Глава седьмая. Любовь и окрестности: Верона - Шекспир, Севилья - Мериме
Снова великолепно! Хочется разорвать текст на цитаты, напечатать на футболках и выбить татуировками.
Тут и лучший пересказ «Ромео и Джульетты»: «Дети ищут любовь на ощупь и не успевают повзрослеть» и следом же чистая правда жизни: «Эти дети понятны, потому что мы были точно такими, только не зашли так далеко»
Или вот, философское и сугубо реалистичное: «…нет ничего более несовместимого, чем свобода и любовь»
И снова словно сковыривается корочка с болячки на словах: «…в молодости, когда физиология свободы была ощутимо знакома, о чем помнишь, но помнишь так, что и сегодня спазм в горле»
И наконец-то признание, что не я одна неуловимо влюблена в Брет Эшли из «Фиесты» Хемингуэя: «Зато я наконец понял, кто такая Брет, которую долго любил и долго желал, чтобы встреченные женщины были похожи на нее… …Верить надо даже не самому образу, а его идее - что такая женщина возможна» и чисто мое, женское – верить, что я могла бы быть немного такой женщиной…
Все-таки чтение Вайля – удивительный опыт. Никогда не встречала ничего подобного – абсолютносовершенно субъективный взгляд, который кажется таким своим, таким родным, словно в каком-то нереальном идеальном мире эти слова и мысли могли бы принадлежать мне, если бы я была вовсе не я…