Текст и фото И. Костевич
Моей подруге нужно жильё. И я немного помогаю его искать. Денег у неё скромное количество, поэтому сошлись на том, что искать надо комнату. А то цены на жильё ещё подрастут, тогда и комнаты не увидишь.
Нашла в объявлениях на "Авито" подходящее что-то: рядом набережная Преголи, до центра Калининграда совсем недалеко, дом немецкий с потолками в 3,6 метра высоты, так что в 20 «квадратов» продаваемой комнаты уместился и как бы второй этаж, деревянные антресоли. А под ним – крохотная кухонная зона. Куда и вода проведена. Так что в этой комнате есть удобства. Ну, а туалет – на этаже, общий с соседями. По объявлению пока не звоню, пошла смотреть, а что там с домом и в округе? Вторая половина дня, наконец-то тепло. Даже чересчур тепло. Непривычно.
Спросите, чего подруга сама не ищет и не ходит? А она почти без выходных работает. Пять дней в школе, в субботу с дочерьми хоть немного побыть надо, а в воскресенье у неё общественная нагрузка, идейная, и лет этой любимой нагрузке уже более двадцати: «Школа журналистики» называется. Тысячам подростков Катя Ткачёва с Сергеем Сергеевичем Большаковым путь к свету показали.
Ну, а у меня есть интерес к архитектуре, желание помочь хорошему человеку и… И блог на «Дзене». Чего бы не сходить, не посмотреть? И сама буду немного больше про Калининград знать, и вам расскажу.
В Литовском переулке (это от Московского проспекта ближе к реке) я, как выяснилось, не бывала. Шла туда от Закхаймских ворот. Вроде, и Московский проспект близко, и Литовский вал параллельно идёт. Не заплутаешь. Но немного стало напрягать количество выпивших людей, что попадались навстречу. А потом я вспомнила: воскресенье же! И это вам не мой Балтрайон, где всё тихо-культурно (да, в курсе, раньше тут было совсем не так!)
А в этом новом месте лучше не расслабляться – хоть и весна, и птички поют, и почки набухают. И дальше хочется срифмовать, но не буду. Можете сами.
Не знаю, какого лиха-добра тут можно найти. Обходя пьяных, вышла на знакомую улицу Черепичную. Где стоит старый герр из кирпича и с таким вот романтичным углом:
Дом этот я знаю по объявлениям, тут в коммунальной квартире тоже комнату продавали, но подороже, подруге точно средств не хватит.
Потом я всё-таки иду в нужном направлении, кормлю завалявшейся в сумке конфетой чёрную собачень с жёлтой клипсой в ухе. Людей нет совсем. И прихожу, наконец, к нужному мне дому №22, подскочив от разрывов петард: пацаны веселятся на крыше гаражей, что наискосок. Дом высокий, красивый. Окон много. В одном из них, распахнутом, видна старушка – она внимательно-внимательно смотрит на меня. Так внимательно, что я и фотографировать не решаюсь))). Дверь в подъезд открыта, потому что из дома выносят и грузят в машину холодильник. Захожу.
Да, забыла сказать: в объявлении о продаже комнаты было вскользь упомянуто, что «душ в подвале». Вот я как зашла в подъезд, так сразу об этом и вспомнила. Запах шёл весьма себе ощутимый. Горячей и тухлой воды. Подъезд, если его фотографировать, а не нюхать, и не смотреть на грубую деревянную перегородку, ведущую в святая святых, «систему коридорную», вполне элегантен. На полу входной площадки – шахматная метлахская плитка.
А какие красивые в подъезде перила!
И лестница очень широкая. На лестничных пролётах играет свет от больших окон. Стены светленькие, чистые, покрашены.
А вот и «пасхалочка»: конечно, ну что ещё можно написать на стене в подъезде дома? Где на четыре этажа 74 квартиры, как значится в документах...
Та комната, окрестности которой я собираюсь разнюхать для подруги Кати, она на третьем этаже. Так что мне надо туда подняться. А подниматься совсем не хочется. Потому что страшно: со второго этажа несутся пьяные крики какого-то мужика.
Надеясь, что камер наблюдения на этом объекте нет и некому будет ржать над тем, как я трусливо жмусь к стене и тяну голову, выискивая опасность, потихоньку всё же иду наверх. Чтобы, если что, резко развернуться и бежать отсюда, с изяществом кенгуру перепрыгивая через две ступеньки.
Но на втором этаже мне, как выяснилось, опасаться нечего: пьяные вопли раздаются за деревянной перегородкой.
И это хорошо. Хотя уже очевидно, что не хочу я в такое место ходить в гости к своей подруге. Чтобы вот это всё нюхать и слушать. Да и подруге такого не пожелаю. Мне становится жалко такой хороший дом.
Ну, почему люди так умеют изуродовать то место, где живут? Почему обязательно надо нажраться, орать благим матом? Почему тут в подвале с трубами явно что-то не то, раз так воняет в подъезде, а? Чистая годовая прибыль управляющей компании этого дома, как я потом прочитала в интернете, составила более пяти миллионов рублей.
Дом, дом, ты ведь заслуживаешь лучшей участи…
Но уже на третьем этаже картина меняется. Прямо на удивление. «Трубного» запаха уже нет. Тут чисто, солнечно, тихо. Мужик внизу взял паузу. Хотя и на третьем этаже всё та же дощатая перегородка, своей грубостью так контрастирующая и с перилами, и с этими окнами, с широкими ступенями. Но, тем не менее, здесь уже хорошо. И я пошла дальше, на четвёртый этаж. И тут была приятно удивлена.
Светло и вообще хорошо! Такое чувство, будто бы, зайдя в подъезд одного дома и поднявшись на три этажа, я неожиданно оказалась на четвёртом этаже совсем другого строения. Благополучного.
М-м-м. Чистилище… Растения. Нормальная жилая атмосфера. Привольный вид из окон, в сторону реки.
Дверь в «систему коридорную» открыта. Внутри большой вестибюль, на полу его современная кафельная плитка, а в квартиры ведут обычно-приличные двери. Причём, видно – именно в квартиры, не в комнаты. Так как дверей немного. Возможно, здесь есть видеокамера. Поэтому я не стала долго задерживаться и фотографировать, а опять спустилась в нижние круги ада.
Хотя – я же не была в подвале этого дома! Так что про ад рассуждать всё-таки не буду, это слишком. И потом, если на первом, втором и третьем, менее благополучных этажах этого дома кто-то живёт в радости и любви, пусть и без всего набора современных удобств, могу ли я, имею ли право говорить про эти жилища «ад»? Нет, конечно. Но, в общем, первые три этажа произвели неважное впечатление.
Я вышла из подъезда и как следует начала дышать свежим воздухом. Это оказалось удивительно приятным занятием. Тут же, посмотрев на дом внимательнее, разгадала и тайну "Чистилища»:
Четвёртый этаж был возведён недавно! Он - надстроенный! Вот вам и «два в одном». Но какая же большая разница…
Потом я прошла мимо гаражей и пацанов, у которых никак не заканчивались петарды, увидела, что этот дом тут не один такой, что я попала в целый квартал серьёзных домов из тёмного кирпича и с архитектурными излишествами. И что вон же она виднеется вдали – легендарная арка XVIII века в стиле рококо, арка Лёбенихтского госпиталя!
А ведь в Калининграде почти ничего и не осталось от XVIII века, и эта арка – большая архитектурная редкость. И про неё все знают, кто интересуется историей и архитектурой.
Собственно, и побывала-то я в одном из бывших зданий Лёбенихтского госпиталя. И потом бродила вокруг остальных. А ведь я обо всём этом читала. Но вот что значит «теория мертва без практики»: прочитала, да и забыла. А теперь зато я этого не забуду!
Опять встретились пьяные – вот поддатая моложавая женщина тащит с прогулки хромую бабушку, что-то ей советуя заплетающимся языком. Вон матерится группка подростков на скамейке посреди зелени двора. Вон толстые кошки валяются-греются. И молчат. Вон две красивые девушки идут – матерятся. Всё это очень эффектно. Но – для фотографии или кино. А в плане социальном это всё грустно.
Ещё я увидела в том же районе разлагающуюся часовню – на карте она была обозначена словом «Сооружение»…
Удивилась, поскольку была уверена, что в самом-то Калининграде все сооружения христианского культа уже как-то отремонтированы и худо-бедно используются. Иначе зачем понуждать бизнесменов строить новые «походные» часовенки сомнительных архитектурных достоинств? А это была часовня Лёбенихтского госпиталя, значит… Может, ещё и спасут её когда-нибудь...
Потом я прошла под аркой на улицу Лесопильную и залюбовалась красотой кирпичной кладки очень длинного жилого (теперь уже) здания.
Но, увы, из подвалов воняло весьма интенсивно. Хоть и украшали подвальные окна вот такие чудесные решётки.
Я старалась быть сбалансированной и судить непредвзято. Наклонилась к одному из окошек, открытому и без решётки. Пыталась найти в этом что-то хорошее. Удостовериться, что всё не так плохо, как мне кажется. Но в темноте услышала не то что плеск – резвое журчание воды. Она в подвале куда-то бежала по своим делам. Гниль и пар…
В общем, посещение бывших зданий Лёбенихтского госпиталя оставило неоднозначное впечатление. Красиво? Слов нет!
Сохранившийся исторический квартал, ещё одна потенциальная жемчужина для туристов. Жалко ли мне эти дома и людей, кто там живёт?
Дома жалко совершенно точно.
Людей - не знаю. Может, кому-то там и хорошо. Может, кому-то лучше там живётся, чем мне в моей прекрасной новостройке. Я не знаю. С людьми всё всегда очень непросто.
Кстати, пока готовила этот материал, нашла в интернете упоминание о том, что управляющую компанию дома №22, куда я заходила, обязали привести в порядок стены в подъезде. И пришлось ей это выполнить. Так что я видела облагороженный вариант.
Интересно, что там раньше на стенах было написано? Хотя, если интересно, можно, наверное, и в какой-нибудь другой дом зайти. К сожалению, общежитий с «системой коридорною» в Калининграде довольно много.
Ну, а дальше я шла набережной Преголи, уворачиваясь от велосипедистов. Потому что им неудобно ездить по слишком узкой велодорожке. Поэтому все они, как один, чешут по тротуару.
Поравнявшись с мостом, думала, что кёнигсбержцы былых времён, наверное, были бы потрясены, узнав, какая здоровенная и сложная эстакада пересекает теперь их кормилец Pregel.
Подумала и о том, что будет тут через сто лет – но я всё равно этого не узнаю, стоит ли думать… Посмотрела на многоэтажку, которая так и не развалилась, хотя и треснула при реконструкции набережной Трибуца. Ой, как же я любила эту набережную до реконструкции!!!
Что касается несчастного дома: комиссия ходила тогда по этажам, втыкала пробки из-под шампанского в образовавшуюся роковую для жильцов трещину возле лифта: через какое-то время пробки выпадали… И в итоге жильцов оттуда выселили за 24 часа. Мне об этом рассказала жившая там раньше однокурсница. Поэтому однажды, благодаря ей, я побывала в этом аварийном доме.
Внутри всё напоминало о поспешном бегстве - в коридорах громоздились брошенные вещи. А попала я туда по приглашению, потому что просто так не пройдёшь: тогда ещё, весной 2017 года, этот дом охранялся. Это он сейчас совсем закрыт.
Однокурсница, узнав, что я купила 37 квадратных метров в «сером ключе», но мне нечем это всё обставлять, предложила взять что-то из обстановки покинутой её семьёй квартиры. А в качестве моего «мерси» попросила спустить с седьмого этажа все её книги по психологии. Дело в том, что Люсин муж отказывался это сделать, находя книги очень вредными для семейного взаимодействия. А у самой Люси не хватало физического ресурса на подвиги в виде беготни по этажам с тяжестями.
В итоге я стала обладательницей большой красивой корзины, книжного стеллажа, гидромассажного прибора для ванны и рустикальной кухонной полочки. Сожгла в тот день энное количество килокалорий. И, конечно, пополнила свою копилку впечатлений. Потому что находиться в аварийном доме страшно. Но зато и страшно интересно.
Ну, а как я обустраивала свою полностью пустую квартиру и делала самостоятельно и практически без денег ремонт, научившись шпаклевать, стелить линолеум, класть кафель, натягивать потолки и добывать новые стройматериалы на свалках - это уже совсем другая история. Когда-нибудь и её расскажу))).