До этого бывал в онкологическом центре лишь однажды с подругой, ещё когда учился на первом курсе университета. По совпадению туда приезжал также весной и мы договорились, что я подожду её на улице. В то время ни на минуту не расставался с музыкальным плейером и сидел в наушниках на лавочке возле одного из корпусов.
Санитары выкатили из корпуса каталку с телом накрытым белой простыней оставили для дальнейшей транспортировки в морг. Меня сильно поразило само отношение людей к смерти, для них это была рутина, серые будни. Они обсуждали свои дела и вели себя, как ни в чём не бывало. Как грузчики выносят старую мебель, также они выкатили тело человека, который совсем недавно был живым, для кого-то близким и родным.
Совсем недавно мне довелось вернуться в стены этого учреждения. Теперь мы оказались здесь с моим папой. Несколько недель назад у него появилась тупая боль в области живота. Он сразу обратился к специалисту в частной клинике и тот диагностировал образования в печени и предписал посещение онколога. Мой отец не сильно вчитывался в заключение, приступы боли в животе участились и мы срочно положили его в районную больницу. Там ему предварительно поставили хронический панкреатит и лечение ненадолго помогло, боли ушли и он стал нормально питаться. К концу недели ему назначили компьютерную томографию, результаты которой были неутешительны. У него обнаружились множественные образования в печени и брюшной полости. Предварительный диагноз по результатам КТ рак ободочной кишки 3-4 стадии. Нас направили в онкологический диспансер, о котором я писал ранее.
Первый раз папа съездил туда сам, побывал на приёме врача и ему прописали ещё несколько диагностических процедур. Пройдя множество анализов и тестов мы сидели в ожидании консилиума. Только здесь понимаешь, как много людей болеет онкологическими заболеваниями, огромные очереди, запись на недели вперед. Причём многие из них в очень плохом состоянии, особенно больно смотреть на молодых ребят, которых возят на инвалидных колясках. Сейчас, папа уже не может самостоятельно добираться в больницу, ему стало тяжело ходить метастазы пошли в лимфу и нога сильно опухла. Упитанный мужчина, который весил 130 кг куда-то делся и рядом со мной на лавочке уже сидит седовласый старик, с впалыми глазами и пожелтевшей кожей, отдышка мучает его даже тогда, когда он просто пытается что-то сказать. Я сначала не принимал слова других людей, которые называли его дедушкой. Какой дедушка, ему всего 63 года, но видя, как он угасает с каждым днём я сам стал принимать эту мысль, что мой папа из зрелого солидного мужчины превратился в старого, осунувшегося и больного человека.
Иногда он говорит, как надоели ему эти боли, слабость и постоянная тошнота, но я не могу ему сказать, что состояние его со временем будет только ухудшаться, даже если он примет лечение, сейчас, и химия уничтожит метастазы и уменьшит опухоль, рак всё равно вернётся, чтобы закончить начатое.
Когда его положили на диспансеризацию в отделение для взятия биопсии, я листал имена в телефонной книге смартфона, чтобы позвонить ему и спросить, как он себя чувствует. Вдруг поймал себя на страшной мысли, что в какой-то момент, набирая его номер не услышу знакомый, близкий и родной голос на той стороне, а спустя годы номер станет принадлежать совсем другому чужому человеку. Так сильно защемило в груди, было одновременно стыдно за те моменты, когда старался быстрее положить трубку в разговорах с ним, говорил что некогда или иногда просто не брал телефон в силу загруженности на работе. Я очень сильно люблю его, но не могу ему ничем помочь, остается только ждать и быть с ним рядом, разговаривать и подбадривать, проводить побольше времени вместе.
Врачи озвучивают статистические данные о лечении рака ободочной кишки на четвёртой стадии. Статистика показывает высокий результат, выживают 30% пациентов. Если грубо перевести в цифры, то шансы выжить имеет каждый 3-ий. Не хочется думать о том, какое место в этой очереди занимает мой папа...