Май только начинался.
По утрам, в воздухе уже чувствовалось свежее дыхание ввесны, но днем, уже было жарко.
Две подружки второклашки вышли из прохладного здания больницы через черный ход.
Оказавшись во внутреннем дворике, они присели под деревом на лавочке, любуясь летающими паутинками.
Бойкая Юля, теребя завитки на шее, предложила Лене
- пойдем вдоль реки, через парк.
Я знаю как идти, мы так с мамой ходили.
И в школу попадём, когда уроки закончатся...
А то, на трамвае, слишком быстро, придется ещё урок сидеть.
Лена колебалась. Ей не хотелось прогуливать уроки.
Посмотрев на синтетическую школьную форму Юльки, она неуверенно произнесла
- может на трамвае...все таки...тебе же жарко?
Юля геройски поправила белый воротничок на шее
- ничего, потерплю, сейчас только до конца улицы, через мост, а уж там под деревьями пойдем. В парке прохладно.
Лена огляделась.
Улица вдоль реки, не вызывала доверия. Старые обшарпанные двухэтажные дома, с грязными подъездами и облезлыми оконными рамами.
То ли по причине погоды, но на улице не было ни души.
В полуденной жаре, казалось, звенела тишина.
Громкая болтовня Юльки немного успокоила Лену и подруги повернули на мрачную улицу.
Они почти дошли до моста, когда заметили, как от стены кирпичного дома отделились три фигуры.
Девицы, лет по пятнадцать окружили малолеток. Двое молча подхватили щуплую Ленку под руки, повели к подъезду.
Третья,"дылда,"лишь толкнула притихшую Юльку в спину.
...простые сережки в форме ромашек, Юлька снимала сама, без посторонней помощи.
Ей было обидно, что Лену не трогают. Самодельный браслет из мелкого бисера (его сняли сразу) на Ленкином запястье, не в счёт.
. Отдавая дрожащей рукой серьги высокой девице, она плаксиво сказала
ага, а почему только с меня сняли… у нее вон, золотые....
Долговязая девица, лишь ухмыльнулась глядя на Лену
- ну и подруга у тебя....
Пережив шок и выйдя из подъезда, второклашки не сговариваясь вернулись к больнице. И всё ещё молча, поспешили на трамвайную остановку. Поближе к людям и подальше от неожиданных ситуаций.
На всякий случай!
Мало ли, как может быть ещё испытана их дружба?