Каждый из нас рассчитывает, что после того, как мы умрём, наше тело предадут земле или кремируют согласно заведенной традиции. И это нужно не самим мервецам, которым, как известно, уже ничего не нужно, - обряд погребения необходим живым, чтоб отдать последний долг родному и близкому человеку, или даже постороннему и незнакомому. Это неписанный человеческий закон - хоронить своих мервецов.
Однако закон этот не действует на Вершине Мира - на высочайшей горе планеты Эвересте. Порядка 200 тел погибших альпинистов и просто туристов лежат на склонах Эвереста непогребенными.
Как говорят, нет возможности спустить трупы погибших вниз, чтоб предать их земле. Вертолёту там приземлиться негде, поэтому операцию по транспортировке можно провести лишь в том случае, если вертолёт будет зависать над скалами, а это весьма дорого и опасно.
Транспортировать тела вниз по горе тоже не представляется возможным, так как на пути расположено множество расселин во льду, которые может преодолеть только живой человек.
Сложность также в том, что воздух на высоте весьма разреженный, и по свидетельству очевидцев, передвигаться на такой высоте - это как ходить под водой.
В связи с тем, что любая транспортировка тела стоит очень дорого, родственники погибших в одиночку таких расходов понести не в состоянии.
И одно дело, когда альпинисты погибают, свалившись в пропасть или бывают погребены под снежными лавинами - тогда их тела не на виду, а скрыты самой Джомолунгмой.
Однако много людей погибает на маршруте от горной болезни (нехватки кислорода), и их непогребенные тела остаются лежать там, где проходят всё новые и новые туристы. То есть люди проходят мимо лежащих на земле трупов, поднимаясь на вершину и возвращаясь обратно.
Причем после того, как подъемы на Эверест перестали быть занятием только для профессионалов, а вошли в сферу туризма, погибших становится всё больше и больше.
Сейчас все желающие, способные выложить 60тыс $, могут рискнуть покорить Эверест.
И все они знают, что будут проходить мимо человеческих останков, и всё равно идут.
Это дикость, несравнимая ни с чем. Даже первобытные люди не оставляли тел своих сородичей непогребёнными. Пусть даже в некоторых племенах практиковалось оставлять умерших на съедение зверям и птицам, но ведь живые знали, что рано или поздно труп их сородича будет утилизирован, так сказать.
И совсем другое дело - это трупы на Эвересте, где постоянно минусовая температура, при которой тело просто мумифицируется, и остаётся в практически неизменном виде годами и десятилетиями.
Во время боевых действий сослуживцы погибшего содата, часто рискуя собственной жизнью, стараются забрать тело с поля боя, чтоб не оставлять его лежать под открытым небом. Часто во время войны объявляюся перемирия, во время которых противоборствующие стороны собирают тела своих погибших.
И только на Джомолунгме оставлять тела под открытым небом не считается чем-то позорным и неприемлемым.
Не хочу останавливаться на тех фактах, когда в нескольких случаях погибающих от горной болезни людей просто оставляли умирать: очередная группа туристов проходила мимо умирающего человека, не оказав ему помощи. Считается, что на высоте более 6000м действует закон "каждый за себя", и неоказание помощи ближнему якобы вполне оправданно. Такие поступки пускай остаются на совести тех, кто их совершил.
Но погребение умерших - это священная обязанность всех живых.
Благодаря современным телекоммуникациям мы все с вами живём в одной "глобальной деревне", поэтому если в любом месте мира происходит что-то неправильное и возмутительное, то оно происходит как бы рядом с нами, и мы не можем делать вид, что нам до этого нет дела.
И когда на склонах географически (но не информационно) далёкого Эвереста лежат непогребенные человеческие останки, это всё равно, что они лежат на улицах нашего города. Мы не можем делать вид, что всё нормально.
Мировая общественность, различные общественные организации должны наконец обратить внимание на проблему Эвереста, и предпринять какие-то меры по погребению погибших. Тем более, что вопрос, как обычно, упирается в деньги, а все денежные вопросы разрешимы.