Вареный язык, говорят ты очень вкусный на вид,
Говорят что нет вкуснее тебя, никогда и ни вообще.
Говяжий язык, очень нежный отварной ты подвид
Мяса свежего(тут дальше черновик оторвался и потерялся)
Из неизданного
Армия учит человека-воина быть рациональным и предприимчивым, я там был. В армии. И был рационален и предприимчив. Потом был дембель и вся предприимчивость куда-то делась, а рациональность испарилась, я стал обычным гражданским строителем. А вот в армии...
Первый год я там "хвосты ракетам крутил", ну в смысле заряжал их, охранял покой главы государства Советского и прочих жителей нашей столицы. Район Митино тогда был еще небольшой деревушкой, не имевшей к Москве никакого отношения. На второй год ракеты мне надоели и я со своим другом Вовой вызвался быть самым главным защитником защитников Родины, мы стали кочегарами, мы стали надежным тылом, мы стали производителями тепла и значит производителями условий для спокойного сна защитников. Этто было интереснее ракет, этто было почти свобода с отсутствием построений и прочих стрельб и ночных тревог и готовностей номер один.
Когда отопительный сезон закончился перед отцами-командирами стал вопрос — куда девать доблестных кочегаров, которые свою задачу выполнили, а до осеннего дембеля было еще далеко и чтобы как-то занять руки и горячие головы у нас поинтересовались о способностях к добыче мяса для нашей части. В общем нам сделали предложение от которого невозможно было отказаться, ну кто в здравом солдатском уме откажется разнообразить свой рацион дополнительной порцией жареного мяса?
Вот тогда-то я и научился превращать всех домашних животных в котлеты. Хотя нет, Бабушка этому меня научила еще в среднем школьном возрасте, правда у неё были куры, а не свиньи и телята, но принципиального отличия практически не было.
Именно армия научила меня выискивать в разделанной туше вырезку, печень, почки и прочие деликатесы. В самом конце службы мы с Вовой обнаглели до такой наглой наглости, что печенку забирали себе всю, без остатка, не говоря уже про язык. Однажды прапорщик, командующий продскладами поинтересовался где печенка и мы так в наглую ему ответили, что у этой свиньи её не было, от слова "совсем". И тогда он предложил меняться в обмен на печень нам были предложены сыровяленые колбасы и коробки конфет, мы ударили по рукам.
Тогда, в армии свои деликатесы мы несли в столовую, где наш сослуживец повар Сергей всё готовил и мы всё это поедали вместо того обеда, который готовился на всю часть. Мы были молодыми, мясо было свежее, язык вкусный и даже не очень мной любимая печень съедалась влет.
Для меня язык никогда не был деликатесом, чем-то особенным и предложи мне на выбор язык или свиную шею я однозначно выберу шею. Но тут Радость моя очень захотела разговеться именно языком, который она совершенно любит, ну и купили мы этот самый язык, и сварил я его по рецептам из интернета и для отварного языка у нас с собой было:
Язык говяжий
Лук репчатый
Морковь свежая
Лавровый лист
Горошины перца черного и душистого
Соль
Я доверился нескольким специалистам-поварам-блогерам и поджарил на сухой сковороде лук с морковкой до подгорелости.
Я положил язык в холодную воду, всё закипело, я слил первый бульон, налил новой воды и поставил все опять на плиту.
И снова вода закипела и я убавил огонь до самого минимума.
Я оставил вариться язык на четыре часа, чтобы он был мягкий.
Через четыре часа я вынул язык и опустил его в холодную воду.
Я почистил язык от шкуры жесткой(Бася была благодарна за угощение этой шкурой).
Когда я чистил язык я понял, что получилось нечто не то, что я хотел увидеть после приготовления. Язык был переварен, язык не был единым целым, язык был грустен, язык был вял...
Нет, я не люблю такой язык, я помню, что давным-давно, тот язык, который ел я был нежен, но держал форму, язык был нежен и одновременно упруг, язык был ароматен и совсем не походил на раскисшую промокашку. Откуда взялись эти самые четыре часа я не понимаю совершенно абсолютно!
Радость моя съела это всё с удовольствием, горчицей и хлебом. Я отгрыз самый крепкий небольшой кусочек языка для салата "Ташкент" и на этом моё поедание этой размазни закончилось.
Для себя сделал вывод, что язык это совершенно нежная конструкция, которую варить четыре часа верх безумия.
такие дела