-Пойдем, доча, покурим что ли с тобой. Ну а коли не куришь, так рядышком посиди, передохни, работа то у тебя тяжелая шибко, пусть хоть спина разогнется у тебя.
-Курю я, пойдемте.
-От ить зараза то какая, никак от неё не отвяжешься. Уж сколь годов курю, все бросить хочу, и ведь кажный день бросаю, бычок то в мусорку, раз по 10 на дню. Воротить бы все назад, сроду бы эту гадость и в рот то не взяла, да вот не ворочается времечко- то. Уж старуха совсем, перед внуками стыдно, прячусь от них, чтобы не видели, что бабка у них смолит как паравоз, и руки пожелтели от никотина-то, и зубы, как их не шоркай, а все одно страшные стали.
Ты, доченька, бросай эту гадость-то, пока молодая, не нужна она тебе. Сейчас папирос-то всяких полно, и с запахами, и со вкусами, а все равно яд это. Да и денег сколь на это уходит. Да и с этими вкусами папиросы еще опаснее, чем простой табак.
Я вот помню, бабка моя, так она всю жизнь, один беломор курила. Под старость лет так вообще папиросу изо рта не выпускала, одну от другой прикуривала, по ночам курить вставала, говорила, что организм требует, а ведь бросила, вот как есть бросила, прям в одну минуту, так после этого и глядеть не хотела на курево, не то, что самой курить. Так после этого еще сколь лет прожила, 3 года до сотни не дотянула. Мать мою уж схоронили, а бабка уж после умерла.
-Интересно, а что же она так резко курить- то бросила?
Ой, там и смех, и грех. Начало нулевых уже было, 2003 год. Она у нас уже старая была, 85 год ей шёл. А сама себя обихаживала, с матерью моей уже жила, деда как схоронили, так её мать к себе перевезла, а мы с мужем в бабкин дом перешли жить. Бабка моя еще и матери во всем помогала, обе уж на пенсии были, только бабка -то поздоровее матери была, не смотри, что пол войны прошла, мать -то мою на бабку оставила, да следом за мужем своим и ушла на фронт. Санитаркой работала, солдатикам помогала, там и курить начала. Застудилась вся, родить больше не смогла, одна мать у нее и была. Люди-то сирот понабрали, а она-нет, сказала, раз бог своих боле не дал, чужих не надо.
А тут простыла где-то, да так сильно, что к смерти гнало её. Совсем уж помирать собралась. Кашляла страшно, того и гляди, что легкие выплюнет, с кашлем -то. Сидит мать моя у постели её, плачет, хоронить уж собирается. Да какой помирать-то! В больницу её увезли, лечить начали. Просвечивали все нутро, и легкие, и живот, так в легких на рентгене и нашли пятно какое- то странное.
Долго её тогда лечили. Сначала думали, что туберкулез. Анализы сдала- нет, не он. Думали врачи-то, думали, ей уж и легче маленько стало, домой начала проситься. А тут нас всех и огорошили, что жить нашей бабке осталось- шиш да маленько. Рак у ей нашли. Ну и выписали её домой.
-Умирать выписали?
-Да типун тебе во весь язык, и еще немного. Не умирать. Сказали, обследование другое проходить, анализы разные сдавать. А напоследок доктор, тоже уже дед старый, сказал, что если пожить ещё немного хочет, то курить непременно надобно бросить. Она в больнице -то пока лежала, и не курила, ходить в курилку-то далёко, а палате нельзя, да и тяжело ей было ходить-то.
Вышла мать моя с бабкой за ворота больницы, а там рядышком киоск табачный стоит. Это сейчас супермаркеты разные, там все можно купить, а давеча-то не было их, маркетов этих, ларёчки махонькие стояли, там и хлеб, и сигареты, все было.
-И что, начала снова ваша бабушка курить?
-Да нет. Она, словно молодая, со всех ног к ларьку побежала, купила пачку папирос-то. Ты наверное и не помнишь, что такие были, не видела их.
Беломорканал назывались. Ох, и ядреный табак в них был. Там табаку-то на пол папиросы было, а остальное навроде нынешнего фильтра, только без фильтра. ПальцАми зажимаешь плотную оболочку, и куришь, а дым этот до самых легких продирает, а то и глубже идет. С непривычки- то кашляешь шибко после них.
Купила она папиросы -то, сунула одну в рот, и только спичку поднесла, так как раскашлялась, и остановиться не может. Постояла, покашляла, полегчало. Она снова прикуривать- и опять кашлять. И вот так в третий раз , а все никак, кашель-то душит. Постояла она маленько, подумала, да и выбросила свои папиросы в урну. И вот с того дня папиросу больше и не поджигала. Только иной раз, когда совсем невмоготу станет, сунет папиросу в рот, и ходит с ей пол дня, не поджигая. Мать-то моя поначалу пряталась от неё, в сарай курить бегала, так бабка ей сказала, не майся дурью, не застужайся, сама старуха уже, а прячешься, как девка молодая. Садись мол, да кури в сенках-то, как раньше. Да не бойся, я не соблазнюсь, не буду курить, жить -то хочется. Так и не курила больше ни разу. Сядет иной раз с матерью-то моей, мать курит, а бабка дышит, нюхает, и словно сама покурила.
-Так а рак-то что? Вы говорите, что до 100 лет немного не дожила, неужели столько лет боролась с болезнью?
-Ааааа, рак -то? Так и не было никакого рака. Ошиблись врачи-то. Повторное обследование прошла, а там все чисто, словно и не было ничего, и даже не видно, что столько лет курила. Она на радостях- то снова к ларьку, за папиросами, да одумалась вовремя, не купила.
Это, говорит, наверное знак свыше был, чтобы я эту гадость выбросила, от соски этой несчастной избавилась. А вдруг да вернется зараза-то, коли курить снова начну?
Так и дожила остаток жизни, не подкурив папиросу. Мать-то моя в 2008 померла, а бабка в 2015 году. А вот что странно, зубы почти все свои были, до последнего без очков газету читала, в огороде все делала, ни минуточки не сидела. Правнуков сама нянчила, даже пра-правнучку увидела. У нас в семье девки-то все ранние, как по заказу, в 19 лет рожают. Мы и бабки молодые, и матери не старые.
Вот так-то, доча, жить захочешь, не так раскорячишься, и курить можно бросить, если очень захотеть. Только мне пока не хочется, вот и не бросаю. А ты бросай, обязательно бросай, не нужна тебе эта зараза, лучше шоколадки ешь, и будешь толстенькая да здоровая.
Эту историю я услышала от своей клиентки. Очень активная бабушка, и действительно, курит очень много и часто. Каюсь, я тоже курящий человек. Умом понимаю, что нужно бросать, но до дела пока не дошло. Пока мы были на перекуре, бабушка поведала эту историю, ну а я, в свою очередь передала её вам, на диалекте, максимально близком к оригиналу.
Три страсти деда Ивана. Женщины.
Протянув руку помощи не забудь увернуться от пинка благодарности.
Кладбище вдоль дорог. Зачем ставят памятники на месте аварий.
Я знаю, что курение вредит здоровью, курение убивает, в этом рассказе я никоим образом не пропагандирую курение. Это просто рассказ, как и другие мои рассказы. Убедительная просьба, не разводите в обсуждениях склоки, не ссорьтесь, и не используйте нецензурную брань.
С вами как всегда, Язва Алтайская.