Если лошадь сдохла – слезь с нее". Но он тогда не понимал этого слова! Он всего лишь следовал правилу. И он действительно слезает, если это необходимо.
Онофре де Плутарх сказал: "Правило – это оковы того, кто любит свободу". А ведь это тоже верное правило.
Во всех остальных случаях вы должны поступать так, как велит вам сердце. Это ваша правда, и ее не надо стыдиться. Не надо считать вас лицемерами.
Искренность и есть уже добродетель. А в том, что истину нельзя скрыть, нет ничего худого. Но мы привыкли маскировать истинную цель и реальность под "ложь во спасение". Чтобы понравиться окружающим, мы одеваемся в тогу. И этим прикрываем абсолютную свою несвободу. Чтобы нравиться окружающим, вы лишаете себя права быть искренними.
Между тем лицемерие – это своего рода маскировка, ложь во спасение. И поэтому искренность вовсе не означает ложной правды. Потому что истина вам все равно известна. И все, что вам кажется истиной, вы знаете и сами. Поэтому ложь во имя лжи идет от беспринципности, а не от совершенной истины.
"Бог создал тебя мужчиной, поэтому именно у тебя столь естественная жажда секса", "Женщины любят лесть, потому что она им льстит. Мужчины любят лестью не злоупотреблять, чтобы не потерять уважения".
Вот что мне особенно нравится. Лестно, но не свято, как правило, не в ущерб себе. Истину-то и прятать не надо, и можно всегда сказать ей то, что вы думаете, без сокрытия ее истинности.
Почитайте, что написано в Библии о лжи, в конце концов.
Лжец – прежде всего трус.
Конфуций сказал:
"Не надо бояться правды. Ведь правда неотвратима.
Не нужно бояться мира, потому как этот мир – ложь".
"Человек может быть несчастлив, но при этом глубоко не прав".
Если человек прав, то он несчастный?
А как же Божье слово о пути праведников?
И еще одно "правдивое" изречение: "Правда не делается в одиночку".
Это тоже про ложь, но уже во имя правды. Ложь во имя этих двух истин – это и есть правда, пусть только она будет только правдой.
И теперь, наконец, дайте практический совет.
Если искренность несовпадения резко контрастирует с ложью во имя этой лжи