Это случилось ещё в моём детстве. Мы жили в посёлке, где единственным летним развлечением молодёжи были вечерние прогулки по просёлочной дороге, посиделки у костра, игры в футбол или пионербол у садовского забора. Вокруг посёлка было несколько маленьких деревень, в которые мы иногда для наматывания километража заглядывали вечером.
Описываемые здесь события относятся к началу июня Кто-то из ребят нашей компании служили в армии, кто-то сдавал сессию, а мы, старшеклассницы, подруги с самого детства, решили размять ноги перед сном и пройти привычные 5-7 км.
Летним днём мы были в обязательном порядке мобилизованы на грядки. Утром всех поднимали пораньше на окучивание картошки, на открывание и закрывание парников, на прополку лука и других культур. Вечером, когда родители или бабушка с дедом приходили с работы, в наши обязанности входила поливка капусты, огурцов. Одна из подруг была ответственна даже за выпас бабушкиной строптивой козы. Вот так нас с детства приучали к труду.
Поскольку ребят на тот момент в нашей компании не было, мы опасались одни гулять по дороге, т.к. имела она дурную славу. То мужик там голый к тёткам выходил, то солдаты из расположенной недалеко части приставали к женщине одной, то машины съезжали на пыльные песчаные обочины дороги, и в них занимались непонятно чем. Нас, конечно, ругали родители и не разрешали гулять там одним. Но мы всё равно ходили, т.к. дорога была ровной, прямой, видимость была хорошей, вокруг лес. И, если что, можно было спуститься оп насыпи вниз и таким образом скрыться из поля зрения, что мы и делали, завидев свет фар редкой на нашей дороге машины.
Тем вечером мы отправились к одной из соседних деревень через поле. Дойдя до неё, решили повернуть обратно. Темно стало. Но потом было решено пересечь маленький овражек через ручей, пройти через ещё одну полузабытую деревеньку и вернуться домой.
Идя по полю, мы болтали обо всякой чепухе, шутили. Дороги совсем не было видно – на улице в тот день пасмурно было, сыро. Шли по полю примерно в том направлении, где, по нашему мнению, должна находиться соседняя деревня. И вдруг из ниоткуда перед нами возник человек. Мы потом даже не могли вспомнить, как он там появился. Темно было, и никто не говорил привычное: «Ой, смотрите, там кто-то идёт». Мы его увидели прямо в 5-7 метрах перед нами.
Не показывая вида, что испугались, начали болтать без умолку, смеяться, но разговор не клеился, страх не отпускал. Если б он шёл по дороге или хотя бы двигался, мы бы, наверное, не так испугались. Но он стоял! Все время стоял, отвернувшись от нас. Высокий, в длинном пастушеском плаще, который даже ноги скрывал полностью, и – что нас поразило больше всего – в широкополой шляпе. Я такие шляпы никогда не видела на мужчинах. Когда мы проходили мимо, он просто стоял спиной к нам.
Мы прибавили шагу и почти пронеслись мимо него. Он ничего не произнёс и даже не посмотрел в нашу сторону. Пройдя шагов 30, мы оглянулись – на том месте никого не увидели. А, может, кто и был – в темноте сложно разглядеть. Всю дорогу домой мы молчали и почти бежали. Благо до посёлка от того овражка было не больше километра.
На следующий день мы, немного успокоившись, стали делиться впечатлениями. Родители над нами посмеялись, говоря, что это, наверное, мужик какой-то деревенский пьяный стоял. Я думаю, что пьяный мужик обязательно бы что-то сказал проходящим мимо девчонкам, тем более деревня была на другой стороне оврага и там, кроме дачников по выходным, в будние дни, никто не жил.
История быстро забылась. Но однажды моя знакомая девочка с Украины, услышав этот рассказ, сказала, что это был хозяин полей или полевик. Я о нём раньше ничего не слышала, к тому же в нашей мифологии о нём практически не упоминается. А там, где степи и поля, видимо, принято говорить о покровителе полей. Ну, не знаю…. Кто это был, очень сложно догадаться, но испугались мы тогда сильно.