Вы наверняка заметили, что в России повсеместно устанавливают камеры видеонаблюдения: на дорогах, торговых центрах и домах. По такому цифровому следу можно отследить буквально каждый шаг жителей.
При этом большое число камер управляется коммерческими организациями. Например, их камеры определяют лицо человека у подъезда: это житель дома или посторонний. Значит ли это, что компании собирают и обрабатывают биометрические персональные данные без согласия владельцев и тем самым нарушают закон?
Еще недавно ответ на этот вопрос вызывал сомнения. Зато сейчас всё понятно: судебная практика пошла вслед за разъяснениями Роскомнадзора от 02.09.2013 «О вопросах отнесения фото- и видеоизображения, дактилоскопических данных и иной информации к биометрическим персональным данным и особенности их обработки» (http://docs.cntd.ru/document/499043073). В них Роскомнадзор указывает на так называемое «открытое наблюдение» в общественных местах. Если камера слежения не оборудована программой установления личности человека, то видеозаписи с неё НЕ могут считаться персональными данными.
По этой причине суд отказался удовлетворить иск Алены Поповой, которая требовала удалить её биометрические данные с камер видеонаблюдения (https://www.cnews.ru/news/top/2019-11-26_sud_razreshil_vlastyam_snimat), и признать коммерческие компании, использующие видеодомофоны с функцией face recognition («распознавание лиц»), операторами биометрических персональных данных. Последнее решение суд мотивирует тем, что в таких видеодомофонах алгоритм распознавания лиц сравнивает запись с видеокамеры и фотографию, предоставленную пользователем во время регистрации. Получается, что алгоритм не собирает данные без разрешения, а проверяет наличие или отсутствие совпадений с уже предоставленными данными.
Закрепим информацию: там, где программа в оборудовании не идентифицирует гражданина здесь и сейчас, закон о персональных данных не работает. Так что подписанное разрешение на съёмку тоже не требуется.