Здравствуйте, уважаемые читатели! Эксперименты бывают разные. Но стоит ли проводить опыты с тем, что плохо знаешь? Вышедший из-под контроля опыт может полностью изменить вашу жизнь, наполнив её страхом. Итак, читаем очередное доработанное мной творение Эдика.
- Да, Алёнка, достала ты меня уже со своей энергетикой! - тяжело вздохнула Катя, худенькая девушка двадцати лет с круглым веснушчатым лицом, задорным острым носиком и вечной парой тугих косичек на голове, отчего она походила на школьницу, - Ну нет её, нет! Не может камень излучать энергию, если он не нагрет или не радиоактивен. И деревяшка тоже не может. Это всё – результат самовнушения.
- Ха, между прочим, эту самую несуществующую энергию некоторые люди за километры чувствуют, - возразила Алёна.
- Сможешь пройти по одной половице? – Катя резко сменила интонацию. Раздражение вмиг исчезло, сменившись игривой весёлостью.
Они сидели на веранде Катиной дачи, и весело болтали за чашечкой чая. Алёнка – её подруга – была чуть полновата, имела прямые крашеные под блондинку волосы, которые едва доходили до плеч.
- Да, пожалуйста, - фыркнула Алёна, легко прошагав до конца веранды.
- Отлично! Сможешь повторить это, если доска будет перекинута через пропасть? Глубокую пропасть?
- Дура! – воскликнула Алёна, - Знаешь же, что я высоты до ужаса боюсь!
- Именно. Хотя условия, в принципе, не изменились. Та же доска, тот же путь. Просто знаешь чуть больше – вот и всё. Картинка перед глазами другая. Беря в руки полено, энергию не чувствуешь, а беря в руки идола из такого же точно дерева, тебе вдруг начинает колоть руку, кружить голову.
- Нет, Катя, идол – уже не дерево. Он – сакральный предмет, обладающий силой, и я эту силу чувствую. Его зарядили люди, совершая каждый день ритуалы.
- Хорошо, - сухо сказала Катя, - предлагаю эксперимент. Не струсишь?
- Только на высоту не полезу, и на кладбище ночью не пойду.
Катя взяла Алёну за руки, впилась своими карими глазами в её зрачки, и угрожающе зашептала:
- Детский сад в прошлом. Только серьёзные игры, подруга. Предупреждаю – будет страшно.
- А делать-то что?
- Завтра увидишь.
На следующий день подруги стояли посреди магазина игрушек. Катя ехидно улыбалась, Алёна непонимающе озиралась по сторонам.
- Зачем мы здесь? – тихо спросила она.
- Игрушку тебе выбирать. Деньги есть?
- Пятьсот рублей только, - виновато пискнула Алёна.
- Значит так: не глядя, выбираешь игрушку из любой корзины. Я оплачиваю. Вперёд!
Посреди торгового зала стояли большие корзины, доверху набитые небольшими мягкими игрушками. Крокодилы, медведи, обезьянки сиротливо ждали своих покупателей, но те равнодушно проходили мимо, спеша к полкам, где те же самые твари стояли ровными красивыми рядами.
Алёна подошла к одной их корзин.
- Глаза закрой! – раздался резкий приказ подруги, отчего Алёна вздрогнула. Она подчинилась. Катя взяла Алёну за руку, и повела прочь, пока бедро девушки не упёрлось в другую корзину с игрушками. Алёна сунула руку в приятную на ощупь массу.
- Хватай! – скомандовала Катя. Алёна открыла глаза. Её кисть держала небольшого коричневого медведя. Он смотрел на девушку чёрными бусинками блестящих глаз. Шею медвежонка обвивала розовая ленточка, с нарисованным красным сердечком и надписью «I love you!».
- Миленько, - бросила Катя. Взяла игрушку, и направилась к кассе. Алёна семенила следом.
Подруги из магазина направились домой к Алёне, в её крохотную, купленную родителями однушку. Катя достала из сумочки лист бумаги и конверт.
- Итак, моя недоумевающая подруга, сейчас я тебе расскажу суть нашего эксперимента. Для начала скажи, чувствуешь ли ты магическую энергию в этом медведе?
Алёна снова взяла игрушку в руки. Сбоку торчала бирка, где большими чёрными буквами было написано «Made in China». Несколько рядов иероглифов и надпись по-русски: «Игрушка детская Медвежонок». Закрыла глаза. Ничего, словно в руках обыкновенный кусок тряпки. Отрицательно помотала головой.
- Отлично. Энергии нет. Цель нашего эксперимента: сделать так, чтобы ты почувствовала мощные энергетические флюиды. Раз ты считаешь, что Вселенная, сотворившая Землю, тебя и меня, действительно интересуется нашими делами, то тебе легче будет признать, что она общается с тобой через этого медведя. Отныне и до конца эксперимента медведь станет твоим сакральным идолом.
Алёна прыснула со смеха.
- Это нормально, - равнодушно сказала Катя. Положила перед Алёной лист бумаги, ручку, - Пиши
- Что писать?
- Я, Свиридова Алёна Игоревна, находясь в здравом уме, не имеющая проблем с психикой….
- Кать, зачем это? – воскликнула Алёна. – Бред какой-то.
- Затем, подруга, что это твой выход из матрицы. Когда потребуется охладить твою головушку, эта бумажка цены иметь не будет. Уж я-то знаю, о чём говорю.
- Катька, ты серьёзно?! Ты реально считаешь, что я когда-нибудь поверю, что этот мишка – связь с Высшим Разумом?! Ты серьёзно в это веришь?
- Пиши, не отвлекайся, - коротко ответила Катя, - там посмотрим. Мишка, конечно, так себе проводник, но подстраховаться стоит.
Алёна старательно выводила на бумаге: «…. Осознаю, что данный медвежонок не является, и не может являться священным предметом, так как изготовлен как игрушка для малышей. Выбран мною вслепую из множества других подобных игрушек. Нет, не он выбрал меня, а я его, что подтверждает свидетельница Семёнова Екатерина Ильинична. Мною было установлено, что данная игрушка, состоящая из ткани и синтепоновой набивки, не несёт никакой магической энергии. Посторонних предметов и веществ внутри игрушки нет». Число, подпись.
Катя тоже поставила внизу свою подпись, сложила листок и запечатала его в белый продолговатый конверт.
- У меня пока полежит.
Катя поставила медвежонка на самую высокую полочку, где обычно стояла фарфоровая статуэтка собаки.
- Он всегда должен стоять здесь. Из прихожей его видно, с кровати тоже. Хочешь - не хочешь, подруга, но очень скоро ты будешь считать его наравне с иконой или идолом, распятием. Он, кстати, уже смотрит на тебя.
Медведь действительно смотрел на Алёну. Забавная смешная мордашка. Что она может вызвать кроме улыбки? Алёна улыбнулась, а Катя сделала вид, что не заметила.
Хлопнула входная дверь – ушла Катя. Это была её фишка, своего рода, «досвидание». Алёна расправила кровать, приняла душ, подмигнула подопытному мишке и улеглась спать. Снилось ей какое-то племя аборигенов. То ли лес, то ли джунгли. Они плясали и кривлялись вокруг чёрных деревянных идолов, но стоило Алёне присмотреться, – идолы превращались в плюшевых медведей. Огромные плюшевые куклы с дурацкой надписью «I love you!».
Прошло пять дней. Алёна, как и предполагала, не обращала внимания на игрушку. Так, бросит взгляд, подмигнёт – и всё. Катя требовала отчёта каждый день, что очень бесило. «Накроет – позвоню» - думала Алёна, но подруга считала иначе. Наблюдения, наблюдения. Ей, видите ли, нужна динамика развития явления. Так нет же ничего. Ну, смотрит – и что? Спит Алёна прекрасно, иногда ходит по комнате без одежды, не стесняясь, делает все женские дела. Да, прямо там, в комнате. Не на кухне же?
Она проснулась ночью, которая разделяла пятый и шестой день эксперимента. В комнате было темно – стоял конец сентября. Капли дождя стучали по карнизу. Тёмный силуэт медвежонка неподвижно застыл в том самом положении, в котором оставила его Катя. Алёна заметила, что в последнее время часто смотрит на ту самую полочку. Особенно последних три дня. В этот раз она поступила точно так же. Лежала, не шевелясь, и смотрела на дешёвую китайскую игрушку, при этом разум изо всех сил пытался переключить сознание, перебросить на что-то более рациональное. Но в голову ничего не приходило. Пустая голова. Так бывает при просмотре дебильной передачи по ящику. Пустота – а глаза всё смотрят и смотрят. Вот окно. Ветки колышутся от ветра, брызги в стекло. Алёна взяла в руки смартфон. Два часа пятьдесят три минуты. На улице плюс восемь, дождь будет лить до утра. Почту что ли проверить? Нет, неохота. Телефон снова лёг на тумбочку. Алёне показалось, что медведь шевельнулся. Так бывает, если долго смотреть на предмет в темноте. Глюки.
Она проснулась рано утром, когда тяжёлые дождевые тучи нехотя покидали небосклон. Дождь ещё моросил, но было видно, что его власть закончилась. Когда сон снова сморил её – Алёна не помнила.
Медведь! Стоит в той же позиции, смотрит на сонную девушку. «Дурак!» - злобно проворчала ему Алёна и отбросила одеяло. На работу ещё рано, но лежать больше не хотелось.
Позвонила Кате. Та заметно оживилась, узнав о бессонной ночи.
- Вот видишь, подруга, процесс пошёл. Ты уже не считаешь медведя просто игрушкой.
- Ничего подобного. Просто, не спалось.
- Не отрицай, не отрицай очевидного. Если боишься – можем всё прекратить.
- Ещё чего! – огрызнулась Алёна, - Пускай стоит себе на здоровье, пылью обрастает.
В трубке послышался смех. Потом Катя подробно расспросила обо всех деталях прошедшей ночи, не забывая записывать в дурацкий сиреневый блокнотик. Да, кажется она права, и это бесило Алёну – ей никак не хотелось проигрывать. «Это игрушка, просто дешёвая китайская игрушка» - мысленно повторяла Алёна.
Её скромный магазинчик нижнего женского белья был не самым посещаемым местом в этой части города. Представительницы прекрасного пола предпочитали большие супермаркеты, где выбор значительно богаче, да и цены чуть ниже. Хозяин давно уже хотел закрыть его, но прибыль, хоть и небольшая, тем не менее, была, и он каждый раз переносил страшный момент на потом. Алёна уже давно искала другое место, но пока безуспешно: или далеко от дома, или зарплата копеечная, или хозяин – зверь. Приходилось работать здесь. Не тяжело, но иногда накатывала такая тоска, что хотелось реветь. Зарыться головой в лифчики – и реветь, реветь. Нет никого, но в любой момент может зайти покупательница. Только, не заходит, почему-то, а часы тикают. Секундная стрелка ползёт, как улитка; минута превращается в час. Час тянется, как день. Никто не приходит. Начинаешь чувствовать свою ненужность, бессмысленность существования. Пробовала читать, но надоело. Сидеть в Интернете поначалу нравилось, потом соцсети стали ассоциироваться с работой – Алена онлайн, значит, в магазине. Единственное, что не давало полностью свихнуться – Егор. Они познакомились три месяца назад, когда Алёна шла домой после рабочего дня. Перед ней возник парень в чёрной кожаной куртке. Сказал что-то про её красоту и неотразимость. Алёна не запомнила – она смотрела в его небесно-голубые глаза. Потом он подвёз её до дома на своём мотоцикле, они обменялись телефонами. Теперь у неё появился постоянный парень, и рабочие дни стали днями ожидания ежедневной вечерней встречи, часто заканчивающейся под утро. Телефон разрывался от сообщений, на которые Алёна отвечала урывками – покупательницы вдруг хлынули, как рыба на нерест. Колокольчик у двери звонил непрерывно, Алёна бегала в подсобку за товаром нужного фасона и размера, подавала, советовала. Доход стал расти, зарплата тоже. Довольный хозяин не скупился на премии, благо клиентки уходили довольными, а книга жалоб пополнялась лишь комплиментами в адрес милой и внимательной продавщицы.
А сегодня мир рухнул. Егор пришёл в магазин, и, отводя глаза, пробормотал, что встретил другую. На вопрос Алёны: «Кто она?» отмахнулся, мол, ты её не знаешь. Зачем-то прошёлся по рядам, словно искал подарок для новой возлюбленной, тяжело вздохнул и вышел. Побледневшая Алёна рассеянно слушала толстую тётку, изо всех сил стараясь не разреветься. Лишь дома, когда захлопнулась входная дверь, она дала волю эмоциям. Медведь равнодушно смотрел на горе несчастной девушки. Ей показалось, что игрушка улыбается.
«Чего уставился, тварь мохнатая?! Ухмыляешься ещё, гадёныш! Меня бросили, предали – а тебе всё равно?!!!» - кричала между рыданиями Алёна. Потом слёзы закончились. Девушка легла на спину. Медвежонок всё так же смотрел своими бусинками.
«Слушай, мишка, а давай его накажем! Так, чтобы неповадно было больше так с девушками поступать! Пусть поплатится за мои слёзы» - прошептала Алёна, втайне надеясь увидеть раскаяние на лице Егора. И слёзы. Чтобы рыдал и полз за ней на коленях, прося прощения. Отчаяние и жалость к себе сменились злостью. Чтоб у него мотоцикл украли или прав лишили.
Алёна набрала Катю. Выслушав слезливый рассказ, Катя согласилась с тем, что таких уродов нужно учить.
- И мишке уже успела пожаловаться? – медленно, вкрадчиво, тоном знающего человека, произнесла Катя.
- С чего ты взяла?
- Разве нет?
- Было…, - вздохнув, созналась Алёна.
- Вернуть Егора попросила?
- Мимо. Не вернуть – проучить, - в ответе Алёны чувствовался металл.
- Угу, да ты опасный человек. Ладно, прорвёмся. Хорошо, что сейчас слился. После свадьбы это куда хуже.
- Угу – промычала Алёна.
- Не «угу», а прорвёмся. Нормального себе найдёшь, а этого забудь. Мелочь он, грязь, поняла.
Подруги говорили ещё полчаса. Вернее, говорила Катя; Алёна только поддакивала, да изредка всхлипывала, изредка посматривая на медведя. Теперь в его взгляде проглядывало сочувствие.
В три часа ночи затрезвонил телефон. Алёна, не открывая глаз, нащупала аппарат, поднесла к уху. В трубке раздался испуганный голос Кати:
- Крепись, подруга, твой Егор разбился насмерть.
Эти слова мгновенно прогнали сон. На все вопросы Катя лишь виновато повторяла, что сама ещё ничего не знает. Позвонила подруга, сообщила новость. Да, точно, информация правдивая. Фамилия и марка мотоцикла совпадают, возраст тоже подходит. Алёна накинула халат. Попыталась одеться, но передумала. На дворе ночь. Куда-то ехать? Зачем? Что она сможет исправить. Набрала Егора, но телефон оказался выключен. Да, всё верно – случилась беда. Егор не из тех людей, что выключают телефоны на ночь – для него всегда быть на связи так же важно, как дышать. Оффлайн для него – смерть. Рыдать не было сил. Почему-то плакать совсем не хотелось. Она прошла на кухню, заварила чай с душицей, мелиссой, пустырником. Этот сбор всегда помогал ей справиться с волнением. Должен помочь и сейчас.
Продолжение следует
�