Внучка ворожеи. Рассказ. Часть 1.
Дуняша
Всходило солнце. Над неглубокой, но быстрой речкой поднимался туман. Речка Гремячка. Никто не знал, почему она так называется. Люди считали, что за быстрое и звонкое течение назвали так ее в давние времена.
Начало своё она брала из Никулиных болот, дальше с изгибами бежала через лес, а у села Гремячее впадала в спокойную широкую реку - Вормиш.
По той уже ходили пароходы и баржи, возили людей в далёкие города и всякую всячень на ярмарки. Дуняша один только раз была с родителем на ярмарке, когда в семье ещё не было столько ребятишек. Мать осталась дома с маленьким братом, а Дуняша с отцом повезли в город целый воз корзин и кузовов, которые всю зиму плели из лозы и берёсты.
Им до волостного города недалеко было, кобылка за полдня воз довезла. А издалёка, отец рассказывал, прибывают люди с товаром на баржах и пароходах. Даже из Москвы и Санкт-Петербурга купцы приезжают.
Дуняше очень хотелось когда-нибудь увидеть эти огромные города, поплыть на большом шумном пароходе или поехать на дымящем и гудящем поезде, но больше из своего села она никуда не выезжала. Сидела в няньках с ребятнёй, управляла скотину и огородные дела уже лет с десяти не хуже взрослой.
Мать хоть и жалела её, свою помощницу, но куда было деваться, когда в доме восемь ребятишек, и все мальцы - шалопаи. Недавно только Дуне сестричка народилась, да она ещё в люльке. Когда подрастёт, Дуня, даст Бог, замуж выйдет. А матери будет другая помощница.
Вот и сегодня мать не стала поднимать её вместе со всеми, дала лишний часок поспать. Хотя отец да один из братьев, постарше, уже вышли с косами на луг. Семья ещё с вечера приехала с остальными деревенскими на дальние покосы. Построили из веток шалаш, переспали, чтоб утром время на дорогу не тратить, начать косьбу по росе.
Пока Дуняша досыпала последние минутки, мать сотворила костёр, чтобы вскипятить воду, заварить чай из зверобоя и душицы. Днём то в жару кроме кваса и родниковой воды ничего не хочется, а с утра душистый горячий чай с дымком - отрада.
Дуня быстро расчесала широким гребнем густые волосы, сплела тугую косу, покрылась платком. Крепко подвязала лапти оборами и, схватив пустое ведро, побежала к Гремячке за холодной водой. Это ей спросонья да по холодку хотелось чаю горячего, а отец намахавшись с утра косой, может и холодной воды потребовать.
Перебегая через широкий прокос, она украдкой взглянула на косарей. Их было человек двадцать. В деревне издавна так было принято - большой покос сотворять вместе. Вместе косить, вместе сушить, метать в копны. А потом делить на всех уже готовое сено. Так было сподручнее. Площадя под сенокос выделял барин на всю общину сразу. И не с руки было мельчить их на отдельные участки, спорить потом, где хорошая трава, где кочки и болота. Но и работников каждая семья должна была представить поровну- по два мужика и две бабы. У кого людей не хватало, сена выделялось меньше.
Руководил всей работой староста. Он расставлял мужиков на косьбу, глядя по силе и сноровке. Бабам очередь пока не пришла, они потом будут вилами валки с травой разбивать для просушки. А мужики тем временем чуток передохнут да чем ни то позавтракают. Но это будет, когда солнце повыше взойдёт, роса на траве обсохнет.
Первым прокосом шли деревенский кузнец Емельян со своим сыном Андреем. Староста всегда их ставил вперёд, чтоб они своим богатырским замахом не подрезали пятки другим мужикам. А тем и оставалось только изо всех сил стараться не отставать, но это мало у кого получалось. Косы звенели в утренней тишине, сочные стебли высокой травы ложились ровно и густо. Иногда в траве попадался толстый стебель зверобоя или пижмы, тогда звенящий звук прерывался хрустом, становился глуше.
Большую тайну хранила в себе Дуняша. Она очень хотела, чтобы к ней посватался Андрей. О таком парне только и мечтать было - высокий, сильный, голубоглазый. Не пустозвон.
Некоторым девушкам нравился Антип. Он везде ходил со своей гармонью, был быстрым, шумным с чернявым витым чубом. Но Дуня отчего то знала, что не была бы счастлива с таким.
Ещё многие заглядывались на Петра. Такого справного хозяйства, как у его отца не было ни у кого в деревне. Да и назвать их деревенскими то было нельзя. Жили они на хуторе, верстах в трёх от деревни, имели небольшое стадо коров, трёх лошадей и без счёту всякой мелкой живности. Кроме трёх сыновей и самого хозяина работу справляли ещё два пришлых батрака. Поэтому в общинных работах они не участвовали, жили сами по себе. Вот и сейчас на покосе никого из них не было.
Дуня часто сладко мечтала об Андрее. Девушка она уже взрослая, в феврале минуло шестнадцать, пора и замуж. Но тот упорно не замечал её, как, впрочем, не замечал и других девушек.
Хотя, с недавних пор всё резко изменилось....