(Глава XXIII из биографического романа Григория Саталова «Пленёная Аврора»)
За годы Перестройки у Сергея было очень много встреч с самыми разными людьми. Некоторые приезжали из других городов, каким-то образом находили Сергея и делали ему разнообразные заманчивые предложения. Так один молодой человек, представившийся воронежским писателем, вербовал Сергея в общество «Память». Просидев в библиотеке целый рабочий день, он излагал теорию жидо-масонского заговора, но так и не добился желаемого. Сергей никак не мог взять в толк, как с подобным заговором, корни, которого уходят в мистику в служение его главных участников самому Сатане (как выходило из объяснений молодого воронежца) можно бороться банальными политическими методами.
А о том, как противостоять Силам Тьмы в сфере мистики, Сергей и сам бы мог рассказать этому человеку кое-что интересное, но сомневался, что стоит посвящать его в эти тайны. Они могут сильно повредить неподготовленному для их восприятия сознанию. В конце дня, убедившись в безуспешности своих вербовочных намерений, воронежец сказал:
- Ну что ж, ты отказался. Но знай, что теперь масоны будут использовать тебя для своих целей, продвигать туда, куда им нужно и делать то, что им нужно твоими руками.
Сергей в ответ пожелал ему всего доброго.
Приезжали к Сергею и двое молодых коммунистов из Москвы. Тоже как бы писатели. Подарили тонюсенькую брошюрку со своими стихами, которые Сергею очень не понравились своей беспомощностью и безсвязностью. Эти два молодых человека говорили, что КПСС стремительно обуржуазивается, и нужно срочно создавать другую коммунистическую партию. В их словах было много правды, но в отличие от Сергея они не ощущали, что ветер истории сейчас не дует в их паруса.
Приезжал даже офицер из Смоленска, отслуживший в Афганистане. Он Сергею понравился гораздо больше и времени провёл у Сергея целую неделю. По его легенде он попал в автоаварию, получил небольшую травму и как бы лечился в местной больнице. Но почти все дни проводил в читальном зале библиотеки. Он тоже вербовал Сергея в какую-то протопартию уже демократического направления. (Они в те годы плодились как грибы). И в итоге тоже безуспешно. Сергей предпочитал расспрашивать его о войне в Афганистане, это было гораздо интереснее.
Были и другие подобные визитёры. У Сергея в итоге сложилось впечатление, что какие-то структуры в КГБ формируют целый букет политических организаций и вербуют туда подходящие кадры. Кто-то там явно счёл и Сергея подходящим кадром и явно хочет не мытьём так катаньем заманить его и использовать. Или даже проще, попал Сергей в какую-то компьютерную базу данных, куда его занесли как человека обладающего определёнными гуманитарными знаниями и способностями. Особенно после московской спецшколы в 1979 году и занятий в 1983 г. в политклубе при истфаке Ивановского университета под кураторством офицеров КГБ. А теперь этой базой распоряжаются все, кому не лень. Для серьёзного дела Сергей спецслужбам, очевидно, не подходил, а вот для такой шушеры, которую в случае чего и спалить не жалко, самое то.
Самое жуткое было в том, что Сергею действительно хотелось заниматься политической деятельностью. Это давало бы ему дополнительный люфт для манёвра в его работе с Мю-полем. Но если уж вступать в какую-либо партию, то в достаточно серьёзную. А то, что ему пока предлагали, как чувствовал Сергей, не имеет больших перспектив.
А вот когда с ним встретился Виктор Иванович Друбич и предложил стать коммерческим директором межотраслевой менеджерской фирмы «Пеликан», то это предложение Сергея заинтриговало до колик в желудке. Для окончательных переговоров они уединились вдвоём на лавочке возле стадиона в городской роще.
Был сентябрь 1988 года, стояла прекрасная погода, начало Бабьего лета. Сергею нравился облик Виктора Ивановича, в котором чувствовались и ум, и твёрдая решительность и знание жизни. Он носил бороду и большие очки и был похож на тех профессоров, которые учили Сергея в университете. Выглядел он лет на 50 и производил впечатление человека крепкого, коренастого с хорошим здоровьем. В рощу он пришёл с портфелем полным папками с документами фирмы. Он предъявил Сергею и свои документы, по которым выходило, что в середине 70-х он защитил диссертацию во 2-м Московском педагогическом институте, и получил степень кандидата педагогических наук. Сергей спросил про тему диссертации. И в ответ ему было сказано только одно слово «Юниарий».
Обычно темы диссертаций звучат длинно и непонятно. Это тоже было непонятно, но коротко. Из разъяснений Виктора Ивановича следовало, что юниарий это такое учебное заведение интернатного типа, в котором дети обучаются от детсадовского возраста и до окончания вуза. Виктор Иванович пустился в пространные рассуждения о том, что нынешний кризис социализма связан прежде всего с тем, что в конце 20-х большевики отказались от теории «стакана выпитой воды» и свернули сексуальную революцию. По его словам Ленин не раз твердил, что крестьянство постоянно порождает из своей среды буржуазию и воспроизводит буржуазные отношения. Но Троцкий и другие левые коммунисты смотрели на проблему ещё глубже. Частнособственнические отношения порождает само существование института патриархальной семьи. Забота о потомстве как катализатор пробуждает частнособственнические чувства и настроения. О чём также недвусмысленно писал и Энгельс в работе «Происхождение семьи, частной собственности и государства». Коммунизм есть отмирание государства, отмена частной собственности. Но чтобы пройти по пути к коммунизму, необходимо отменить и институт буржуазной патриархальной семьи, видоизменить его так, чтобы забота о потомстве не превращала коммуниста снова в собственника и мещанина. Для этого заботу о воспитании детей полностью должно взять на себя общество. Частный характер воспитания детей в семье воспроизводит новых частных собственников. Воспитание должно стать делом коллективным и общественным. А от семьи требовалось только произвести ребёнка на свет.
Впрочем, для этого семья в её патриархальном виде тоже не требовалась. Женщины должны были получить в новом обществе гораздо больше прав и свобод, в том числе и право легко менять половых партнёров при желании. Взрослые люди должны вести свободный образ жизни, вступая в сексуальные отношения также легко, как легко утоляют жажду, выпивая стакан воды. Лучше будет, чтобы отцы вообще не знали своих детей. И ко всем детям относились как к своим. Примерно такие отношения между мужчинами и женщинами были на заре цивилизации, что нашло отражение и в классическом матерном выражении «ё… твою мать». Когда один мужчина говорил эти слова другому, он намекал ему, что мог быть ему отцом, мог иметь сексуальные отношения с его матерью.
По словам Виктора Ивановича диссертация у него в основном была готова ещё при Хрущёве. Но после его смещения осенью 1964 года подобные радикальные прожекты перестали поддерживаться академическим сообществом, и он сумел защитить её с огромным трудом только через 10 лет. Теперь же, когда началась перестройка, и развернулось кооперативное движение, он сумел создать фирму при благотворительном детском фонде имени Ленина. Фирма называется «Пеликан» и имеет полное освобождение от любых налогов, потому что вся коммерческая прибыль от её деятельности будет поступать на реализацию идей его диссертации на создание первого юниария в СССР. Зарегистрирована фирма в Белоруссии в городе Гродно.
Все слова Виктора Ивановича подтверждались документами из его коричневого портфеля. А на вопрос, почему он обратился с таким предложением именно к Сергею, Виктор Иванович сказал, что не каждый сейчас рискнёт заняться такой работой, но он надеется, что Сергей как раз из таких людей, которые не испугаются подобного риска. К тому же должности библиотекаря и коммерческого директора можно совмещать. Потребуется иногда ездить в короткие командировки, чтобы подписывать документы. Но у Сергея выходные по понедельникам и вторникам. Этого как раз вполне хватит, а в случае, если потребуется больше дней, в библиотеке всегда без больших проблем дадут короткий отпуск за свой счёт. Оплата работы сдельная, небольшой процент от прибыли, накладные и транспортные расходы за счёт фирмы.
Ситуация напоминала Сергею историю зиц-председателя Фунта из «Золотого телёнка». Только там Фунт сам предлагал Остапу Бендеру свои услуги. Сергей попросил дать ему недельку на размышление. За эту неделю, Сергей разыскал соседей Виктора Ивановича и заверив их, что он не из правоохранительных органов и выведывает информацию лично для себя, сумел многое о нём узнать. По их словам, во-первых, Друбич это была фамилия его третьей жены, которую он взял после регистрации брака. До этого у него была другая фамилия. А в те годы, в которые он по документам учился в аспирантуре и защищал диссертацию, он на самом деле сидел срок за убийство. Соседи также сказали, что насколько им известно, он никогда и нигде не работал, занимаясь исключительно всевозможными подпольными промыслами и мошенническими махинациями.
Летом 1984 года в Ленинграде Роуз познакомила Сергея с одной из систем Таро. Прежде чем принимать решение, соглашаться ли на предложение Друбича, Сергей взялся за карты. Сначала в одиночестве. Потом втроём со Свечиным и Воскресиным. И тот и другой трактовали расклад так, что следует согласиться, но быть очень осторожным.
(продолжение следует)
текст распространяется на условиях свободной лицензии (СС) by Григорий Саталов. (Любое копирование и републикация приветствуются с упоминанием имени автора).
В комментариях можно задавать вопросы автору и выражать своё отношение к нему и к его произведениям. Если хотите следить за дальнейшими публикациями, подписывайтесь на канал. Если нравится ставьте лайки, если не нравится - дизлайки.
И да будут счастливы обитатели всех миров!