Любите ли вы Дом Крестьянина так, как люблю его я? Сколько с ним связано воспоминаний, а он всё стоит в прежнем виде!.. И ремонт то здесь давно уже нужен — на крыше растут деревья, стены обшарпаны, а с другой стороны, как это символично, что в таком месте останавливается время…» — так думал Николай, стоя под вывеской «Закусочная» на углу здания… Неожиданно, его неспешные размышления были прерваны голосом, раздавшимся сверху:
— Слышь, земляк! — обратился к Николаю мужчина средних лет в тельняшке, высунувшись из окна — будь другом, придержи место, рядом с тобою, чтобы не занимали… Я сюда машину поставлю!
— Пожалуйста — ответил Николай и оглянулся по сторонам. Около него стоял чёрный «Хаммер», а чуть поодаль, он увидел его белого «собрата», который явно мешал пешеходам. Мужчина, выскочив из дверей гостиницы, залез в белый «Хаммер» и через минуту, виртуозно поставил его рядом с чёрным лимузином.
— Порядок! — сказал незнакомец и добродушно посмотрел на Николая — ты как насчёт немного выпить?..
— Не пью — признался Николай — ну разве что сухого красного…
— Так тебе повезло — оживился мужчина — я сам его только и употребляю. Юбилей у нас сегодня с женой! Может, зайдёшь, по стопочке дёрнем, а?! — предложил он и распахнул багажник чёрного «Хаммера» и извлёк оттуда большую стеклянную бутыль. — Домашнее… — добавил он с удовлетворением.
«Непонятно — подумал Николай — то он в одну машину влезает, то в другую… но почему то этот „моряк“ мне сразу понравился».
— По стопочке, пожалуй, можно, из уважения к Вам и Дому Крестьянина — неожиданно для себя согласился Николай.
— Да! Я не представился… Пётр! — спохватился незнакомец, пожимая ему руку.
— А что скажет Ваша жена? — засомневался Николай.
— Она к подруге ушла — сказал мужчина.
— Ладно… — сказал Николай уже более уверенным тоном — тогда видимо будет проще… И оба «собутыльника» направились к входу. По пути Николай для приличия спросил у Петра о юбилее…
— В этот день тридцать лет назад, здесь, в столовой, я познакомился со своей второй половиной. Заходи не стесняйся — и Петр отрыл дверь своего номера. Николай с любопытством шагнул внутрь, и тут перед его взором предстала необычная картина…
— Ну и ну! — невольно вырвалось у Николая, и он в удивлении опустился на стул… На стене висел большой календарь с видами города Горького за сентябрь 1982 года, сама же комната была «отделана» в стиле эпохи позднего «советского классицизма». На верёвке, протянутой от окна на угол комнаты висела одежда с символикой 22-х олимпийских игр в Москве, на столе стоял знаменитый радиоприёмник «Океан» в деревянном корпусе, а тяжёлого кремневого цвета шторы и элементы видавшей виды мебели не вызывали сомнений в своей подлинности.
— Выходит… — продолжал Николай — я вместе с Вами попал в своё прошлое. Пётр, глядя на Николая, был явно доволен. Он налил вино в два «мухинских» гранёных стакана и мужчины выпили по первой…
— Тогда было так, ведь в этом номере мы с Тамарой провели медовый месяц. Решили по городу погулять и никуда не ехать, благо Кремль отсюда в двух шагах — начал свой рассказ Пётр. А познакомился я с ней благодаря идиотской ступеньке у кассы в столовой, где многие новички едва ли не падали с подносами…
— И я помню ту окаянную ступеньку! — воскликнул Николай — сколько людей тут мучилось.
— А я, оступившись в тот день, нечаянно высказал известное предложение из трёх слов, которое оценили девушки, сидящие за столом, напротив, среди них оказалась моя Тамара. Так, слово за словом… и разговорились.
Мужчины выпили ещё раз… Пётр включил «океан», на волне радио «ретро» звучала песня Л. Утёсова «Будь со мною строгой».
— А помнишь, какую солянку здесь готовили? — спросил Пётр.
— Мне ли не помнить той замечательной солянки! — расчувствовался Николай — полпорции стоила 27 копеек.
— Сам я из Лукояново, а Тамара жила в Балахне — продолжал Пётр — в Нижнем Новгороде мы были студентами, с той поры часто приезжаем сюда, чтобы вспомнить былое. Те «Хаммеры» у входа наши, чёрный мой, а белый её.
— У Вас, наверное, серьёзный бизнес, судя по такой технике? — поинтересовался Николай.
— Какой там бизнес — отмахнулся Пётр — эти машины — всё, что у нас осталось. Покупали, чтобы за грибами ездить, уж больно удобно — посадка высокая… А недавно пришлось продать дом, живём сейчас у тёщи на даче под Арзамасом. Это всё валютный рынок, он разорил нас. Сначала дела шли в гору, потом как отрубило.
— Мне ли не знать этот «Форекс», сам оставил там кучу денег… Пётр, я рад, что познакомился с тобой!.. Но, давай лучше поговорим о приятном. Ведь у меня через неделю тоже юбилей — десять лет как я встретил свою Катю, и где! Ты не поверишь! Я познакомился с ней в мужском туалете, в Кремле.
— Чего только в жизни не бывает.
— Сам не ожидал такого… Однажды я долго бродил по территории Кремля и, утомившись, зашёл в туалет, что около Дмитриевской башни.
— Понятно! — сказал в тон ему Пётр.
— И вот, стою я у стены по своим делам и неожиданно слышу за спиной приятные женские голоса… Я с удивлением оборачиваюсь, поправляю брюки и вижу перед собой двух молодых женщин, спокойно ожидающих своей очереди. Одна из них так мне понравилась, что я завел с ней разговор о парфюмерии и высокой моде. С того дня и поныне мы с Дашенькой неразлучны.
— Но как они оказались в мужском туалете?
— Неожиданно отключили воду в женском отделении, и что им было делать?.. За ними пошли и все остальные.
Собеседники выпили ещё, а когда бутыль посветлела наполовину, Николай с Петром обменялись адресами и добавили уже по стакану «на брудершафт»…
— А знаешь что? — разошёлся Николай. — Смотрю я на джинсы и майки под потолком и вижу, что не хватает одной вещи. Ты слышал про музей «советского белья»?.. Петя, я хочу подарить тебе в честь юбилея раритет — мужские «семейные трусы» особой длины с биркой от известной фабрики, 1965 года выпуска… Было время, когда я хотел, было, продать их на блошином рынке у Большой Покровки. Так один коллекционер предложил мне сразу 1000 рублей! Хорошо, что сосед успел шепнуть мне на ухо: «Не вздумай! Я видел их в каталоге: им цена вдвое больше!». С тех пор я и берегу эту ценность…
— Эх, Коля! — вздохнул Пётр. — Не могу я принять от тебя такой подарок.
Однако Николай настоял на своём.
— Ладно! — согласился Пётр. — Есть у меня идея продать обе машины и открыть кафе под названием «Назад в 80-ые», так что весь этот «антиквариат» туда пойдёт, ну и твоя «реликвия» тоже пригодится.
— Тогда я пошёл. Пора и честь знать! — Николай поднялся из-за стола и, поблагодарив хозяина, пообещал вскоре вернуться. На выходе, Пётр предупредил швейцара, чтобы Николая пропустили к нему без волокиты…
Через час, другой, Николай, поднявшись на второй этаж гостиницы, постучал в дверь номера Петра. Из комнаты доносился шум. Николай толкнул дверь, она оказалась незапертой… Пётр спал за столом, бутыль с вином была пуста. Николай убавил звук чёрно-белого переносного телевизора «Юность 408» и хотел было подождать, когда его приятель проснётся, но понял, что это бесполезно. Пришлось Николаю достать свою «реликвию» и аккуратно повесить её на свободное место под потолком, после чего он с чувством исполненного долга вышел из номера…
Их дружба продолжалась, и уже в ближайшие выходные Пётр и Николай отправились на машинах вместе с жёнами за грибами на север области. По словам Николая, каждый из них набрал по 100 отборных белых грибов, не считая «лисичек и шишек»… Друзья остались довольны результатами, а их жёны подумывали о планах на будущее…
Ну что же! Остаётся только порадоваться, что эти люди познакомились друг с другом. В пятидесятилетнем возрасте приходит время, когда надо остановиться и сказать друг другу особые слова. Конечно, это ещё не «осень» жизни, но всё же — пора раздумий. Не исключено, что в скором времени откроется и само кафе «Назад в 80-ые». Как утверждает Николай, его приятель уже определился с местом, надо только немного подождать, чтобы увидеть всё это воочию. Там мы ещё раз сможем окунуться в прошлое, да и история эта, наверняка, вспомнится...
Фото дня: