12.
Кабинет у Михаила Евгеньевича был большой, со старомодной обстановкой, оставшейся ещё со времён Советского союза. Ностальгия по прошедшим временам. В институте все знали, что заместитель директора был ярым коммунистом, сторонником коммунистических идей и противником демократических перемен, изменивших не только жизненные ценности, но и отношение к науке.
Но, не смотря на свои взгляды, которые с ним мало кто разделял и считал их глупостью пожилого учёного все знали, что это очень умный и образованный человек. Спорить с ним было бесполезно, в особенности, если это касалось науки. Он был выдающимся специалистом и давно уже стал бы академиком, если бы постоянно не отстаивал свою точку зрения и постоянно не ругался с высшим руководством. Уволить его никто не мог решиться, помня о его заслугах и признаном авторитете в мировых научных кругах, да и больших связях в правительстве. Специалист такого уровня долго безработным не останется. Вот поэтому он уже больше десяти лет так и оставался в своей должности, что его совершенно не расстраивало.
-И это всё?! - он внимательно выслушал рассказ своего сотрудника, в который явно не поверил или сделал вид, что не поверил.
-Да! Больше я ничего не знаю! Я думал, что после исследования прольётся свет на природу того, что откопал мой брат! И я не мог даже предположить, что от этого куска железа можно ожидать такое! - оправдывался Степан, понимая, что это бесполезно, - Я держал его в руках десятки раз и ничего не происходило!
-Это не оправдывает тебя и не снимает с тебя вины, Степан! - эти слова из уст Михаила Евгеньевича прозвучали, как приговор, - Я временно отстраняю тебя от работы, до выяснения причин инцидента, произошедшего в стенах нашего института!
-Но, Михаил Евгеньевич! - попытался возразить Степан, заранее зная, что это бесполезно, но вдруг... .
-Я уже сказал и не намерен повторять! Можешь идти! - и он перевёл взгляд со Степана на стол, на открытую папку с документами. Это означало, что разговор закончен и лучше молча уйти и не злить его. Последствия могут оказаться серьезнее - увольнение, лишение премии или перевод на другую должность, в другой отдел, с меньшей заработной платой.
Степан молча покинул кабинет железного зама, как его окрестили сотрудники института. Он спустился на третий этаж и вошёл в свою лабораторию. Что теперь делать он не представлял. Идти к директору института тоже бесполезно. Все знали, что директор никогда не оспаривает решений своего заместителя, понимая, что Михаил Евгеньевич всё делает правильно, согласно устава института и научной этике. Да, и зачем портить отношения с человеком, который фактически управляет всем институтом и это у него получается очень хорошо. Он имеет обширные связи в научных кругах, вхож в круги бизнеса и правительства. Ни для кого не секрет, что благодаря ему институт не только не закрыли, но и сделали капитальный ремонт всех корпусов, оснастили современным оборудованием, каждый год финансирование института не уменьшается, а увеличивается. А сколько грантов они выиграли! А сколько патентов оформили! Поэтому директор и не конфликтует со своим замом, а почивает на лаврах, понимая, что хозяин здесь не он. И пока Михаил Евгеньевич здесь работает так всё и будет. Лучше сидеть спокойно и ждать своего часа, который когда-нибудь наступит.
Степан прошёл через лабораторию и вошёл в свой маленький уютный кабинет. Он плюхнулся на старый потёртый диван и посмотрел на включённый компьютер. Теперь придётся отказаться от заказа или передать его одному из своих друзей. А он уже спланировал на что потратит полученные деньги. Придётся всё переиграть, отложить на неопределённое время. Дорога в институт ему закрыта на неопределённый срок, как и доступ к базе данных и оборудованию. Что поделаешь!
Он встал с дивана и стал собирать вещи. Он не хотел оставлять здесь ничего, что было ему дорого. Не хотел, чтобы в его вещах копались те, кто будет вести расследование этого происшествия. Лишь бы Михалков выжил. Это самое главное на данный момент. Жалко, что всё так получилось. Но кто знал! Ведь никто не предполагал, что может произойти такое.
Степан взял в руку свою большую спортивную сумку и на прощание окинул взглядом свой кабинет, где каждая мелочь располагалась там, где ей было положено находиться, где царил полный порядок, где всё было сделано для того, чтобы было удобно работать, и всё сделано руками Степана.
-Как будто насовсем покидаю этот кабинет! - произнёс он вслух и натянуто улыбнулся своим словам.