(Глава XXII автобиографического романа Григория Саталова «Пленёная Аврора»)
Познакомившись и быстро подружившись с Ярославом Воскресиным, Сергей получил от него ещё больше информации о предстоящих событиях. Всего лишь после нескольких встреч Воскресин открыл Сергею, что ему с детства в снах и видениях открывается много такого, чего обыкновенные люди не знают, и чему они, как правило, не верят. Он сказал Сергею и о том, что их с ним пути не раз и не два тесно переплетались в прошлых жизнях. Впервые их карма сплелась, когда они были жрецами в Древнем Египте.
О источнике мю-поля на кладбище Воскресин не только знал, но и контактировал с ним гораздо более плотно, чем Сергей. И вообще у него почти всё получалось лучше чем у Сергея. Воскресин явно был и талантливее и трудолюбивее. Как сказали бы в наши дни, Ярослав был креативнее.
Осенью 1988 года Сергей прочитал ему те свои стихи, которые весь год выползали из него с регулярным интервалом примерно в три дня. В том числе и это, про сказки Шахерезады, имя которой для соблюдения размера пришлось слегка подправить.
На Востоке в городе Багдаде,
Там где минареты и дворцы,
Сказки лунноликой Шахрезады
Слушают бродяги и купцы.
Этим сказкам нет конца и края,
Словно звёзды в небе, их не сосчитать.
И не надо никакого рая!
Только б в этих сказках побывать.
Побывать бы в городе Багдаде
Во дворцах роскошных погостить,
Отдохнуть бы в караван-сарае
И по шумным рынкам побродить.
Помнят здесь заветы Магомета,
И законы шариата чтут.
И без всякого на то запрета
Девушек на рынках продают.
Девушки стоят, потупив очи,
Нечем наготу свою прикрыть.
Им, конечно, стыдно очень очень,
Жуткого позора не забыть.
А вокруг мужчины здесь толпятся,
Выбирая сладостный товар,
Продавцы довольны и не злятся –
Будет им и прибыль и навар.
......................................................
Ярослав, выслушав это стихотворение, пришёл в некоторую задумчивость и спросил:
- А зачем ты подражаешь Гумилёву? - Ярослав тоже писал стихи, но главное читал поэзию в гораздо больших объёмах, чем Сергей.
Сергей же на его вопрос ответил, что никак не может подражать Гумилёву, потому что не только не читал его стихов, но и не знает о нём почти ничего кроме фамилии и того, что Гумилёва расстреляли большевики.
Ярослав дал ему почитать томик стихов Гумилёва. После прочтения, Сергей пришёл к твёрдому убеждению – всё, что ему хотелось бы написать в жанре поэзии уже написано Николаем Гумилевым. И после этого постепенно стихи перестали из него выползать. К тому времени Сергею было уже совершенно ясно, что если он всерьёз займётся поэзией, то, как и положено многим настоящим поэтам в России, не проживёт слишком долгую жизнь. Между тем, та миссия, которую возложило на Сергея братство богини утренней зари, требовала от Сергея именно долгой жизни. И в итоге Сергей приложил немало усилий, чтобы убить в себе поэта. Контакт с мю-полем позволял совершить это убийство достаточно легко. Нужно было просто вывести своё сознание из того меланхолического лёгкого транса, в котором оно пребывало почти весь 1988 год.
Работа библиотекаря читального зала очень нравилась Сергею. Тогда не было у людей Интернета. И Сергей фактически работал почти как поисковая система Яндекс. Люди приходили к нему за той или иной информацией. Иногда они даже не могли чётко сформулировать свой вопрос. А Сергей находил, в какой книге можно найти ответы. Получалось это у него легко и быстро, до такой степени, что он сам удивлялся глубине своей эрудиции и безошибочной интуиции.
Омрачало удовольствие от работы лишь одно. Библиотекарь как бы не мужская профессия. И некоторые из тех, кто посещали читальный зал впервые, часто не могли поверить, что он и есть библиотекарь, и искали кого-то другого. Точнее другую. Даже, когда Сергей в качестве спецодежды принялся облачаться в синий халат и поставил на своём столе табличку с надписью «библиотекарь», это не сильно помогло.
Маленькая зарплата. Но тогда у многих была маленькая зарплата, и в одной из песен раннего «Аквариума» Борис Гребенщиков пел:
Я инженер на сотню рублей, больше я не получу.
Мне двадцать пять, и я до сих пор не знаю, чего хочу.
И мне кажется, нет никаких оснований гордиться своей судьбой,
Но если б я мог выбирать себя, я снова бы стал собой.
Сергей получал в библиотеке 110 рублей. Причём он всего лишь 10 рублей оставлял себе на карманные расходы, а остальные деньги в основном клал на книжку в сберкассе. Там таким образом каждый год скапливалось примерно по тысяче рублей, а это были уже неплохие деньги. А кормили Сергея тогда по-прежнему папа с мамой. Сознательно давая ему возможность копить деньги. Около тысячи рублей удалось привезти с собой из Иваново в результате полулегальной торговли оправами для очков. И таким образом к концу лета 1988 года Сергей располагал суммой в две с половиной тысячи рублей. Мысля стратегически, он понимал, что сберкасса совершенно ненадёжное место для хранения денег в стремительно наступающую эпоху перемен, и искал возможности вложить их в новые коммерческие предприятия.
(продолжение следует)
текст распространяется на условиях свободной лицензии (СС) by Григорий Саталов. (Любое копирование и републикация приветствуются с упоминанием имени автора).
В комментариях можно задавать вопросы автору и выражать своё отношение к нему и к его произведениям. Если хотите следить за дальнейшими публикациями, подписывайтесь на канал. Если нравится ставьте лайки, если не нравится - дизлайки.
И да будут счастливы обитатели всех миров!