Рад вас приветствовать на своём канале. Я продолжаю рубрику, связанную с тяжёлыми боями за Севастополь 1941-1942 года. Сегодня мы рассмотрим драматичный момент, связанный с положением раненых советских военнослужащих на завершающем этапе сражения. Если вы не читали первую часть, то настоятельно рекомендую вам с ней ознакомиться, для понимания описываемых действий и ответа на вопрос: "Почему это произошло?".
Ссылка - https://zen.yandex.ru/media/id/608fb7e162e38e1d008880fa/vperedi-byla-smert-pozadi-nas-more-609cf48c5206392afb4143a0
Автором воспоминаний, которые будут использованы в этой статье , всё так же является Григорий Ефимович, однако, будут воспоминания о Исааке Литинецком, который являлся товарищем Григория, чьи воспоминания использовались в первой части. После ранения, Исаака отправили в госпиталь, располагавшийся в Инкермане. Ужас, который там творился, сложно передать обычным описанием и перечислением фактов, посему, мы погружаемся в реалии тех дней. Тот отрывок, который будет продемонстрирован, небольшой, однако очень точно описывает реалии тех дней.
Немецкие войска прорвали фронт, повсюду творится разруха и отступление. Советское командование проводит попытки эвакуации раненых, однако, они не могут покрыть потребности всех из-за непрекращающихся авиа-налётов и арт-обстрелов. Во многих местах немцы достают наших огнём из стрелкового оружия, а так же, что ещё страшнее, миномётов. Сложилось безнадёжное положение и единственное, на что можно уповать - чудо. Для многих спасением оказывается быстрая смерть, без мучений, однако, большинству так не везёт.
47 -й медсанбат в Инкерманских штольнях "Шампанвинстроя".
О Исааке Литинецком. Служащем чёрноморской флотилии.
Цитирую:
Тысячи искалеченных раненых бойцов в полутьме... Шум страшный. Люди умирают в дикой агонии, смрад, крики, стоны, проклятья... На одну кровать ложили по три человека. Зловоние неописуемое. И никакой надежды. Воды нет, давали в день по бутылке шампанского с инкерманских винных складов по два сухаря и по банке рыбных консервов на троих раненых... . Он был в числе последних раненых, которых успели загрузить на лидер "Ташкент". Тяжелораненых обычно грузили в трюмы кораблей, а легкораненых размещали на палубе. Кто-то спросил матросов из экипажа, откуда мол такой порядок размещения раненых? Ответ был предельно ясным - "Если корабль потопят, тяжелые все равно не выплывут, а легкораненый - хоть за доску ухватится и может продержится на плаву, до подхода помощи". Вот такие реалии...
На этом воспоминания о Исааке заканчиваются.
Теперь же, вернёмся к герою первой части, о том, как он переживал эту страшную пору.
Мне раздробило бедро и кости таза, я сходил с ума от невыносимой боли, а обезболивающие медикаменты в госпитале кончились... Несколько раз меня осматривал главный хирург Приморской Армии Валентин Соломонович Кофман, приезжавший на консультации с Инкермана. Он сказал, что если мне сделают операцию в условиях санбата, - я не выживу. 26 июня на обходе врач приказал меня готовить к эвакуации. На территории бывших ангаров , лежали на носилках тысячи раненых. Пришел лидер "Ташкент", причалил у стенки, пополнение прибывшее на корабле сошло на берег, и вскоре, началась погрузка раненых. Но одновременно с ней, немцы начали бомбить бухту. Примерно через полчаса, "Ташкент" отрубил "концы" и ушел в море. Мы лежа в кузове только матерились, а некоторые - проклинали весь белый свет, страдая от своей беспомощности и горькой судьбы... Водитель наш, то ли погиб во время бомбежки, то ли сбежал. А из нас даже ползти никто не может! Снова начали бомбить, одного из раненых очередью с самолета задело. Он уже до смертной минуты был без сознания, так что смерть его была, как бы сказать, - легкой. Кричим о помощи, подбежали два матроса, спрашивают -"Кто же вас братишки бросил?". Один из них сел на водительское место, машина долго не заводилась. Отвез обратно в госпиталь, спас нас от неминуемой гибели . Мест внутри уже не было. Положили снаружи, рядом с сотнями таких же несчастных . Уже никто не подходил к нам, некому было даже раны перевязать. Два раза была сильная бомбежка. Бомбы разрывались в гуще людей, только носилки в воздух вместе с людьми взлетали... А потом артобстрел... В кошмарном сне не увидишь такого! Кто из раненых мог ходить - побрели в сторону моря. А мы... 29 июня я увидел, как вдоль рядов носилок идет Кофман и дает указание кого из раненых отправить на эвакуацию. Подошел ко мне , и приказал немедленно отправить. Кто живой был сразу духом воспряли. Неужели наши корабли прорвались в Севастополь?!? Пришли грузовики, где-то машин двадцать. Но повезли нас не в порт, а на аэродром в Херсонес, на южный участок обороны. Аэродром на Куликовом поле уже "приказал долго жить". Пока ехали, нас снова бомбили. И снова лежал я на носилках, и смотрел на небо, закрытое немецкими пикировщиками и ждал каждую секунду, когда меня разорвет бомбой в клочья... Добрались на аэродром в Херсонесе и сердце мое разорвалось от жуткой тоски и отчаяния. На летном поле лежало несметное количество раненых!. Они лежали здесь уже несколько дней, без воды, пищи, и без какой-либо медицинской помощи... Все... Амба... Летное поле, днем, методически обстреливалось немецкой артиллерией. Трупы уберут в стороны, воронки на взлетной полосе землей засыпят. Вот так и лежали, ждали смерти своей. Из ран моих белые черви выползают... В руках я сжимал маленький мешочек с документами, медалью и трофейным "парабеллумом" внутри. Знал, что если немцы прорвутся к Херсонесу, придется стреляться, - еврею в плену не выжить... А сил жить уже не было. Наступила апатия, когда уже относишься к своей жизни с полным безразличием. Санитары пьяные по полю бродят, рядом, на херсонеских складах, - тоже все пьют, ожидая неминуемой трагической развязки. Политрук -летчик, проходил между рядами носилок и громко говорил - "Ребята держитесь! Родина нас не бросит!"... Некоторые верили в это, до своей последней минуты. Рядом со мной товарищ скончался, так я его бушлатом накрыл... Отдал братишка швартовы у своего последнего причала.
Григорий Ефимович получил свой билет на спасение благодаря чистой случайности, его вывезли на транспортном "Дугласе", самолёте американского производства, который поставлялся по Ленд-лизу. Вот как происходила эвакуация.
Цитирую:
Вывозили раненых всего две эскадрильи транспортных "дугласов" из полка ГВФ. Прилетали ночью. Самолет мог взять на борт двадцать пять человек. Летчики шли по полю, а рядом с ними шли молоденькие солдаты - армяне, из батальона БАО. Летчик указывал пальцем кого загружать в самолет. Сколько тысяч глаз с надеждой и болью смотрели на летчиков... Вам этого не понять... Они прошли уже мимо меня, вдруг пилот развернулся и говорит, показывая на меня рукой - "Вот этого морячка, в тельняшке, забирайте. Ага, вот этого ". Неужели меня?! Когда меня несли к самолету, молоденькие солдаты-носильщики плакали, они уже понимали, что у них, шансов вырваться из этого ада нет. Загрузили в самолет 26 лежачих раненых и еще человек десять, которые могли ходить. Самолет не мог набрать высоту, выкидывали из него ящики, носилки, вещмешки, вышвырнули все что могли. Взлетели...
В последние дни обороны Севастополя советские бойцы, большинство из которых были ранены, офицеры, гражданские, будучи прижаты к морю, ждали спасительных кораблей или транспортные самолёты, однако, всё было тщетно. Попытки были, как в вышеописанных фрагментах, но всех спасти не удавалось. С 1 по 10 июля подводными лодками и катерами удалось эвакуировать 1726 раненных бойцов. Осталось же, 78 тысяч 320 человек. Все они сдались в плен, либо же погибли с оружием в руках.
На этом всё. Если вам понравилась данная статья, то оцените её и оформите подписку. Это крайне важно для молодого развивающегося канала!
___________________________________________________________________________________
Другие статьи:
"Прощай родина". Правда словами истребителей танков.
Минский прорыв. Подвиг Малькова и экипажа Т-28Э в 41.
Гаубица Б4 на улицах Берлина. Как проявила себя "Кувалда Сталина"?
Советский лётчик, поднявший в небо первый реактивный самолёт.
__________________________________________________________________________________
Галереи:
Все чёрно-белые фото красятся, впечатляющий результат.
Первая мировая война в фотографиях. Россия.
Вторая мировая война. Финляндия.
Макс Альперт. Лучший фотограф СССР.
__________________________________________________________________________________