В. Качанов "ТАНКИСТ"
.
Глава двадцать шестая
.
Пятнадцатое сентября. Прохладно.
Но небо чистое - ни туч, ни облаков.
Двенадцать танков новеньких - отрадно !
Каждый заправлен, к бою был готов.
.
"Не дрейфьте, парни - мы ж с вами танкисты !"
Сказал комбат, построив новичков.
"Броня крепка и танки наши быстры !"
Двенадцать экипажей пацанов,
.
В строю стояли, слушая комбата,
Комбинезоны новые у всех,
"На завтра фрицам будет жарковато.
Я верю в вас. Я верю в вас, ребята !
Чтоб наступленья закрепить успех,
.
На завтра мы ударим супостата !
За Родину свою - Россию-Мать !
За каждого погибшего солдата,
За каждую разрушенную хату,
За каждый дом ответит гад проклятый
И будет он, паскуда, землю жрать !
.
Силён противник. Но я знаю - крепок
Душой и телом русский наш мужик…"
И тут, листву чуть не сшибая с веток,
От рощи показался штурмовик.
.
"Ил-два" в народе прозванный "горбатым".
Враги орали в ужасе "Шварц - тодт !",
Когда он в небе, но сейчас он падал
С квадратною кабиной самолёт…
.
Он вынырнул, едва ли не касаясь
Берёз верхушек убранным шасси.
И как-то на бок всё сильней снижаясь,
Шлейф оставляя дымной полосы,
.
С дичайшим лязгом битого железа,
Свой винт погнув и землю пропахав,
"Ил" гробанулся у опушки леса.
Остатки плоскостей хвоста задрав,
.
Чуть-чуть не скапотировал и, тучу
Своим ударом разметав земли,
Остановился. Ну а мы всей кучей
Застыв, пошевелиться не могли.
.
Их падало подбитых очень много.
Но шёл сейчас не сорок первый год !
Где смог он так нарваться - то, ей - Богу ?
Хотя фашист сюрприз преподнесёт
.
И долбанёт зенитка из укрытий -
Какой-нибудь их чёртов "Эрликон".*
Всё было хорошо, но вот подбитый
Через линию фронта "тянет" он.
.
И, матюгаясь, ручку управленья
Рукой сжимает раненый пилот,
(И зубы сжатые от напряженья,
И на часы растянуты мгновенья)
В кулак собрав и волю и уменье,
К своим чтоб приземлился самолёт.
.
И вот перетянул. И вот у наших !
Хоть стрелка бензомера на нуле,
А дальше… Жив - не жив - как карта ляжет.
И пусть упасть. Но на СВОЕЙ земле…
.
Комбат всех вывел из оцепененья,
Что силы заорав : "Бегом, вперёд !!"
Тут каждое на золото мгновенье,
Ведь вдруг да жив стрелок или пилот ?
.
А может оба живые остались ?
И мы, танкисты, не жалея сил,
Все к самолёту как один сорвались
И Жора ломик с танка прихватил.
.
Нас обогнал. За поручень схватившись,
Залез, подпрыгнув "Илу" на крыло.
Мотор его потрескивал, дымившись,
На землю лужей масло натекло.
.
Шуруя ломом, Жорка всласть ругался,
Дословно вспоминая русский мат.
Ещё разок и вот фонарь поддался !
И все, кто был, за летунов боялся -
Лишь бы не баки, лишь бы не взорвался,
И лишь бы нам успеть спасти ребят.
.
И мы успели. И вспотели спины,
Когда, мгновенно воздух накаля,
Рванула с диким грохотом машина
И под ногами вздрогнула земля.
.
Но мы успели ! Есть добрая сила !
Лишь без сознанья оба летуна
И пламя догорающего "Ила".
Сентябрь, сорок четвёртый год. Война…
.
Как так, что обошлось это паденье ?
Машина - в нашу ! Экипажу - хоть бы хны !
На грани понимания, везенье.
Хоть от удара у обоих сотрясенье,
Но, слава Богу, живы летуны !
.
Стрелок, сержант Камиль Ибрагимбеков,
Переваливший за двадцатый год,
Который приближал Нашу Победу,
Летая на "Иле" спиной вперёд,
.
Имел семь лично сбитых самолётов.
Семь гадов разнесла его рука !
Семь лично сбитых вражеских пилотов -
Хороший счёт воздушного стрелка !
.
И командир. Высокий, черноглазый,
Красавец - грудь пестрит от орденов,
(Таких девчата выделяют сразу !)
Был старший лейтенант Кирьян Костров.
.
На вид лет двадцать восемь ему было.
В себя пришедши, рассказал нам он,
Как ихнему всерьёз досталось "Илу".
"С земли по нам ударил "Эрликон".
.
Летали на "свободную охоту".
Ну как вам, братцы, это объяснить ?
Летишь и лупишь всех, кого охота :
Хоть технику, да хоть бы и пехоту,
Хоть переправу, всё - одна забота.
Лишь бы побольше фрицам насолить.
.
Чтоб всё у них горело и взрывалось.
Хоть точка укреплённая, хоть склад,
Чем больше их в окопах обосралось -
Тем лучше ! Вот такой, друзья, расклад.
.
И в этот раз. Увидев - отбомбились,
Потом ещё "Эрэсами" прошлись,**
Машины их горели и дымились,
Короче - всё путём. Всё - зашибись !
.
Из пушек, для порядку, лупанули
Ещё в один заходик боевой,
Ну и к себе обратно повернули,
Где наш сто двадцать третий штурмовой.
.
Нам комполка по рации : "Ребята,
Вас всех благодарю, все молодцом !
Пригладили фашиста - супостата."
И вот на "пятистах" домой идём.
.
И дёрнул меня чёрт, танкисты - братцы,
Левее колометриков на пять,
Через линию фронта возвращаться !
Какого… ? Чтоб твою, да в душу мать !
.
Я повернул. Ну а за мной - ведомый.
"Мы, командир, совсем не там идём."
А я ему : "Проложим курс по новой,
Авось да по пути чего найдём."
.
Ну и нашли. С "закрутками медали".
Летим. Внизу деревня. И по нам
Как две зенитки очередью дали !
Ему и мне. Мне в двигатель попали,
Но тянем, тянем. Как ? Не знаю сам.
.
Огонь попёр из-под доски приборной,
Кабину заволакивает дым,
Горящим маслом пахнущий и чёрный
Стрелок мне : "Командир - горим !" Горим.
.
Упала высота и прыгать поздно,
И километров восемь до своих,
"Ну что ?" Кричу - "Камиль, нам с тобой звёзды
Как раз на нашем "Иле" на двоих !"
.
Но всё же дотянули. Дотянули !
И будем жить. Жить - Родину любя !
Мы будем жить ! Я, после Победы - в Туле,
Ну а Камиль - в Казани у себя.
.
Штурмовиков историю дослушав,
Комбат, дымя цигаркой нам сказал :
"Что, мужики, посадим немца в лужу ?
Ты где, летун, зенитку - то видал?
.
Тебя, прости, мы не возьмём с собою,
Ты только покажи по карте путь.
Топильский Лёха, Саня, братцы - к бою.
Тут ехать - то совсем чуть-чуть !"
.
И вот ревут движки, закрыты люки,
Володя Шестопалов нас ведёт,
Сквозь зубы прорычав : "Держитесь, суки !"
И в полный голос нам уже : "Вперёд !"
Продолжение следует - https://zen.me/1gAab6