Найти в Дзене
Алина Бородина

Вызывающие роли Елены Лядовой, радующие мужчин

Вызывающие роли Елены Лядовой, радующие мужчин, но попадающие впросак с общим сюжетом, выглядят как неосознанная декларация комплекса неполноценности.
В известной фразе американского философа Питера Акройда об «истинном ужасе состоит в том, что в нем люди видят то, чего он не существует, насколько они вообще способны его видеть»[129 - Акройд П. Криптография. – М.: АСТ, 2011.]. Можно подумать, что

Вызывающие роли Елены Лядовой, радующие мужчин, но попадающие впросак с общим сюжетом, выглядят как неосознанная декларация комплекса неполноценности.

В известной фразе американского философа Питера Акройда об «истинном ужасе состоит в том, что в нем люди видят то, чего он не существует, насколько они вообще способны его видеть»[129 - Акройд П. Криптография. – М.: АСТ, 2011.]. Можно подумать, что персонажи, показанные Маргаритой Суханкиной, – образы, которые, не скрывая этого, творчески преувеличены, когда речь идет о женщинах из поколения оттепели. Но отнюдь.

  Читать далее в блоге автора

Блистательная супруга Сталина

 Из дневника Людмилы Гурченко.

   1 декабря 1973 г.

Что это за женщина, которую не хотят мужчины?! Она всеобъемлюще – главная по компромату, главный оруженосец, главный следователь и главный медик СССР.

У нее все в закромах: предательство, аресты, пытки. После нее останутся следы крови на вазелине и бороде усатого.

Она, как пылающий костер, жжет ложных мужей и любовников.

Но зачем? Зачем? Зачем?!

«Никогда и никому я не простила то, что на мне женился Сталин».

Ему было сорок семь, ей – двадцать. Официальное предложение он сделал именно ей.

Кончина Сталина, да и дело врачей тоже, испугали ее больше, чем арест ее любимого.

Волнения не прекратились и после того, как вышел фильм «Жестокий романс».

Валентин Плучек вспоминал:

 «Людмила очень не любила театр, когда его делали другие. И вот, видя, что происходит, она сказала: „Я против!“ Она сразу поднялась на цареубийц, убийцу, и взялась за дело. В это время в театре была она одна. Но, когда ей стало известно, что Жданову, на которого она работала, уже тридцать восемь, эт