- Маска надеваем! - объявил наш водила после того, как маршрутка пересекла административную границу Чечни и Дагестана. Это выглядело так удивительно: ездить не пристегнутым тут норм, а вот без маски - нельзя. И это притом, что с учётом местного стиля вождения вероятность стать жертвой ДТП намного больше, чем пострадать от чумы.
Первым дагестанским городом на этом пути оказался Хасавюрт. Казалось бы, обе республики расположены совсем рядом, в них схожие климатические условия, однако выглядят они совершенно по-разному. После чеченской строгости, в глаза бросается дагестанский хаос. На фоне вылизанного Гудермеса, который мы проехали насквозь, соседний Хасавюрт выглядел каким-то пыльным и неухоженным. В нем всюду стояли какие-то самострои, а обилие различного рода несогласованных вывесок и рекламы лишили его понятного архитектурного облика (если, конечно, подобные рассуждения вообще тут уместны). Проехав от кубанского Краснодара по восточному склону кавказского хребта через ставропольские минеральные воды, Кабардино-Балкарию, Северную Осетию и Чечню, я выехал к Каспийскому морю и оказался в самом южном городе нашей страны - Дербенте.
Отсюда рукой подать до границы с Азербайджаном, а по Каспию всего 290 км до казахстанского города Актау, расположенного в аккурат на противоположном берегу.
История Дербента насчитывает более двух тысяч лет. Он был основан как крепость и порт на Каспии ещё в доарабский период и успел побывать в составе Арабского халифата и Персии, а впоследствии перешёл к России. Город имел важное торговое значение для Закавказья и Передней Азии, поскольку через него проходил Великий Шелковый путь.
Остатки местной крепости Нарын Кала сохранились и до наших дней.
История гласит, что раньше стены крепости выступали прямо в воды Каспийского моря, что делало невозможным проход по мелководью для врагов. С тех пор Каспий заметно отступил. На территории крепости частично сохранились ханский дворец, несколько подземных водохранилищ, одно из которых по мнению ряда историков когда-то было христианским храмом, подземные тюрьмы (зинданы), и бани.
У подножия крепости расположен старый город. Его дух и архитектура напомнили мне подобный исторический район Ичери Шехер в Баку, до которого отсюда тоже относительно недалеко. Как в самой крепости, так и в старом городе сохранилось наследие арабских времён в виде барельефов с текстами на фарси и соответствующей архитектуры. И если на территории крепости учрежден музей и ее состояние поддерживается, то состояние старого города вызывает боль и сожаление.
От крепости через старый город я спустился к жд вокзалу, и на обшарпанной электричке, следующей до госграницы РФ, вагоны которой по непонятной мне причине приписаны к станции Минеральное Воды, отправился до станции Авадан.
- к самолёту едешь? - поинтересовался кондуктор в электричке.
- ну да, - ответил я.
Сидящий рядом со мной мужик оживился и мы разговорились.
- я вот тут живу и даже не знал, что есть тут такой самолет, - ответил он.
Мой попутчик поведал, что выращивает виноград недалеко от границы и едет его поливать.
Самолёт, о котором шла речь, на самом деле является экранопланом Лунь был произведён для вооружения каспийской флотилии. Теперь же он списан и отбуксирован к берегу недалеко от станции Авадан, где случайно оказался стихийной достопримечательностью.
Осмотрев экраноплан, на той же электричке вернулся в Дербент, откуда на последней маршрутке уехал в Махачкалу. Когда мы выезжали из Дербента, солнце уже скрылось за горизонтом и на улицах начались гуляния, связанные с Рамаданом. Наш водила остановился возле какого-то парня, который раздавал всем угощения - воду и финики. Мне тоже перепало.
В Махачкалу мы заехали уже затемно. Далее я собирался сгонять на Сулакский каньон. У меня не было особого представления, как до него добираться, однако, следуя совету пермяка, встретившегося мне в грозненском хостеле, утром следующего дня я оказался в электричке до Кизилюрта, откуда должна была уходить маршрутка в сторону того самого каньона. В общем-то добрался до него я без особых сложностей.
Если верить информации в инете, то Сулакский каньон крупнее легендарного Гранд каньона в США. Я, к сожалению, не могу сравнить их, но наш дагестанский мне показался очень крутым.
Туризм тут только зарождается и место не особо посещаемо. Китайцы в подобных местах своей страны сооружают их любимые стеклянные мосты и оборудуют зиплайны, но у нас пока все туристическое развлекалово ограничилось какой-то сомнительной кафешкой.
По возвращении с каньона в Махачкалу местные пригласили меня отведать плова из казана, приготовленного по случаю Рамадана.