Художественно-историческое повествование
Продолжение. Начало здесь: https://zen.me/UBuid
Место действия — Верхнее и Среднее Подунавье (современные Австрия, Чехия, Венгрия)
Время действия — VI в.
"Огромные и многоразличные племена присоединяешь ты к благочестивому союзу Христа: алеманн, сакс, тюринг, паннонец, руг, склав, норец, сармат, датчанин, острогот, франк, бургунд, дак, алан…" Из "Эпитафии Святому Мартину", написанной епископом Мартином Бракарским (VI в.)
"Норики — это и есть славяне… Был един народ славянский: славяне, сидевшие по Дунаю.., и моравы, и чехи, и ляхи, и поляне, которых ныне называют Русью… А славянский язык и русский — одно и тоже…" Из "Повести временных лет". XI–XII вв.
***
В VI в. многие современники отметили появление на карте Европы нового народа — славян. Славянские племена в течение короткого времени заселили огромную территорию — от Балтийского до Черного морей, от Дуная до Днепра. А византийские и западноевропейские хроники того времени буквально заполонены рассказами о встречах со славянскими племенами в самых разных местах Восточной Европы.
Откуда пришли славяне — доподлинно неизвестно. Неведомый нам сегодня автор самой древней нашей летописи (1) — "Повести временных лет" — считал, что прародиной славян были земли на Верхнем Дунае, а именно в бывших римских провинциях Норик и Иллюрик. По одной из версий, представленных в "Повести временных лет", из Норика же вышло и славянское племя полян, которое имело и второе имя — русь. Позднее поляне-русь и стали одним из племен, вокруг которого складывалось Древнерусское государство.
Современные археологи, как ни старались, не нашли свидетельств того, что в Норике жили славяне. Но ведь именно здесь находилась страна ругов-русов — Ругиланд. А это значит, что где-то поблизости от Норика в первой половине VI в. и произошла историческая встреча — руги впервые встретились со славянами. Епископ Мартин Бракарский, родившийся в VI в. недалеко от Норика, считал их уже соседями. Поэтому, перечисляя разные народы, он поместил их рядом — "руг, склав, норец"…
***
Голубые потоки колокольчиков покрывали обширную поляну на краю леса. А между этой синью, яркими пятнами — медовое золото куриной слепоты. И зелень высокой травы спускалась клиньями среди цветов к нависшим над рекой кустам ракиты. А там, в разогретой воде, дремали лягушки, лишь изредка нарушая тишину своим трескучим кваканьем. Но стаи зелено-синих стрекоз не пугались этих звуков, а висели в воздухе, мелко и быстро перебирая крыльями, сверкавшими на солнце радужными кольцами.
И вдруг — крики, песни, смех. Лягушки сорвались со своих нагретых мест. Стрекозы рассыпались в мелкие стайки. И даже ракиты начали кланяться к воде, пригибаясь под нежданно подувшим ветерком.
С разных сторон на поляну высыпали две толпы девушек и юношей. Большинство из них — черноволосы. Юноши — в белых портах и длинных, до колен, белых рубахах, подпоясанных разноцветными ремешками. На девушках — расшитые красными и синими узорами платья до самых щиколоток.
Вслед молодежи, так же с двух сторон, показались люди постарше. Впереди них — старики, с толстыми, витыми посохами в руках. Это старейшины. В нынешний летний день привели они жителей своих сел на празднование Купалы (2).
Сойдясь на краю поляны, оба старейшины степенно поздоровались:
— Рад видеть тебя, Келагаст! Да дарует Сварог (3) мир твоему дому! — сказал один из стариков и поклонился.
— И я, Буривой, приветствую тебя! Пусть Сварог и сын его Дажьбог (4) освещают дни твоей жизни! — ответил другой и его косматая борода заколыхалась в такт поклону.
Старейшины уселись на пенечки, а на поляне уже вбивали шест, привязывали к нему соломенное чучело. Шест обложили сухими дубовыми ветками и подожгли их. Лишь только костер разгорелся, как тут же загудели сопелки, рожки, зазвенели струны гуслей. Молодежь, взявшись за руки, завела хоровод с пением. И чем громче трещал костер, тем шире и раздольнее разливалась песня.
Старейшина Буривой смотрел на празднество, однако нет-нет и оглядывался. Он старался повнимательнее рассмотреть трех неизвестных ему людей, пришедших вместе с Келагастом. Одеты они были необычно — тела обернуты в яркие куски материи так, что правые руки, покрытые красными татуировками, оставались обнаженными. Просторные шаровары были подвязаны возле колен кожаными ремешками. Аккуратно подстриженые светлые волосы закрывали уши, а губы обрамляли рыжеватые, длинные усы.
— Я гляжу, Келагаст, ты привел на наш праздник гостей? — спросил Буривой (5).
Келагаст тоже обернулся, а потом, взглянув на Буривоя, ответил:
— Ты же знаешь, что недавно в наших землях поселился народ русов.
— А-а, — протянул Буривой, — это те самые русы, которые пришли к нам из Норика? Помню, они сказали: "Единственно чего мы желаем, это власти. На нас лежит обязанность хорошо относиться к вам, а на вас — хорошо повиноваться нам". И все славянские племена согласились тем более, что у русов хорошее войско. Они помогут нам бороться с врагами. А что же они хотят от тебя, Келагаст?
— Эти русы, — сказал тот, — живут теперь недалеко от моего селения. Но у них мало женщин. Вот и просят они невест. Я думаю, что и тебе, Буривой, женихи-русы не будут противны.
Буривой раздумчиво покачал головой:
— Ты правильно поступил Келагаст, что согласился. Лучше с ними породниться и жить в мире. Бог Сварог и другие наши боги даруют славянам такую жизненную силу, что мы не боимся слить свою кровь с чужой. Можешь их позвать?
Келагаст поднялся и жестом пригласил гостей подойти. Те приблизились и один из них сказал:
— Меня зовут Тилен, а это мои братья, Акун и Карн (6). Мы вожди, а по-вашему, князья ругов. Правда, вы почему-то называете нас русами.
— А почему твои братья молчат? — поинтересовался Буривой.
— Они не знают вашего языка, а я встречался со славянами и раньше, — таков был ответ.
Всеобщие крики, раздавшиеся с поляны, отвлекли собеседников от разговора. Оказалось, что костер прогорел и молодежь с радостными визгами принялась прыгать через затухающий огонь.
Буривой с улыбкой обратился к Келагасту:
— Ну, вот и станем мы с тобой родственниками. Скоро совсем стемнеет, и твой внук Воико украдет мою внучку. Он обо всем с ней сговорился?
Келагаст, тоже с улыбкой, кивнул головой:
— Да, славную мы сыграем свадьбу. Моему внуку нужна вторая жена — работы в поле много.
В это время Тилен, прислушивающийся к разговору стариков, удивленно переспросил:
— Украдет? У вас крадут невест? Да еще с их согласия?
Старейшины, в свою очередь, удивленно поглядели на гостя:
— А как же иначе?
— У нас другой обычай, — произнес Тилен. — Семьи ругов заключают договор и вечером приводят невесту к жениху. А утром следующего дня жених приносит за свою жену плату — утренний дар. И еще — каждый руг имеет только одну жену, а у вас, славян, по нескольку? Нам непривычны ваши обычаи.
Буривой обвел неторопливым взглядом поляну, на которой шло веселье, и после небольшой паузы мудро промолвил:
— Знаешь, Тилен, разные обычаи не должны помешать нашей мирной жизни.
Келагаст поддержал его:
— И насчет наших невест для вас, русов, мы тоже договоримся. Родство же только укрепит нашу дружбу.
А празднество Купалы продолжалось — пляски, крики, песни…
Чем дальше Тилен знакомился с жизнью славян, тем больше вопросов появлялось у него. Например, почему славянские селения состоят их небольших домов, а в каждом доме живет только одна семья? Сами руги строили дома обширные, ведь в таком доме должна была разместиться семья из четырех-пяти поколений. Или еще вопрос — почему славяне столь спокойно относятся к чужеземцам? Пришельцы из других народов свободно поселялись среди славян. Даже рабы, захваченные славянами в войнах, через некоторое время становились свободными и могли остаться жить у своих бывших господ на равных правах (7). Руги же, наоборот, берегли кровное родство и чужаков в свои большие кровнородственные семьи не допускали.
Может быть Тилену и не нравились славянские традиции, но что делать? Ругов было слишком мало, по сравнению с безбрежным морем славянских племен. И слишком мало рождалось среди ругов женщин. Этак, через два-три поколения ругские роды, подчиненные Тилену, могли просто вымереть.
Поэтому чем больше думал Тилен над словами славянских старейшин, тем больше соглашался с их мудрыми доводами — даже самый худой мир лучше доброй ссоры. Да и ссориться с соседями ругам не было никакого толку. Славяне ведь не собирались покушаться на их власть. Они согласились платить дань, а руги взялись охранять славян от завоеваний.
Так и стали жить руги вместе со славянами. Хотя и продолжали сохранять они многие свои обычаи, но через несколько поколений сами стали говорить на славянском языке. И как-то само собой произошло, что начали руги зваться русами. А еще больше сплотили русов и славян нашествия вражеских племен, которые хотели завоевать их, теперь уже, общие земли…
— Князь Воико! — послышался крик. — Русы едут!
Воико (8) повернул свою седую голову и поглядел в ту сторону, куда показывал один из его воинов. Двадцать лет назад Воико впервые встретился с русами, а вскоре и породнился с ними. Его дед Келагаст сговорил ему жену из знатного русского рода. И стала она третьей женой в его доме. Много воды утекло с тех пор. Воико, многократно отличившийся в сражениях, был избран князем и теперь командовал славянским войском.
Воико прищурился, чтобы получше рассмотреть всадников:
— А ведь русов ведет за собой князь Вуефаст (9), внук Тилена и мой троюродный брат! Это хорошо, под командой Вуефаста нам будет способствовать удача и мы справимся с кочевниками-обрами! (10)
Русы подъехали к славянам, стоящим у кромки леса.
— Здравствуй, Вуефаст! По твоему приказу я привел своих воинов, — обратился славянский князь к русскому.
Вуефаст оглядел пешее славянское воинство. Оно было поделено на отряды по типам оружия — копьеносцы, лучники, метатели пращей. За спиной Воико стоял отряд, вооруженный легкими мечами и щитами.
— Ну что, Воико, будем сражаться как обычно? — спросил Вуефаст.
— Наверное, это лучшее решение, — согласился тот.
По приказу своих военачальников большой отряд славянских копьеносцев встал посреди луга, а за ними один из отрядов лучников — они должны были принять главный удар обров и истощить их наступательный порыв. Затем копьеносцы бросались в ложное отступление и вовлекали обров в засаду — в лесу их поджидали лучники и метатели пращей. А конное войско русов в это время атаковало бы обров с тыла. Этот прием был давно испробован и всегда приносил победу.
И нынешнее сражение прошло так, как рассчитывали Вуефаст и Воико. Обры потерпели поражение и бежали.
После битвы славяне и русы собрали тела погибших. Русы увезли своих павших с собой, чтобы похоронить в земле по древнему русскому обычаю. А славяне сложили большой погребальный костер и возложили погибших на него. Ведь славяне верили, что после сожжения, душа мертвеца возносится к самому богу Сварогу. Потом собрали кости в горшки, сложили их на кострище и сверху насыпали земляной курган.
Воико наблюдал за окончанием погребальной славянской церемонии. Рядом стоял Вуефаст. Русский князь все поправлял плащ, то и дело спадающий с плеч, и что-то высматривал в траве.
— Что ищешь? — спросил Воико.
— Да вот, фибулу в бою мне оборвали, — ответил Вуефаст.
— Э-э, не велика печаль — потерять застежку от плаща, — проговорил Воико и махнул рукой.
— О какой печали ты говоришь? — удивился Вуефаст. — Мы победили!
Славянский князь с тоской в глазах взглянул на руса:
— Конечно, весть о победе принесет радость в наши дома. Но она принесет и горе. Много славян полегло нынче на этом лугу… А ведь наше главное дело на свете — пахать землю, сеять хлеб, растить детей. Бесконечные войны мешают нам жить. Наш бог Сварог — бог огня и солнца, а значит бог жизни и света. Он не любит смерти и тьмы.
— Зато наш бог Перун окрыляет русов и славян невиданной храбростью в сражениях! — воскликнул Вуефаст.
— Да, я знаю, многим славянским воинам полюбился твой Перун. Но дело-то не в этом. Я не уверен, что у вас, русов, хватит сил, чтобы противостоять обрам (11). И тогда — или мы должны воевать до тех пор, пока не погибнем, или придется подчиниться кочевникам.
Вуефаст возмущенно взмахнул рукой:
— О каком подчинении ты говоришь! Лучше погибнуть с честью!
Воико печально покачал головой, а подувший ветерок растрепал его седые кудри:
— Ты храбр, Вуефаст, как и все русы, но еще молод. Погибнуть — это самое простое. Сложнее сохранить свой народ и дать возможность ему жить дальше. Потому все чаще думаю я — мы должны уйти отсюда и найти себе новые земли…
***
В конце VI в. несколько славянских племен переселились из Придунавья на восток — к берегам Днепра. И среди них было племя, которое называло себя полянами-русью. Жили поляне-русь на Днепре, а их князья, которых звали Кий, Щек и Хорив, основали город Киев. Но своей исконной родиной поляне называли бывшую римскую провинцию Норик на Дунае.
Поляне-русь считали себя славянами и говорили по-славянски. Но даже через триста лет, в конце X — начале XI вв., когда Киев стал столицей Древнерусского государства, киевский летописец отмечал — поляне отличались от других славянских племен свадебными, погребальными и многими другими обычаями. И были эти обычаи очень похожи на обряды народа ругов.
И, между прочим, такие же фибулы (застежки для плаща), какими пользовались придунайские славяне и русы, современные археологи нашли и на берегах Днепра…
Примечания:
1. Неведомый автор "Повести временных лет" — долгое время считалось, что "Повесть временных лет" написал монах Киево-Печерского монастыря Нестор. Сегодня большинство ученых пришли к выводу, что наша самая древняя летопись составлена из фрагментов, написанных разными авторами. Их имена нам неизвестны.
2. Купала — один из древних и главных языческих праздников славян, отмечавшийся в дни летнего солнцестояния (23–24 июня).
3. Сварог — один из главных богов в языческой религии многих славянских племен, бог огня, отец солнца. Известен под разными именами — Сварожич, Радгост, Свентовит.
4. Дажьбог — бог солнца, в некоторых источниках называется сыном Сварога. В "Слове о полку Игореве" русские люди названы "внуками" Дажьбога.
5. Келагаст, Буривой — древние западнославянские имена.
6. Тилен, Акун, Карн — эти имена были распространены в Подунавье и Иллюрике, имеют кельтское происхождение. Позднее эти имена русов упомянуты в "Повести временных лет" в договоре Руси и Византией.
7. Обычаи славян — с древних времен, значительно раньше, нежели у других народов, у славян исчезла община кровнородственная и они стали жить соседской (территориальной) общиной. Поэтому славянские селения состояли в основном из "малых" домов. Наличием соседской общины объясняется и высочайшая способность славян ассимилировать иные народы — славяне свободно принимали к себе "чужих". В России территориальная община просуществовала до XX века.
8. Воико — широко известное древнее славянское имя.
9. Вуефаст — это имя отражает этап славянизации неславянских имен. "Вуе" — славянский компонент имени, "фаст" — древнее кельтское слово, которое означает "война", "битва". Это русское имя известно по "Повести временных лет".
10. Обры — славянское название аваров.
11. "Противостоять обрам" — в VI–VIII вв. многие славянские племена Центральной Европы были подчинены обрами-аварами. Память о том, как обры-авары угнетали их предков, сохранялась у славян не одно столетие.
Автор: Сергей Перевезенцев
Начало здесь: https://zen.me/UBuid
Продолжение. Часть 2: https://zen.yandex.ru/media/id/5cbe2982125f2f00b346cc9c/rus-drevneishaia-chast-2-rugiland-608a5ce6d66dff63dbf12cd2
Продолжение. Часть 3: https://zen.yandex.ru/media/id/5cbe2982125f2f00b346cc9c/rus-drevneishaia-chast-3-rugi-na-rimskom-prestole-608c740bff6459162fff3611
Окончание. Часть 5: https://zen.yandex.ru/media/id/5cbe2982125f2f00b346cc9c/rus-drevneishaia-chast-5-variagi-i-rus-608fc3a04461ec746cbd9ee3