В преддверии 1 мая мне захотелось написать рассказ такой тематики. Это воспоминание 50летней давности. Тогда главный герой был мальчишкой и ходил не демонстрацию с родителями. В те времена это был поистине большой праздник для народа.
***
Яркое утреннее солнце медленно поднималось над городом. Но утро было холодным, дул колючий ветер. А мне было радостно. Я держал в одной руке молодую веточку, на которую вчера весь вечер крепил бумажные цветы. Цветы были какими-то кривыми, но зато яркими. Казалось, что ветка действительно зацвела.
Особое счастье мне подарил голубой воздушный шар. Он был надут гелием и рвался в небо. Но я крепко обмотал веревочку на запястье – шарику ни за что не вырваться.
Мы стояли в тени домов одного из переулков, что вливаются в главную улицу нашего города. Вокруг было много людей. Рядом со мной – мама и отец. Они в то время работали на одном заводе. Тут же их друзья и коллеги. Я почти всех знал.
Вот тетя Наташа с дочкой Катей. Катя младше меня, но ее веточка украшена аккуратными цветочками и все выдержаны в одном цвете. Небось, мама помогала. У Кати тоже шар – зеленый. Поэтому Катя тоже улыбается и любуется им.
Рядом с отцом шутят и смеются его друзья дядя Миша и дядя Федя. Правее от них стоит дед Борис. И хотя он не сильно старый, но у него борода, еще и вся седая. За это его и прозвали дедом.
Все они работники одного цеха.
Чуть впереди стоят парни и девушки. Я их не знаю. Наверное, молодые специалисты завода. У парней в руках флаги, и эти флаги прекрасны! Красный и желтый. А ткань такая легкая и почти прозрачная. Эти первомайские флаги навевают мне мысли о волшебстве. Не знаю почему. Но точно знаю, что когда я вырасту, то на демонстрации я тоже буду нести флаг. Правда, я еще не определился с цветом. Может, желтый – солнечный? Или голубой? Вот как мой шарик. А лучше всего каждый год выбирать новый флаг!
В руках у мужчин по краям колонны большой транспарант «Мир Труд Май». Такой же огромный транспарант и в колонне за нами, но надпись на нем «Миру мир».
Пока я оглядывал все эти позитивные надписи, мама наклонилась к моему уху и спросила:
- Замерз? Хочешь чаю?
Я кивнул. В самом деле ожидание становилось томительным, и все замерзли. Вон и Катя прыгает, чтобы согреться. Мама достала из авоськи термос и раскладной стаканчик.
- Наташа, чай? – предложила она подруге тоже. И тетя Наташа достала такие же раскладные стаканчики. И мы стали пить теплый чай.
- Мужики, ну а мы чего? – заговорчески подмигнул дед Борис и, как фокусник, достал из-под куртки «Столичную».
- Надя, а бутерброды-то? Ты взяла? – спросил отец маму.
- Ну, конечно. Вчера столько еды осталось после застолья в цеху. Это ты говорил – зачем все брать, зачем? А я тебе сразу сказала – завтра с удовольствием есть будешь.
- Ой, так и я взяла. Я еще из дома пирожки прихватила, которые наша бабушка напекла, - спохватилась тетя Наташа.
- Да что мы тут. Пойдемте вон в арку, - предложил дядя Федя. И мы все – родители, я, тетя Наташа с Катей, дяди Миша и Федя и, конечно, дед Борис с его заветной «Столичной» поспешили в арку.
И я вам скажу, что бутерброды и чай в арке – это совершенно другие продукты, чем за столом. В них самый настоящий привкус романтики. И, кажется, что и «Столичная» в арке действовала магически – у мужчин раскраснелись щеки, словно с мороза. А дядя Миша и дядя Федя совсем разошлись с шутками и хохотали до упаду. Эхо в арке усиливало их смех и делало каким-то пугающим.
Наконец, демонстранты двинулись вниз к центральной улице. Со всех ближайших улочек и переулков выходили небольшие колонны трудовых коллективов. И на широкой проезжей части они сливались в такую же широкую и длинную колонну всех трудящихся.
Ровные нарядные колонны. Развеваются флаги, возвышаются транспаранты. На лицах – улыбки.
Мне майская демонстрация нравится даже больше, чем новый год. Пусть нет подарков, зато есть такое приятное приподнятое настроение, такой прилив сил, такие красивые флаги и такие желанные воздушные шары.
Вот над площадью гремит голос ведущего, объявляют наш завод. И мы идем через центр. Почему-то мне кажется, это так ответственно, я закусываю губы, чтобы они не расползались в улыбке. И Катя, смотрю, тоже пытается сделать серьезное лицо. Выходит неважно.
Я поднимаю голову, смотрю на маму. Она улыбается. Смотрю на отца, встречаюсь с ним взглядом. Он подмигивает мне тоже с улыбкой. Больше я не сдерживаю себя и тоже улыбаюсь.
Так здорово! Солнце уже поднялось выше и начинает пригревать. Позади еще грохочет голос и все новые и новые коллективы проходят через площадь.
А мы тем временем вышли к набережной. Тут у тротуара стоял автобус с символикой завода. Туда молодые специалисты сложили флаги, а мужчины с большим транспарантом упаковали и его. Весь праздничный реквизит опять будет дожидаться следующего 1 мая.
Когда мы спускались по лестнице ближе к воде, мальчишка-хулиган бежал нам навстречу и ткнул Катин шарик. Хлопок, и пустая оболочка упала на землю, а Катя горько заплакала.
Мужики закричали на негодяя, но он быстро скрылся. Катя все плакала и не могла остановиться. Я же прижал свой шар к груди, как щенка или котенка, и оберегал его от таких вот гадких мальчишек.
Мама начала уговаривать меня подарить мой шар Кате. Но я молча вертел головой и еще крепче прижимал шар к себе.
- Будь же мужчиной! – настаивал отец. – Она девочка и младше тебя. Уступи ей шар.
- Нет, - твердо сказал я.
Я готов был делиться конфетами, игрушками, цветными карандашами, но не своим гелиевым голубым шаром.
- Мальчонка далеко пойдет, - хмыкнул в бороду дед Борис.
Катя перестала плакать, пока наблюдала за уговорами. И мы все спустились к воде. Тут уже повсюду гуляли люди, кто-то группками расположился на пикник. Мы тоже прошлись туда-сюда, посидели на лавочке, доели свои бутерброды. Но я все это время оберегал шар. Катина беда научила меня быть осторожным.
Мне было очень неудобно одной рукой прижимать шар, а в другой нести еще и ветку с бумажными цветами. Но я постеснялся просить родителей мне помочь. Они остались недовольны мной, я же не уступил.
Постепенно все из нашей компании разошлись. Мы тоже пошли домой. По дороге я почувствовал, что рука с шаром совсем затекла. Я хотел перехватить его, но дурацкая ветка в другой руке ткнулась прямо в его выпуклый голубой бок. Хлопок. И мой шарик тоже лопнул…