Егор Леонидович отхлебнул из чашки, поморщился. Ему сегодня надо быть в тонусе, вот и заварил чай покрепче.
«Скоро приедет Наденька», - думал он, и тихая радость приятно разливалась по телу. В такие минуты старик чувствовал себя живым, как никогда. Сердце колотилось в груди, тело звенело счастьем, голова была абсолютно ясная. Все мысли его были заняты приездом дочери.
«Как же я соскучился, как же давно мы не виделись! – думал он, - может принять её предложение и переехать? Но как же я не хочу их стеснять! Большая семья, а квартирка- то… Наденька, Надюша! Я помню всё, как будто это было вчера…»
_______
Рядовой Егор Теплицын сидел в кузове автомобиля с брезентовой крышей и сосредоточенно смотрел на дорогу. Вокруг то и дело взрывались снаряды противника.
«Только бы пронесло… - думал он, - только бы не задело…» Этот путь им нужно было преодолеть во что бы то ни стало. У него важное сообщение для руководства. А сейчас самый опасный участок дороги. С двух сторон по пути то и дело попадались убитые жители окрестных деревень.
Егор спокойно смотрел на трупы солдатов, привык. Смерть была повсюду, война – страшная вещь. Но каждый раз, при виде мертвых баб, детей, стариков, сердце его сжималось. Сейчас он старался сосредоточиться на задании.
Водитель пытался ехать быстро, надо было проскочить опасный отрезок. Дорога была плохая, на колдобинах сильно трясло.
Вдруг внимание Егора что-то привлекло.
- Тормози, тормози! – повернувшись, закричал он водителю.
Спрыгнув, Егор побежал от обочины куда-то вглубь поля.
- Ты что, ненормальный? Куда рванул? – зычно кричал ему вслед шофёр.
Но Егор не слышал его. Где-то рвануло, он инстинктивно пригнулся и на четвереньках подполз к трупу молодой женщины. Красивая, чёрные густые волосы, она лежала на спине, раскинув руки. А рядом младенец. Живой. Ёрзает, пищит, ищет мамкину грудь. Опять взрыв.
«Твою мать», - успел подумать Егор, схватил ребёнка и побежал к машине.
Володька, водитель, резко рванул с места, сильно матерился.
- Зачем?! - негодовал он, - мы сами на волоске от смерти! Он всё равно не жилец! Куда его? Сиську свою ему дашь?
- У госпиталя корова была, - отвечал Егор, - нам бы только до базы добраться!
- Взорвали корову! Нет молока! – голос водителя заглушали взрывы снарядов.
- Володь, ты езжай просто… - тихо, как будто сам себе, говорил Егор.
- Бл…, чего ж он так орёт! – не унимался шофёр.
- Голодный, скажи, вот и ору, – шепотом разговаривал Егор с ребёнком, неумело пытаясь его укачивать, - неужели ж дядька бросил бы тебя одного в поле помирать? Какие глазища-то у тебя чёрные, шевелюра! – пытался уболтать он младенца, чтобы тот хоть чуть-чуть успокоился.
Но ребёнок всё кричал. Истошно, до хрипоты. Под звуки взрывающихся снарядов это казалось невыносимым.
Егор судорожно оглядывался по сторонам: банка консервов, кусок сала и сухарь… Нечем кормить, нечего дать…
Он достал нож. Ещё раз взглянув на орущего младенца, оголил себе запястье и сделал надрез. Тёплая кровь струйкой хлынула из раны. Егор прислонил губы ребёнка к пульсирующему разрезу. Ребёнок жадно ел.
- Что там? – доносился володькин крик из кабины, - почему он затих?
Ему не ответили.
_______
Егор Леонидович подумал, что надо бы поторопиться с чаепитием. Ведь к надиному приезду нужно ещё успеть подмести.
«Настасья с самого утра бы уже хлопотала по дому, суетилась, волновалась, меня бы подгоняла. – думал старик, - Ох, Настасьюшка, как жалко, что не дожила ты… Я без тебя как птица без крыла…»
_______
-Егор! – окликнула его весёлая медсестра с озорными зелёными глазами, - пацанёнок твой девчонкой оказался! - она весело рассмеялась, - да не переживай ты, молоко нашли, вон какая прожорливая! Ест за троих, вес набирает! Хороший ребёнок, живучий!
Егор обнял девушку, ласково прижал к себе.
-Закончится война, заживём! – шептал он её на ухо.
Девушка мягко улыбалась, отвечая на поцелуй.
_______
Егор Леонидович поднялся со стула и намочил под краном тряпку.
«Нужно вытереть пыль с портретов» - подумал он.
Старик зашёл в комнату и взял со стола рамку с большой фотографией. Он любил подолгу разглядывать лица на фото: вот улыбающаяся Настасья, глаза так и горят. Вот сам он, Егор, строгий, сосредоточенный, но такой счастливый. И с двух сторон держат они весёлую щекастую девчонку, со сбившимся набекрень бантиком. Это Наденька, тот самый выживший младенец, спасённый Егором от неминуемой смерти. Они удочерили её сразу после войны, как только поженились. А это – их первая семейная фотография.
Звонок в дверь отвлёк старика от воспоминаний. Шаркающей походкой он заторопился к двери.
На пороге стояла красивая женщина с чёрными глазами и густыми вьющимися волосами, и лучезарно улыбалась.
Сердце Егора Леонидовича ёкнуло и наполнилось радостью, теплотой и любовью.
«Ради этих моментов стоило пройти войну» – думал он, обнимая дочь.
Если вам понравился рассказ, ставьте лайк, подписывайтесь на канал