были. Мы всё понимаем. Раз хочешь идти, значит иди, - погладила по плечу её Александра.
Девчонки убежали первыми. Катя, завернув букетик в газету, вышла из комнаты после них. Часа четыре она ходила по кладбищу, изредка поднимая повыше табличку с надписью « Ищу сестру Веру Петрову». Наконец она устала, спрятала табличку в сумку, медленно направилась к выходу. И вдруг когда девушка прошла несколько метров, её кто-то негромко окликнул:
- Катюша – это ты?
От неожиданности Катя вздрогнула, голос показался незнакомым.Она посмотрела на молодую женщину, одетую в платье в мелкий горошек, через которое виднелся небольшой животик. Она шла ей навстречу и держала цветы.
- Вера?! – спросила девушка, не веря своему счастью.
- Катюша, солнышко моё, наконец-то я тебя нашла. Сколько лет тебя ищу уже, все глаза выплакала.
Они обе плакали, обнимались, смеялись от радости, снова плакали. Наконец буря эмоций слегка унялась, сестры поехали к Вере домой.
Пока ехали говорили без умолку. Катя рассказала, как умерла мама, как она оказалась в далёком Ташкенте, а Вера – как узнала о смерти мамы по документам, как погиб отец за пять дней до окончания войны. У обеих опять блеснули слёзы.
Вдруг Катя резко повернулась к сестре:
- Подожди, Верочка, а как ты меня узнала? Я ведь уже убрала табличку с твоим именем.
- Никакой таблички я у тебя не видела, зато в руках ты держала Потапыча. Как я могла не узнать твою саму любимую игрушку детства?
- Ох ты! Как права оказалась мама Насиба, когда подсказала взять его.
- Какая Насиба? – не поняла Вера.
- Это моя вторая мама, она там в Ташкенте живёт. Я потом тебе всё расскажу подробнее.
- Конечно, расскажешь. Тем более, что я тебя теперь никуда не отпущу. И муж мой и Серёженька и я – всегда будем рядом с тобой.
- Какой Серёженька? – переспросила Катя.
- Мой будущий сынок, - Вера погладила свой животик, - сказали будет мальчик. Мы решили в честь нашего папы назвать его Сергеем.