Начало: «Властью, предоставленной мне Империей Родия, я приговариваю раба Ригеля к смерти»

Начало:
«Властью, предоставленной мне Империей Родия, я приговариваю раба Ригеля к смерти». – Огласил свой вердикт председательствующий судья верховного суда государства Тордон зычным голосом
«Хорошо, хорошо. Убейте его сейчас же. Этот ублюдок, должно быть, родился от крови хладнокровного убийцы. Как двенадцатилетний мог убить сотни людей? Мы должны позаботиться об этом ублюдке, прежде чем он вырастет и принесет разрушения на наши головы. Посмотри на него – он улыбается! Он сумасшедший! Ты, сукин сын...!» – Донеслись восклицания из зала.
«ДОСТАТОЧНО!» – Прогремел голос судьи, заглушая выкрики. С холодным блеском в глазах он сказал тихим голосом: «Независимо от того, насколько вы хотите улучшить своё положение в глазах Лорда Тордона, не забывайте, что это зал суда находится под моей юрисдикцией. Еще одно вульгарное слово из ваших уст, и я буду вынужден принять меры, после которых вы не сможете здесь находиться».
Мужчина проглотил свои слова и молча сел на свое место. Другие дворяне, которые уже планировали присоединиться к оскорблениям в сторону мальчишки, затихли, в то же время, как сидящий вдали от всех мужчина поднялся со своего места.
Главный судья холодно прищурился, но через секунду встал со своего места и низко поклонился мужчине. Капитан стражи, стоявший за мужчиной, произнёс почтительным голосом: «Его светлость, могущественный правитель государства Тордон, Лорд Джеральд Тордон».
Человек выглядел примерно на пятьдесят; на его лице были морщины, его тело было истощено, но его взгляд был острыми, подобно мечу. Он взглянул на мальчика по другую сторону зала суда и спросил холодным тоном: «Это то, чего ты хотел с самого начала, Ригель».
В другом углу зала на коленях стоял двенадцатилетний мальчик, стражник держал его за затылок, направляя голову к земле. Четверо стражников стояли вокруг него, и все же мальчик рассмеялся, игнорируя боль.
«Как ты смеешь?!»
«Как ты смеешь смеяться над его светлостью?!»
– Гневно закричали стражники и обнажили свои мечи, но остановились, когда лорд Джеральд поднял руку.
Сражники отошли от Ригеля, а сам лорд Джеральд подошел к ним.
«Аррргггх!»
– Ригель застонал от боли и кашлянул кровью, когда Джеральд свирепо ударил его в живот. Все в зале молча застыли, в том числе и судья, потому что они понимали муки человека перед ними.
Джеральд Тордон, правитель государства Тордон, находящегося под командованием Империи Родия, был обладателем большого богатства и власти. Однако три дня назад он потерял всё, что у него было: семью, жену, всех своих детей, кроме одного, и всё из-за одного раба – Ригеля.
Один единственный раб убил каждого человека в Тордонском замке, это должно было касаться и самого Джеральда, но из-за непредвиденных обстоятельств он покинул замок и, таким образом, оказался спасён.
Джеральд мог легко убить Ригеля, но он не стал, так как понимал, что не стоит. Ригель, кашлянув кровью, вновь разразился безумным смехом.
«Бесполезно, бесполезно, это всё, что у вас есть, Всемогущий Лорд Джеральд? С такой силой вы даже не смогли бы удовлетворить свою жену. Не говорите мне, что ваши сыновья, которых я хладнокровно убил, были не от вас? С кем ваша сука спала? Позвольте мне догадаться, с рабом? Хахаха...»
«Аррргх!»
– Ригель снова кашлянул кровью, когда Джеральд ударил его в живот. Он схватил Ригеля за шею и поднял над землёй.
Несмотря на то, что Ригель улыбался, в его глазах был непостижимый гнев и ненависть. То, чего вы никогда не ожидали бы увидеть в глазах двенадцатилетнего. Ригель фыркнул и с трудом произнёс: «Что ты собираешься делать, Джеральд? Убьёшь меня? Будешь меня истязать? Как? Мне нечего терять. Ты украл у меня всё. Ты никогда не заставишь меня плакать, но ты будешь страдать всю свою жизнь, вспоминая людей, которых я сжёг».
Рука Джеральда сжалась, и улыбка на лице Ригеля тоже усилилась. Джеральд проглотил свой гнев и сдержал порыв задушить Ригеля до смерти, ослабив хватку. С холодной улыбкой на лице он сказал: «Ты понятия не имеешь, как я хочу тебя убить. Пить твою кровь и принести твой труп в жертву моим любимым, но я знаю, что никогда не заставлю тебя страдать, даже если я буду мучить тебя до смерти.
Ригель, ты никогда не выиграешь. Ты будешь страдать всю свою жизнь, и я причиню тебе это страдание. Я неспособен сделать это сам, но это не значит, что я не могу заставить тебя страдать.
Как Владыка государства Тордон, я пересматриваю решение суда: вместо смерти ты проведёшь в тюрьме Геенна Империи Хейн десять пожизненных сроков. Тебя не будет здесь, Ригель, но однажды я найду тебя, чтобы увидеть твоё лицо, твои жалкие, наполненные страхом глаза и твою искалеченную отвагу. Ты знаешь о тюрьме Геенна?
Это подземная тюрьма, где держивают таких людей, как ты. Империя Хейн не такая слабая, как Родия; он может уничтожить сто Родий, и она в тысячи раз больше, чем Родия. Все её худшие преступники находятся в Геенне. В отличие от других государств, Империя Хейн не контролирует деятельность преступников в своих тюрьмах. Существует только одно правило: Нельзя убивать, и любой, кто нарушит это, будет казнён.
Ты, Ригель, отправляешься в эту Геенну. Как двенадцатилетний, ты будешь иметь преимущество против этих преступников. Но я не дам тебе никаких надежд».
«Аррргггх!»
– Ригель застонал от боли, когда Джеральд ударил его в нижнюю часть живота, сокрушая его даньтянь. С улыбкой на лице, Джеральд опустил голову и сказал тихим голосом: «Я разрушил твой дантянь, чтобы ты никогда не смог самосовершенствоваться[1]. Ты никогда не станешь достаточно сильными, чтобы защитить себя, а твоя жизнь в Геенне будет хуже собачьей.
Каждый день ты будешь жить, зная, что никогда не станешь свободным человеком. Это страдание, Ригель. Ты сможешь смеяться сколько захочешь, но помни, это будет последним смехом в твоей жизни. У тебя есть последние слова?»
Ригель открыл глаза, подавляя чудовищную боль, которую он сейчас испытывал. Его глаза были наполнены несгибаемым блеском, он сказал упрямым голосом: «Пошел ты!»
Примечание переводчика:
[1]Да, он имел в виду «культивировать». Мне никогда не нравилось звучание этого определения, в текущем переводе я постараюсь избегать его и заменять подобными по смыслу словами.