Неделю назад мой верный пёсик Тоша - крохотный йоркширской терьер впал в кому, а на следующий день умер. Перед этим он долго болел.
Хождение по мукам
Его состояние стало постепенно ухудшаться ещё с января. Помню, как в свой день рождения 13 января сидела с Тошей на капельницах. А в марте у него диагностировали почечную недостаточность 4 стадии. Ее ещё называют терминальной - анализы у Тоши были просто ужасные, многие показатели отклонялись от нормы в несколько раз. Ветеринар посоветовала пройти ещё один курс капельниц.
К тому времени Тоша весил уже 2 кг, несмотря на то, что хорошо кушал - у него была огромная потеря белка вместе с мочой, шерсть выпадала, а рёбра выступали. Когда я его взяла к себе 2,5 года назад, йорк весил около 4 кг.
А вот таким Тошик был 2 года назад - кровь с молоком.
Поэтому капельницу ему надо было капать по 10 мл в час, то есть на 50 мл требовалось 5 часов. Пришлось отвозить Тошу перед работой в клинику и оставлять его там до вечера на дневной стационар. В общей сложности на 5 капельниц и на анализы до и после у меня ушло 30 тыс. рублей.
Но самое обидное, что капельницы не только не помогли, но и ввергли моего Тошеньку в дикий стресс. Он стал очень плохо спать. Врачи мне потом пожаловались, что он всегда в клинике к себе требовал повышенного внимания, которого они ему давать не могли. Та ветеринар, которая посоветовала отдать его на капельницы дословно мне сказала следующее: но я же не знала, что у вашей собаки такая же тонкая душевная организация как у кошки. Я бы сказала, что даже не как у кошки, а как у маленького ребёнка.
С болезнью один на один
Все это было в конце марта - я поняла, что мы остались с болезнью один на один, и что ветеринары нам уже не помогут. Взяла последние назначения - это был крайний визит Тоши к ветеринарам. А так мы их посещали стабильно раз в полгода, и ещё 2 года назад я спрашивала, нет ли у него почечной недостаточности. Тогда как наверняка она была, просто не в такой запущенной форме.
Тоша за 2,5 года со мной перенёс 2 операции - стентирование трахеи и удаление паховой грыжи. Средний срок жизни животных после установки стента составляет 2 года - и почти ровно это время он и прожил. Операция была 28 апреля 2019. Хирурги сделали своё дело идеально, а вот с терапевтами нам очень не везло. Наша самая последняя терапевт, которую мы вызывали на дом (Тоша был сильно слаб) поставила ему диагноз хронической почечной недостаточности. Но и она не смогла его вылечить - консультировала дистанционно около месяца, но ему не помогали назначения. Животное мучали тошнота и понос, а часто и то, и другое. Отказывающие почки спровоцировали сильный гастрит.
В ход шли многие лекарства, но все было тщетно - Тошенька угасал с огромной скоростью. Мне страшно было уходить из дома, потому что я боялась, что он умрет, пока я буду на работе. Это был один из тяжелейших периодов нашей жизни. Я научилась делать дважды в день подкожные инъекции, которые заменяли ему капельницы и боролись с обезвоживанием. Но дни его были сочтены - ежедневно я благодарила своего маленького за ещё один прожитый день, а сама плакала в подушку.
Без эвтаназии
Я молила Бога только об одном - чтобы Тошик ушёл у меня на руках без врачей, бездушных стен реанимаций и эвтаназии. И мои молитвы были услышаны - вечером в день Пасхи 2 мая, когда гости разошлись, Тошеньке резко стало плохо. С тех пор он ничего не ел - главный признак угасания животного. Пить у него тоже не получалось - в пасти было большое количество гноя. Удалить ее без наркоза было нельзя, а делать ему наркоз в таком состоянии невозможно.
На майских праздниках я неотступно несла возле него вахту, пыталась кормить и поить из шприца, продолжала делать инъекции - но Тошенька уже был одной ногой где-то там. На четвёртый день я решила на 2 часа поехать в магазин и купить пылесос. Думаю, все равно сижу с ним дома, так хоть поубираю квартиру за своим супер-пушистым котом.
Оказалось, что это был последний вечер, когда Тоша был в сознании. Когда я пришла домой, то нашла его в каком странном положении между обогревателем и вентилятором. Рядом была его подушка и подстилка, на которой я его оставила. Было видно, что он пытался встать и упал в этот уголок. А сам выбраться не смог. Я переложила его на кровать - это его любимое место, на котором он проводил все своё время. А сама затеяла уборку, хотя было уже поздно.
За эти дни я уже привыкла, что Тоша просто тихонько лежит и иногда гавкает и подвывает. Так было и сейчас. Но когда я наконец улеглась с ним, то он сходил под себя по-большому. Такого не было никогда - как бы сильно он не болел, все равно вставал в туалет. И глазки у него были такие испуганные, как-будто я его отругаю. Я его успокоила, сказала, что это не беда, и что я все равно буду за ним ухаживать до конца. Помыла кровать, надела ему подгузник, поговорила с ним на ночь и мы заснули.
Наутро я проснулась в 8 утра. Тоша спокойно лежал. Это было очень странно, так как все предыдущие дни он вставал около 5 утра и примерно 1,5 часа слонялся по квартире. Видимо, боли обострялись, и он не мог найти себе места. Потом я его укладывала, а днём ему было уже лучше. А тут ночного подъема даже не было. Я решила проверить подгузник, но
Тоша неожиданно стошнил и обкакался одновременно. Но даже тогда я не поняла, что он умирает - обычно организм у собак таким образом очищается перед смерью.
Я понесла в ванную его подмывать и обратила внимание, что он какой-то обмякший и на лапках уже не стоит. Потом я его вытерла и положила на подушку на полу. Он лежал очень странно, но я отвлеклась на уборку кровати. Потом я решила снять его на видео ( я почти каждый день целых 2 месяца его снимала для себя с тех пор, как поняла, что это наши последние дни вместе). Через минуту у Тоши снова началась тошнота, я взяла его на руки, чтобы его не вырвало на подушку, и хотела отнести на пол. Он он резко обмяк в моих руках и сделал странное движение ртом, будто выпускает воздух.
Кома
А потом просто потерял сознание и впал в кому. Сначала я думала, что он умер, но потом сквозь поток слез, застилавших глаза, увидела, что холочка вздымается, сердечко бьется, язычок красный. Я отнесла его на диван, легла рядом с ним и не отходила. От Тоши пахло малиновым шампунем, которым я его только что помыла. Глазки были открыты, но остекленели. Ребрышки выпирали - потом оказалось, что он весил уже 1 кг. Я гладила его по головке, целовала и благодарила за все-все-все, что он принёс в мою жизнь. Благодарила за его любовь и преданность, за то, что всегда был рядом, за то, что был таким бойцом, который до последнего боролся за жизнь.
Так прошли сутки - сердечко ещё билось. Мне надо было выйти по делам - домой мы вернулись с мамой, которая специально приехала попрощаться с Тошей. Когда мы подошли к Тоше, оказалось, что он уже мёртв - сердечко не билось, а язычок начал чернеть. Меня не было дома всего 3 часа.
На улице шёл сильный ливень, крематорий на кладбище домашних животных уже не работал. Поэтому я решила оставить бездыханное тельце Тошика ещё на одну ночь. Поразительно, что не было никакого трупного запаха от него. Как же мне наутро не хотелось отвозить его на кремацию - я понимала, что он мёртв, и эти 2 суток пыталась подготовиться к этому моменту. Но мне было спокойно, потому что я всегда его видела перед собой.
Приехал брат, я завернула Тошу в полотенце и мы поехали на кладбище. Самый болезненный момент был, когда надо было идти в помещение с печью для сжигания и последний раз с ним прощаться. У меня начались рыдания, я еле-еле заставила себя отойти от него. Пока мы заполняли бумаги на кремацию, моего Тошика сожгли и принесли нам крохотную горстку пепла в пакетике, который поместился ко мне в карман.
Внутри была такая пустота, что не передать словами. Все, кто терял близких, меня поймут. Сразу после этого я уехала жить к отшельнице, дом которой расположен в нескольких километрах от Александро-Свирского монастыря. Не могу привыкнуть к чистоте дома, к отсутствию пелёнок и описанных уголков. Не могу привыкнуть, что мне не надо раньше вставать, чтобы покормить Тошика, дать ему нужные лекарства и сделать инъекцию. Раньше я мечтала о чистоте и о свободном времени - а теперь отдала бы все, чтобы снова за ним ухаживать и заботиться о нем. Я не отождествляю Тошу с человеком, но он всегда был для меня самым любимым и дорогим живым существом на Земле.
Любимый мой Тошик, твоя мамочка всегда с тобой. Надеюсь, тебе со мной было хорошо, а за себя могу сказать - что я каждый день жизни с тобой была счастлива. Когда я приходила домой и видела тебя, то во мне как-будто кто-то нажимал на кнопку «счастье», я хватала тебя на ручки и зацеловывала, а ты меня облизывал. Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ, МОЕ СОЛНЫШКО.