1
Крошечный городок с говорящим названием Солитьюд[1], что находится в штате Мэн, некогда мог радоваться своему уютному месторасположению – удалённости от суеты больших городов и приближенности к природной размеренности и чистому воздуху.
Всё немногочисленное население городка – около двух с половиной сотен человек, – стремясь к уединённости, селились в небольших, но достаточно уютных домиках. Некоторые, чтобы дожить в покое последние годы. Некоторые, чтобы начать новую жизнь.
Но все они неизменно хотели тишины. Той тишины, что дарует небольшая площадь городка: отсутствие преступлений, оживленного дорожного движения, прочего уличного шума и иных «прелестей» городов.
Люди работали удалённо, занимались украшением или уборкой улиц, по воскресеньям ходили в церковь. Были предоставлены самим себе или же проводили время с друзьями, которыми обзавелись здесь. Настоящая община. Они не знали, что их объединяет, да не очень-то и задумывались об этом.
Но однажды размеренная жизнь Солитьюда подверглась наплыву журналистов, федеральных служб, полицейских, исследователей различных мастей и прочих интересующихся. Странные смерти пяти жителей произвели эффект разорвавшейся бомбы, после чего городок надолго лишился типичного для подобных поселений эпитета «сонный».
Некоторые жители вскоре бежали, не вынеся такого внимания. Но большая часть всё же осталась, не смотря ни на что. Они просто не могли расстаться с местом, которое так любили, где находилась вся их жизнь.
Вопреки заявлениям официальных служб, несколько месяцев наводнявшим Солитьюд в ходе затянувшегося расследования, старожилы считали, что людей, живших в трёх домах на краю леса, не просто убили. Ведь совершили это не животные, как утверждалось, но существа совсем иного рода, о которых местные старались даже не упоминать, словно боясь повторения произошедшего.
Холодные тела, найденные в домах обескровленными, до жути пугали местных жителей ещё долгое время, хоть и находились уже на муниципальном кладбище.
Интерес журналистов дополнительно подогревала личность одного из погибших. Две молодые пары в репортажах удостаивались в лучшем случае упоминания. Всё внимание приковывал Даглас Томпсон, чьи детективные романы хоть и уступали по популярности любовным романам Пола Шелдона[2] или детским книгам Джона Маринвилла[3], но ценились читателями и критиками ничуть не меньше.
В городском Совете окрестили массовые смерти ёмким словом Инцидент, которое произносилось исключительно шёпотом или вполголоса. Люди всячески старались избегать слова «убийства». Однако, произнося «инцидент» с большой буквы, они вкладывали в него гораздо больший смысл.
Но шумиха со временем стихла, приезжие вернулись туда, откуда прибыли, а жители Солитьюда зажили прежней тишиной и спокойствием.
Однако городок вскоре после Инцидента засиял множеством лампочек, украшавших дома и деревья, столбы электроснабжения и заборчики, крыши домов и лужайки. Фонарики, лампы и прочие разнообразные осветительные приборы заполонили всё вокруг. Искусственный свет заливал даже самые тёмные уголки городка каждую ночь.
Иссякший поток любопытствующих после этого возобновился, чтобы посмотреть на «самый яркий город штата Мэн», но за два года количество приезжих, встречавших неизменно замкнутых горожан, сократилось до нескольких человек.
Жизнь снова стала прежней.
А смерть, с шумом вторгшаяся на улицы городка, появлялась не так часто и с гораздо меньшим резонансом, забирая иногда самых старых и обходя стороной остальных, взяв на заметку их имена.
Так в Солитьюде и жили, освещая городок искусственным дневным светом в надежде, что те, кто выходят из темноты, не осмелятся пойти к свету.
2
Клайв Фуллер проводил по утрам один и тот же ритуал. Возраст и здоровье не позволяли долго спать – восемьдесят пять все-таки, – и он всегда вставал рано.
«Бессонница – настоящий подарок возраста для человека, которому есть о чём подумать», – говаривал Даглас, и Клайв всегда соглашался с другом.
Утром, строго в начале шестого часа, он поднимался с постели, которая стала слишком большой после смерти жены пятью годами ранее. Заправив кровать и совершив утренний туалет, Клайв выходил на веранду, чтобы оглядеть целостность освещения на своём участке.
Затем, если электрика не требовала обслуживания, он садился в кресло и смотрел, как из-за церкви в конце улицы поднимается солнце. Он всей душой любил город, как до Инцидента, так и после него. Солитьюд ведь буквально вырос на его глазах – Клайв являлся старейшим жителем города.
Сидя в кресле, таком же старом, как он сам, и глядя на церковь, Клайв часто вспоминал первые дни, проведенные здесь.
Тогда поселение, у которого ещё и названия не было, представлял собой лишь несколько домов у просёлочной дороги, крошечного притока большой реки-автострады.
Клайв стал одним из первых, кто переехал в пока ещё безымянное поселение, и обеспечил его дальнейший рост. Меньше чем за полтора года будущий Солитьюд принял больше сотни человек.
Среди первых поселенцев был и один известный миллионер. Очень религиозный человек. Поэтому, когда купил участок под строительство дома, он первым делом выделил средства на строительство церкви. Храм построили, так же как и дом, но богач умер от рака, так их и не увидев.
Клайв наблюдал стройку и радовался появлению церкви, потому что считал религию в столь уединённом месте едва ли не необходимостью. Нет, он не считал себя религиозным. Даже не был уверен, верит ли он в Бога, но понимал, что людям это принесёт только пользу.
Когда впервые открылись двери церкви, жители образовали Совет, чтобы решать общественные вопросы. И первым из решений стало название поселения. После продолжительного совещания Солитьюд обрёл имя.
Иногда Клайв скучал по тем далёким временам, когда в городе не было никакой структуры и организации, даже электричества. У тех лет своё очарование, как, впрочем, и у любого прошлого.
Сейчас и представить невозможно, чтобы кто-либо обходился без света. Каждый дом увешан десятками лампочек, и едва ли не каждый второй из них имел два запасных генератора на экстренный случай.
«Человек может приспособиться к чему угодно, – частенько думалось Клайву, – Иначе он не был бы человеком, если бы не мог».
И тогда он начинал гордиться своим городом и его жителями, которые пережили большой кризис и не сломались. Где продолжают жить люди, несмотря на опасность, кружащую в ночной тьме.
Ностальгия по былым временам уходила, сменяясь иным чувством, которое Клайв любил, возможно, немного больше, чем все остальные. Он ощущал себя человеком, нашедшим своё место в жизни. Поэтому едва ли не каждое утро старик улыбался алеющему предрассветным заревом небу над церковью.
Однако сегодняшнее утро началось несколько иначе.
Клайв услышал звук приближающегося автомобиля. Несмотря на годы, слух оставался таким же острым, как в юности, поэтому он без труда различил урчащий вдалеке мотор.
Автомобиль в Солитьюде – явление не столь редкое, но достаточно неожиданное для раннего часа – ознаменовал начало конца крохотного городка. Но спящие жители даже не подозревали, что прибывший человек приведёт их к гибели. Не знал того и сам приезжий.
Клайв оставался в кресле и вслушивался в рокот мотора, разносившейся по округе. Краем глаза посматривал на окна соседнего дома, ожидая, не шевельнется ли занавеска. Он давно приметил, что пожилая мисс Моррис следит за ним, но пока не спешил выяснять почему.
Вскоре показался источник шума – новенький Форд-универсал серебристого цвета. Свернув, автомобиль продолжил неспешное движение вниз по улице, приближаясь к дому Клайва. Где и остановился – водитель, похоже, увидел сидящего в кресле старика.
Из открывшейся дверцы появился высокий мужчина крепкого телосложения в утяжеляющем фигуру чёрном костюме, с аккуратной стрижкой и добродушным лицом с обеспокоенным выражением.
– Доброго вам утра, – сказал мужчина, вскинув ладонь в приветствии.
– Доброго утра и вам, – отозвался Клайв, вставая с кресла и направляясь к нежданному гостю.
Он мало с кем общался в последнее время, не считая священника и пары соседей. Поэтому, будучи в отличном расположении духа, Клайв обрадовался возможности перекинуться парой слов.
– В вашем городке есть какая-нибудь гостиница или мотель? – Перешел сразу к делу незнакомец.
– Нееет. Ближайший мотель находится в Дерри, в тридцати милях на север по шоссе.
Мужчина на минуту задумался, озадаченно глядя на собеседника.
– Ну, может, кто-нибудь согласится сдать комнату или же дом ненадолго? Вы не знаете?
– Я знаю, что люди, живущие здесь, отказались от многого ради уединения. Так что это тоже маловероятно, уж простите.
Клайв извиняющееся улыбнулся. Незнакомец вновь задумался, хмуря брови.
– Вы проездом? Или ищите тут жильё? – Поинтересовался Клайв.
– Ни то, ни другое, – ответил мужчина, и голос внезапно осел: – Я приехал осмотреть дом отца. Он умер несколько лет назад.
Клайв изумлённо вскинул брови, но мужчина этого не заметил. Он опустил глаза, стыдясь внезапно проявленной перед незнакомым человеком слабости.
– Соболезную, – произнёс Клайв. – А как его звали? Возможно, я знал его. Я тут старожил.
– Даглас Томпсон, – ответил мужчина. – А я, кстати, Николас. Николас Томпсон. Можете звать меня Ник.
– Что ж, Ник. А я Клайв. И да, я знал твоего отца.
Он протянул Николасу ладонь, и тот осторожно, но крепко, пожал руку старика.
Конечно, Клайв знал старого Дагласа Томпсона, что жил на отшибе у самого леса. Именно его смерть положила начало самому тяжёлому периоду в истории Солитьюда.
– Много времени прошло после его смерти, – заметил Клайв.
– Да, – с виноватым видом отозвался Николас. – Нужно было заниматься похоронами, привезти тело отца в наш родной город: мама так захотела. Потом многочисленные переоформления, заключения и прочее. Какое-то время я судился с его издательством, и это затянулось. И я просто не знал, как войти в его дом…
– Понимаю.
Николас не знал, как продолжить. А старик махнул рукой, давая понять, что перед ним совсем не обязательно объясняться или оправдываться.
Они немного помолчали.
– Послушай, Ник, – заговорил Клайв. – А ты знаешь, как умер твой отец?
Неожиданный вопрос озадачил Николаса. Молодой Томпсон поглядел на старика более внимательно.
– От потери крови, – ответил он с нотками неуверенности. – Он поранил шею. Это было в присланной мне копии отчёта коронера.
Старик устало поморщился и тяжело вздохнул.
– Мы были давними друзьями, – сказал Клайв. – Ты можешь пока остановиться у меня, если хочешь. Думаю, мы найдем тему для разговора.
Николас принял предложение.
Продолжение следует
Автор: Кирин59
Источник: https://litbes.com/k-svetu/
Больше хороших рассказов здесь: https://litbes.com/
Ставьте лайки, делитесь ссылкой, подписывайтесь на наш канал. Ждем авторов и читателей в нашей Беседке. Здесь весело и интересно.