Когда бывший заготовитель областного потребсоюза шестидесятилетний Плаксюк Николай Харитонович стал доверенным лицом гебитскомиссара Полтавы Густава Шульца (смотри публикацию «Услужить гебитскомиссару») он получил задание от советского командования выяснить все, что можно, про Полтавскую школу абвера при штабе группы армий «Юг» по подготовке агентов и диверсантов.
Имея возможность свободно передвигаться не только по Полтаве, но и по ее окрестностям, Николай Харитонович первым делом выявил, какие здания и объекты немцы охраняют наиболее тщательно. Затем обратил внимание на те объекты, куда ежедневно завозили много продуктов питания, но делалось это не сотрудниками гебитскомиссариата. Таким образом, он вышел на неприметную воинскую часть, расположенную в зданиях трикотажной фабрики. А так как фельдфебель этой части приезжал за продуктами на продовольственный склад, подчиненный гебитскомиссару, Плаксюк нашел возможность познакомиться с накладными, по которым фельдфебель получали продукты со склада. При этом обнаружил, что фельдфебель забирал с собой, кроме хороших продуктов, много подпорченных, которые ни одни немец есть не станет. Но и на лагерь для наших пленных или гражданских трикотажная фабрика похожа не была. Для выяснения, чтобы это могло быть, Николай Харитонович спровоцировал герра Шульца на откровения. Начал с того, что начал возмущаться начальством воинской части, расположенной на трикотажной фабрике, которая так отвратительно кормит своих солдат. В итоге выяснил, что подпорченные продукты предназначены не для немцев, а для бывших советских граждан, которые согласились сотрудничать с абвером.
После этого, каждый раз в те часы, когда фельдфебель школы приезжал за продуктами на склад, Плаксюк старался быть там же. Знакомясь с накладными, он определял по ним, сколько новеньких прибыло в школу, и сколько убыло из нее. Это сведения позволяли нашей контрразведке определять примерное число заброшенных в наш тыл немецких агентов Полтавской школы.
Разъезжая по региону, Николай Харитонович заприметил в пятнадцати километрах от Хорольского тракта замаскированный полевой аэродром. После этого побеседовал за стопкой первача с местным пасечником, который жил недалеко от аэродрома. Пасечник, ровесник Плаксюка по возрасту, начал жаловаться, что по воскресеньям, и иногда и по субботам, ему не дают спать по ночам. Самолеты, то и дело поднимаются с аэродрома в воздух, а потом сбрасывают парашютистов. А парашютисты эти не немцы, а из наших, бывших советских.
А когда еще повозку Плаксюка в этом же районе, по дороге, ведущей от аэродрома к Полтаве, обогнала легковушка, на которой ездил подполковник Мильке, которому подчинялась часть, расположенная в зданиях трикотажной фабрики, Николай Харитонович удостоверился, что он на правильном пути.
На следующий день в Гадячском лесу, в условленном месте, Плаксюк беседовал Григорием Беспалько, командиром местного партизанского отряда и изложил ему свой план.
Беспалько запросил Центра на проведение операции по разгрому найденного аэродрома. Ему дали добро (продолжение смотри в публикации «Неожиданное решение»)
(Источник: М.А. Белоусов)