Глава 30
– Давно не спрашивал у тебя, а как в школе? – оторвавшись вечером от компьютера, поинтересовался папа.
– Как обычно. А что?
– Завтра начинается предпоказная беготня, а у тебя конец четверти.
– Не первый раз, – напомнил Сева, – да не волнуйся, хочешь, фокус покажу?
Фокусом был необычный способ решения обычных задачек. Николай откопал его где-то, восхитился сам и обучил Севу. Николай вообще находил массу нужного. С ним математика не казалась таким уж адом.
– Ух ты, – сказал папа, глянув в тетрадь. Но не восхищённо, как следовало бы, а спокойно и даже равнодушно.
– Тебе же всё равно, – обиделся Сева.
Показ показом, а врать-то зачем? Зачем просить тетрадь, если тебе по барабану, что в ней.
– Мне не всё равно, – оправдался папа, – просто я думаю.
– О работе?
– О Кате.
– И что ты думаешь?
– Может, нам правда пожениться? Ну то есть мне сделать ей предложение.
Обида прошла. Думать вместо Севы о работе – это неправильно, думать о Кате – гораздо логичней и полезней для всех.
– Сделай! – как можно убедительней сказал Сева. – На показе!
Идея была настолько хороша, что он подскочил, уронив тетрадь на пол. Дед делает предложение бабушке, папа – Кате, и все потом живут долго и счастливо.
– Ну да, – прервал его радость папа, – чтобы она мне там при всех и отказала. Или согласилась потому, что отказать перед камерами, фотографами и толпой народа вроде как нехорошо. Нельзя ставить человека в такое затруднительное положение.
– С чего ей отказывать?
Сева в самом деле не понимал. Ну да, папа не супергерой из боевиков и даже лазерным маркером владеет, как выяснилось, не очень хорошо. Но всё равно отказать ему Катя не может.
– Давай-ка, топай спать. А то завтра тебе будет не до самостоятельной.
Определённо, с папой что-то произошло. Это же он вечно твердил, что уверенность – важная часть успеха. Что надо представлять себе положительные результаты. Не слишком переживать о провалах – понятно, но стремиться-то надо не к провалам. А сейчас он, кажется, даже не попытался представить себе то, что представил Сева. Всеобщее счастье.
Самостоятельную Сева написал на три, рядом с тройкой Татьяна Александровна поставила огромный красный плюс и сказала, что в журнал плюс, конечно, не пойдёт, но сам Сева должен знать, что теперь он на пути к четвёрке, и с пути этого сворачивать не стоит.
Раньше это очень обрадовало бы. А как же, когда ты годами не заслуживаешь ничего выше тройки с минусом… Но теперь у Севы было слишком много других проблем. Необходимость не отсвечивать и дать папе, наконец, собраться с духом и сказать Кате всё, что следует сказать, пока что отпала. Из офиса папа возвращался очень поздно, и Сева виделся с Катей куда чаще папы. Общаясь же с ней, не нашёл ни одного признака, дающего понять – Катя не пойдёт за папу замуж ни за что. Тем не менее, на всякий случай проверял. Что если Катя ненавидит то, что любит папа, и наоборот. Спрашивал – а как она относится к катанию на велике или к конфетам с орехами внутри и что она сильно любит сама. Ничего такого, что делало бы совместную жизнь нереальной, Сева так и не нашёл. А в следующее воскресенье ушёл всё-таки к Тёмке. На всякий случай. Тем более что Тёмкина мама куда-то уехала, а его отец гостей одобрял – куда лучше, когда сын играет в планшет с гостем, чем пристаёт к родителю. Вечером папа сказал Севе, что предложил Кате перейти на работу во «Времена года», но Катя не согласилась, потому что ей надо отработать в банке три года… Но это ведь был отказ по работе, а не отказ когда-то жить вместе. И всё же такой теперь странный папа был явно этим огорчён.
От показа Сева ожидал многого. Ну, во-первых, это будет, как обычно, весело, а во-вторых, дед наконец позовёт бабушку замуж. Сева выдержал, никому кроме Кати не проболтался. Даже папа не в курсе и будет очень удивлён. Жаль, конечно, что сорвётся такая возможность – услышать с подиума сразу два предложения. Но, может быть, убедившись, что это не страшно, папа решится к следующей презентации? Можно же будет и подготовиться – Сева выяснит у Кати, как она отреагирует, если папа вдруг поступит, как дед. И папа тогда не будет так волноваться, ведь результат станет очевидным…
В пятницу первого апреля светило солнце, и хоть было не очень тепло, сразу ясно – весна в разгаре. За час до начала показа Сева стоял на крыльце отеля и в ожидании Кати принуждал местного охранника играть в города. Охранника такой вид досуга особенно не радовал, но он всё-таки согласился и даже напряжённо подбирал варианты. Когда из вращающейся двери появился папа, Сева удивился. Ну ладно, ему самому нечего делать, он и ждёт тут, но папа-то сейчас должен быть очень занят.
Узрев президента компании, проводящей в отеле показ, охранник смотался в здание, и тут же Сева увидел Катю – она выскочила из маршрутки и быстрым шагом направилась к ним.
– Катя!
Как-то вышло, что это они сказали с папой одновременно. Переглянулись и пошли навстречу.
– Я тебе звоню, а ты не отвечаешь! – сообщил папа. – Телефон разрядился?
– Телефон? Ой… Я его, наверное, засунула в сумку. Торопилась. Начальник задержал.
Продолжая оправдываться – мол, она бы пришла пораньше, но и в банке, а не только в модных домах, случаются напряжённые дни, – Катя полезла в сумочку, принялась там копаться и выронила эту сумочку из рук. Содержимое рассыпалось Севе и папе под ноги. Нагнувшись одновременно, Сева с Катей чуть не столкнулись лбами. Папа присел на корточки. Телефон, расчёска, записная книжка, ключи с брелоком и какие-то три коробочки. Такие, в каких продают лекарства. Подняв телефон и одну из коробочек, Сева успел прочитать на ней: «Тест для определения беременности». И чуть ниже: «Отличается повышенной чувствительностью». А папа, со второй такой же коробочкой в руках, вдруг забыл, что стоит поднять всё прочее, что выпало на тротуар…