Тигр изначально был необычным котом: признавал только меня, мою маму и крестную. И, если со мной и мамой всё понятно: всё-таки, мы его кормим, то любовь к крестной основывалась, видимо, только на взаимности.
Он позволял ей буквально всё: заворачивать себя в платок, обнимать, носить на руках…
Были и те, кого Тигр терпеть не мог. В числе этих несчастных оказалась и моя подруга Юлька: он нападал на неё из засады, царапал до крови, и даже (это для моего-то аккуратиста Тигры было чем-то из ряда вон) гадил ей на вещи.
Как-то раз, уже одеваясь в прихожей, Юлька просунула ногу в ботинок, а там – сюрприз в виде свежайшей вонючей кучки.
С одной стороны, Тигра следовало бы наказать за такое поведение, но я знала, за что он мстит: меньше часа назад Юлька, спихнув его с любимого стула, села на это место сама, да ещё сказала, что он «просто кот, найдёт себе другое место».
На мои слабые попытки возразить ответила, что я слишком большое значение придаю «поведению простого кота». Ну что ж, получай «гранату», как говорится...
Была у кота и кой-какая странность: Тигр просто обожал спать в сумках. Была ли это дамская сумочка, или огромный баул – Тигр всё время норовил втиснуться туда, пусть и половина его при этом останется «на улице».
Будучи ещё маленьким котёнком, Тигра забрался в тряпичную авоську крестной, из тех, с какими ходят в магазин. Забрался – ну и спит себе спокойно там, а мы-то этого не знаем.
Крестная побыла немного у нас, взяла сумку и пошла в магазин. Расплачиваясь на кассе, она полезла в авоську за кошельком, а там… И как ее только удар не хватил. От неожиданности крестная заорала на весь магазин, собрав около себя небольшую кучку любопытных.
А я в это время буквально ползала под диваном и креслами, ища свою наглую морду. В общем, Тигра, сам того не желая, устроил такой переполох, что до сих пор вспоминаем.
А еще кот очень ревнив. Помню, у меня была игрушка, маленькая пчелка, которую я сделала вместе с мамой. Сижу, любуюсь своими трудами, песенку напеваю, и вот Тигра, с подозрением посматривая сначала на меня, а потом на игрушку, вдруг начинает орать истошно и воинственно.
– Дурачок, неужели ты думаешь, что я люблю игрушку больше тебя?
– Мя-я, – ответил Тигр, и, боднув меня головой, уснул крепким сном возле ног.