Восточные мужчины. Сладкая жизнь.
Неожиданно мелькнула мысль, что если все сложится удачно, ему так или иначе придется бежать отсюда. Он не хотел думать о тюрьме или рабстве, лучше уж представить, что он навеки повязан с золотистым цветом его кожи.
Правда, в побег пришлось бы бросить Ингрид. Ей понравилось бы больше на островах. Почему-то ему захотелось именно этого. На полгода или год. Он представил озеро, такой голубоватый оттенок у воды, и Ингрис без купальника. Сердце екнуло, и он тут же покраснел.
С другой стороны, если бы им еще год или даже больше, этого хватило бы, чтобы забыть обо всем, что предшествовало его побегу.
«Все может быть, - подумал он, - вот только бы дотянуть до этого времени».
Неподалеку от монастыря, на выходе из леса паслась его корова. Наверняка бычара уже ее заприметил и сейчас находился недалеко, возможно, у того самого ручья. Гектору стало интересно, что предпримет животное, если увидит его. Он ждал, что вот-вот появится бык и уж тогда им придется туго.
Поскольку корова оставалась неподвижной, Гектор решился и подошел ближе к стаду. В сумраке он не заметил бы, если б даже тот заслонил бы собой солнце.
Однако бык не спешил появиться и коровы, стоявшие на месте, тоже. Что же он делал, почему не напружинился?
Вскоре ему показалось, будто бы в зарослях что-то мелькнуло, будто человек или животное.
Вдруг у речки на другом берегу он увидел движение. Был ли это еще один пастух?
Гектор подошел к воде, но ничего не было видно. С другой же стороны, кусты и трава над ней скрывали любое движение.
Возможно, он что-либо упустил из виду, и лучше вернуться в монастырь. Ингрессия произошла. И кто знает, что скажет Гектор старому настоятелю.
Гектора вовсе не пугало то, что будет говорить настоятель. С трудом сдерживая дрожь, Гек только надеялся, что сможет правильно истолковать слова монаха.
Но чем больше Гектор размышлял, тем больше убеждался в том, что ничьи преступления против власти и порядка не останутся безнаказанными. Эта мысль наполнила его небывалой гордостью. Вот так-то.
Затем на мгновение его охватила злость на Ингнессу, которая не сумела защитить его, и на Эшу с
