Руза. Московская область.
За одной - из череды дверей, светлого, с лёгкой желтизной свежеокрашенных стен монотонно-длинного коридора - склонился за письменным столом следователь Валентин Гаркевич. Он что-то писал.
Пространство комнаты заполнено мягким светом; массивный стол придвинут к стене, уставлен папками, документами. Следователь резко встал, выпрямился, бросил карандаш так, что тот подпрыгнул и покатился, со стуком шлёпнулся на пол в оглушительной тишине. Рыбки в круглом аквариуме невозмутимо обитали, золотясь и поблёскивая в прозрачной воде. Гаркевич обернулся к окну. Оно находилось за спиной. Взору его предстала панорама повседневной окраины родного города.
Кабинет следователя расположился на втором этаже нового четырёхэтажного строения. Недавно, Валентин со всем Следственным отделом переехал в грандиозное, совершенно современное здания полиции в Рузе. Здесь, в просторных кабинетах разместился и Уголовный розыск. Но Дежурная часть и Штаб - по прежнему остаются в старом здании в центре города.
Раздался вызов на мобильном, звонили с Дежурной части:
- Валентин, выезжаем в Денисиху. Убийство.
Июньским вечером, 2017 года поступил звонок в Дежурную часть города Рузы, и то, что услышали по телефону сотрудники полиции, с первых слов казалось розыгрышем: «неизвестный мужчина приехал на мотоцикле, полностью экипированный: в шлеме, лица не видно. Зашел в один из домов в деревне Денисиха и ножом зарезал женщину». Несколько мгновений полицейские предполагали, что внимают монологу, воспроизведённому фантазией чьего-то воспалённого воображения. Но всё же, серьёзность отношения к работе и каждому принятому звонку, не позволили не отреагировать на вызов, пусть даже и сомнительный.
На место происшествия выехала следственно-оперативная группа в составе сотрудников уголовного розыска, экспертов-криминалистов, следователя, кинолога со служебной собакой.
Вечерние лучи заходящего солнца окрасили тёплым оттенком стены нового особняка. Высоко в небе беспечно щебетали ласточки. Машина скорой помощи, неторопливо покачиваясь, отъезжала от дома, молчаливо вспыхивая проблесковым маячком синего цвета.
У дверей, сотрудников полиции встретила домработница и равнодушно вглядываясь в лица, твердила одно и то же: «Мотоциклист зашёл в дом, а я в библиотеке прибиралась, не видела ничего и не слышала… пришла в кухню, а там она лежит, и всё в крови, я и позвонила вам…».
Страшная картина безжалостной драмы завершилась в кухне. Хозяйка особняка была мертва. Её тело лежало на холодном полу навзничь, в луже собственной крови. Из горла виднелась рукоять ножа. Удар в шею был смертельным. На столе стоял ещё тёплый чайник с чаем, заботливо укутанный весёлой грелкой, белые осколки фарфоровой чашки разлетелись по каменному полу.
***
Двумя часами ранее.
-Марта!
Раздался властный голос из ванной комнаты и дверь приоткрылась. Женщина с мокрыми, взъерошенными волосами выглянула и снова громко завопила:
- Марта! Ты зачем включила эту чертову посудомоечную машину, когда я в ванной?! Меня душ ошпарил! Сколько денег я вбухала в ремонт, а нормально и помыться не могу!
Вопила хозяйка.
Помощница по дому, сегодня первый день как вышла на работу. Марта - уже немолодая женщина, лет к пятидесяти, угрюмая, неповоротливая, поморщившись, отложила пульверизатор и важно прошествовала в кухню. Нажав с категоричным усилием на кнопку «пауза», так же спокойно вернулась на застеклённую терассу, где продолжила опрыскивать ярко-зеленые хлорофитумы, которые уже выбросили стрелки белых маленьких цветов. Взгляд её устремился в окно – «Вот же, неймётся ей…», бубнила она еле слышно – «и ведь обязательно прикопается к чему-то!». «Ишь ведь! И куда такие ремонты то городить! Понастроят, а потом и сами не рады». Томилась от незлобной зависти новоиспеченная домработница. Вдруг за спиной она услышала шаги своей хозяйки. Обернувшись, обнаружила ту, в совершенно приподнятом настроении, и как ни в чём не бывало. Теперь умиротворённо улыбаясь, Аполинария, укутанная в банный, хлопковый халат, уселась в своё любимое кресло у нерастопленного камина:
- Марта, ты не обижайся.., начала примирительным тоном она. - Но ты ведь сегодня первый день у меня работаешь, а я, знаешь ли, как с ремонтом порастратилась. Да и сердце у меня пошаливает. А сколько денег я вложила в расходный материал!
- Ваша правда, Аполинария, порастратились Вы. В таких хороминах расписных живёте, да всё недовольны! Тьфу!
Всё более распалялась домработница, забываясь от непривычного для неё положения. Всю жизнь она на заводе проработала, а тут нужда заставила - подтирать полы за такой же женщиной как и сама. Аполинария, к тому же, ровесница, немногим лишь старше. Дама деловая, успешная, дом отстроила в Денисихе. В Москве живёт, а сюда приезжает отдохнуть от городской суеты.
-Да не заплатила я за работу прорабу! Пускай сам выплачивает из своего кармана рабочим, которые строить не могут! Возвысила голос из глубины кресла хозяйка и, медленно поднялась. – Ладно, дело прошлое! Пойду в спальню… Ты давай, чай ставь и иди прибери-ка в библиотеке.
Марта оставила пульверизатор у глиняного цветочного горшка, вытерла распухшие влажные пальцы о салфетку и отправилась в кухню. Заварив кипятком ароматный черный чай в фарфоровом чайнике, укутала его для наглядной услужливости.
Взглянув в кухонное окно, она увидела, как приоткрылась калитка и кто-то - ворвавшись, появился на садовой дорожке. Не снимая мотоциклетного шлема, уверенным, размашистым шагом, сжимая кулаки, обтянутые чёрными перчатками, высокий человек, будто летел. Видение скользящего существа без лица, показалось Марте весьма странным и пугающим. Она вздрогнула. Ей виделось, что он и не идёт вовсе, а передвигается по воздуху. Мучимая неприятным предчувствием, она бросила взгляд на кухонный нож, который лежал на столе и более не раздумывая юркнула в комнату, где ещё предстояла уборка; зажала свой рот крупной ладонью, и тихонько притворив за собой дверь, уже не могла сдвинуться с места.
В этом доме, с первого же дня, её раздражало буквально всё, как и сама хозяйка со своими придирками и капризами. Но сейчас, библиотека стала её убежищем от внезапно накатившей волны парализующего, необъяснимого страха.
***
Следователь Валентин Гаркевич внимательно всматривался в посеревшее лицо домработницы; задал ей несколько наводящих вопросов. Марта отвечала сдержано, неуверенно:
- Видела, как вошел высокий мужчина, лица не видела, он в шлеме был. Потом я не видела, когда он уходил и ничего из кухни не слышала. Никаких звуков. Я вообще сегодня первый день работаю.
- Вы видели какой погром ? Неужели ничего не слышали?
- Нет, ничего.
Показания домработницы выглядели нелепо – что соответственно вызывало подозрения относительно своей подлинности.
За железным, высоким забором, ограждавшем сумрачный дом, слышался приглушенный гул голосов встревоженных соседей. Суета нарастала, и Гаркевич решил опросить возможных очевидцев, пока оперативная группа работала в доме. Он прошел по галечной, шуршащей дорожке к выходу, вдоль ухоженных клумб с настурциями, и скрипнув рифленой калиткой, протиснулся в толпу. Сразу послышались оживлённые вопросы:
- Что там случилось?
- Аполинарию, говорят, убили.
Валентин спросил сразу всех одновременно, пытаясь утихомирить людей:
- Кто-нибудь, что-нибудь видел? Может вы видели кого-то, кто приезжал? Незнакомцев или подозрительных людей, здесь, возле дома, или вообще в Денисихе, может не сегодня, а в ближайшие дни?
Но никто ничего не видел, и не слышал, точно как и Марта, которая в момент убийства своей работодательницы находилась в соседней комнате. И ровным счетом, по её же словам, не слышала совершенно ничего.
«Но видела! Ведь видела! Как заходил человек в полной мотоциклетной амуниции и в шлеме. Видела, в самом деле? Или придумала, насмотревшись детективных сериалов?» Размышлял следователь.
«И как она могла ничего не услышать, если, по всей видимости, то, что предстало глазам следователя, наглядно говорило о происходившей борьбе между убийцей и жертвой». Странное подозрение охватило Гаркевича. Жестокое убийство произошло в кухне. «Возможно, Марта поругалась с хозяйкой и в порыве вскипевшей злобы бросилась на ту. Возможно, у них произошел пренеприятный разговор и несдержанная хозяйка дома обидела чем-то свою домработницу. А Марта убила, испугалась, сама позвонила в полицию и придумала историю с вымышленным «мотоциклистом». Такое же ведь вполне могло быть. И ищите его, полицейские - того, кого на самом деле и вовсе не существует. Но, с другой стороны - появившийся мотоциклист – может оказаться не вымыслом, а реальностью: этот случай не был похож на истеричное, спонтанное убийство».
Гаркевич анализировал в привычном, уверенном спокойствии ума, следуя природному своему таланту - проникать на самую глубину сути событий.
Раздумья его прервал человек в замаранной шапочке, неожиданно появившийся перед самым лицом. Перегарным духом разило от хитро улыбавшегося дряхлого пропойцы, всем своим видом демонстрировавшего презрение к нормам гигиены - дающем беспрепятственно находить темы для непринужденной беседы. Он поманил указательным пальцем и как-будто с издёвкой, предложил следователю приблизиться к своей особе.
Гаркевич сделал пару шагов навстречу, скорее от удивления:
- Слушаю очень внимательно… Не без иронии добавил он.
- Слухай и не перебивай - тебе пригодится…
Всё так же улыбаясь, продолжал человек в шапочке.
Гаркевич пристально взирал на замызганного деда.
- Я знаю… Выдержал паузу тот, набрал полные лёгкие воздуха и продолжил: - Знаю, кто убил эту женщину.
- Кто?
Странный человек снова поманил пальцем, и на этот раз Валентин решил подыграть лукавому старичишке и склонил голову, приближаясь ухом к перегарному дыханию. Сейчас следователь был заинтригован, и скорее, повинуясь любопытству - чаще раскрывающему самые потаённые двери, чем здравому смыслу, предвкушал, что ж такое тот ему скажет:
- И кто же убил?
Дед понизил голос и перестал улыбаться:
- Призрак!
Гаркевич мгновенно отпрянул и даже сплюнул от разочарования. Он не был готов выслушивать чушь про призраков. Но тот уже не унимался и многозначительно взглянув на следователя прояснившимися глазами, продолжал шептать. Озираясь по сторонам, он пытался говорить тихо:
- Я вот тут сидел, под самым её забором, пил значит…ну так вот…смотрю летит, летит и прямо через забор как маханёт! Черт его задери!
-Кто маханёт?
-Ты не перебивай, молодой человек. Взъерошился дед. – Вот вы тута нашли что? Нет. Да и не найдёте. Это ведь призрак её убил. Страшный такой. Вместо головы у него череп. И на мотоцикле белом летел. Прям, говорю, через забор перелетел. Как молния! Вот только зачем он её убил, этого я знать не могу. И не видел его никто! Кроме меня. Дар у меня такой! Как выпью, так и вижу призраков.
Старичок внезапно умолк, развернулся и поковылял по пыльной дороге, удаляясь от дома. Следователь стоял теперь в раздумьях: «Снова про мотоцикл рассказывают ему. Могла ли домработница подговорить словоохотливого деда, чтоб рассказать эту дурацкую историю про призрака?».
Марта ещё сидела на крыльце с оцепеневшим сознанием, затравленно посмотрев на приближающегося следователя. Его сознание работало холодно и методично: Марта вполне превосходит по силе щуплую погибшую. И могла бы с лёгкостью вонзить нож. Но сыскарь вновь отбросил такой вариант. Это было слишком примитивно. В данной ситуации причиной убийства считать взрыв эмоций немолодой женщины, немного неверно.
Нужно искать, опрашивать, думать. Он не давал подозрениям вести себя по ложному следу. Он сомневался в своих собственных подозрениях, но пока, подозревать было не кого. От невидимого мотоциклиста не было никаких улик. Ничего. Гаркевичу не давала покоя эта мысль: о мотоцикле. И о том, как именно погибла жертва: глубоко вколотый нож - домашний, кухонный нож - был всажен по самую рукоять. Одним метким, тяжёлым ударом жертва была сражена. Видно - сначала, перед убийством была недолгая схватка. Совсем короткая. Она не оставляла шансов сопротивлявшейся женщине. Ни одного.
В конце концов за маской экипировки мог скрываться кто угодно: может быть - это муж убитой, или сама дом работница или сосед или же вот этот поставщик расходных строительных материалов например. И Гаркевич всмотрелся в адрес, напечатанный на свежем чеке.
- Мишкино...посёлок. Магазин строй материалов. Это же в нашем районе, недалеко.
***
Давно перевалило за полночь. В доме продолжался тщательный осмотр. Гаркевич присел на табурет. Указательным и большим пальцами слегка надавил на свои глаза. И замер так на несколько мгновений. Вдруг он услышал – одиночное пиканье как будто мобильного телефона - непонятно откуда оно исходит. Гаркевич отнял ладонь от лица, насторожился, осмотрелся вокруг и буквально бухнулся на пол, распластался - просовывая руку до самого плеча под тяжелый комод из красного дерева. Нащупав гладкий предмет он осторожно извлёк его из под громоздкой мебели. Это и правда оказался телефон. Экран ещё светился. Одно входящее смс сообщение. Пришло только что: банк уведомлял владелицу счёта о снятии всех денежных средств суммой в триста тысяч рублей - буквально минуту назад. Три часа ночи. Но кто и откуда мог знать пин-код, чтобы снять деньги? Могла ли сама женщина сообщить эти цифры своему убийце? Вот какие вопросы занимали следователя.
- Кто-то только что снял все деньги со счета убитой.
Объявил следователь.
Сотрудники полиции работали весь вечер и всю ночь, искали улики, общались со свидетелями, проверяли все возможные связи убитой. К расследованию также подключились сотрудники Главного управления МВД по Московской области.
Установили, что деньги были сняты в районе Строгино города Москвы – а это в ста километрах от места преступления. Выяснили - сколько банкоматов по данному району обслуживают население. Оперативным путём изъяли видео банкоматов. Просматривая фрагменты ровно по времени снятия денег.
- Я знаю кого мы ищем... Он будет в шлеме.
- Есть! Вот он.
Черно-белое, зернистое видео изображение беззвучно показывает, как на противоположной стороне останавливается мотоцикл. Человек, не снимая шлема, подходит к банкомату…несколько минут – и он забирает добычу, и исчезает в темноте вместе с мотоциклом. На табло видео регистратора - три часа ночи.
К шести утра была озвучена базовая версия убийства: заказное.
***
Время близилось к семи утра, но аппетита у следователя не возникало. Нестерпимо хотелось крепкого кофе. Хороший кофе в Рузе можно отыскать в маленьком кафе, единственном открывающимся так рано, туда и отправился Валентин. В кафе, ближе к обеду собирается много людей и все столики, как правило, заняты, но сейчас ранним утром здесь притаилась абсолютная тишина тихого провинциального городка. Приоткрыв стеклянную дверь, Валентин заметил своего коллегу оперуполномоченного из уголовного розыска Виктора Славянова. Тот беззаботно разговаривал по телефону и приветливо взмахнул рукой. Заказав двойной эспрессо у барной стойки, Гаркевич присел за столик друга. Тяжело вздохнув и отпив маленький глоток горячего кофе, он устало откинулся на спинку стула:
- Мы сейчас в Москву…в отдел по району Строгино.
Снова отхлебнув, Валентин обжегся, чуть было не опрокинул чашку. Ему была присуща угловатая резкость движений; продолжал говорить: - Как ещё примут нас наши коллеги – неизвестно!
Славянов ухмыльнулся:
- Ага. У них самих, наверное, работы выше крыши, а тут мы ещё нагрянем…нежданно, в поисках… призрака!
Славянов засмеялся. И Валентин, прежде начавший унывать, теперь видя уверенность и отличное настроение своего товарища, взбодрился и тоже улыбнулся.
- Что ты думаешь о домработнице?
Спросил опер.
- Слушай, она похожа на патологоанатома - так спокойно и беспристрастно разглядывала труп, как будто видит такое каждый день… Между прочим, она вышла на работу в этот дом только вчера.
- Может она вообще специально туда устроилась, чтоб грохнуть её или убийцу впустить.
- Единственное – но очень важное – удар в горло жертвы – профессиональный. Отвечал Гаркевич. - Сейчас по пути нужно заехать в Мишкино, в магазин стройматериалов. Дело в том, что недавно погибшая женщина делала ремонт в своем новом доме, и весь расходный материал приобретала на этой базе. Нужно обязательно заглянуть туда. Чутьё подсказывает.
- Всё, поехали в Дежурную часть.
В двухэтажном, но высоком здании из красного кирпича, меланхолично взирающем небольшими, узкими оконцами на одну из центральных улиц старинного города Рузы, располагается отдел полиции. Крутые ступени, обрамлённые кованными перилами, ведут ко главному входу. Валентин, перемахивая через две, влетел в просторный холл, где с правой стороны, за высокими, во всю стену, стеклами находятся неусыпно на своём посту полицейские, в режиме постоянной готовности принять звонок, либо заявление, либо срочно выехать на место происшествия с боевым оружием - это была Дежурная часть.
- Машина готова!
Услышал он, не успев задать и вопроса.
***
Июнь в Московской области – месяц переменчивый. Отгромыхали майские грозы, потрепали ураганы степенный Рузский округ, вспыхнули луга разнотравьем после обильных дождей. Густой зеленью затянулись обширные леса дивного края. Гаркевич, не сомкнувший глаз всю ночь, сейчас не замечал ни солнца, ни утреннего тепла, ни сияющей чистоты летней Рузы за окном служебного автомобиля. Он смотрел в окно и мысли его неслись рядом с призраком в мотоциклетном шлеме.
Автомобиль сотрудников полиции подъехал к базе со строительными материалами. Навстречу вышел владелец магазина. Сейчас полицейские не были одеты в служебную форму. И тем не менее, мужчина встречавший их насторожился. Гаркевич показал удостоверение и уставившись куда-то в землю спросил:
- У вас есть мотоцикл?
Следователь всматривался в след, оставленный на влажной земле.
- Нет! Откуда у нас мотоцикл?
Пожимал плечами хозяин. Неподалёку показался молодой мужчина. Крупного телосложения. Насупленный, тяжелый взгляд его говорил о несговорчивом характере. Он явно занервничал, к полицейским не подходил.
- У вас имеется ружье?
Неожиданно спросил следователь у хозяина магазина.
- Да…Неуверенно ответил тот. - Есть у сына. Оно зарегистрировано! Он охотник.
Поспешил оправдаться собеседник.
- Охотник?.. Это он?
Спросил следователь указывая на человека, из дали всматривающегося в лица сотрудников полиции.
- Ну да. Утки, кабаны, сами понимаете - здесь такие места!
- Понимаем…Как Ваша фамилия?
- Туманов.
Валентин обратился к Виктору Славянову:
-Ты здесь остаёшься. Съезди с операми по адресу этого охотника. Опросите соседей. Я имею ввиду вот того мужика - Туманова младшего, видишь, стоит смотрит на нас, издали. Вот, смотри сюда - это следы от спортивных шин мотоцикла.
Гаркевич присел на корточки и дотронулся пальцами до свеже взбугрённой земли с еле заметными отпечатками от двухколесного агрегата.
- Хвалю самого себя – когда вспоминаю криминалистику, ни одной пары не пропустил!
Довольно улыбнулся Гаркевич, глядя теперь на своего товарища.
***
По Минскому шоссе, ранним утром, на полном ходу двигался автомобиль с сотрудниками полиции в сторону столицы. Подъехав к ярко-синему двухэтажному зданию ОМВД в Строгино, Северо-Западного административного округа города Москвы – полицейские Рузского городского округа Московской области в штатском, предъявили свои удостоверения на контрольно пропускном пункте. Минуя Дежурную часть, они поднялись в кабинет начальника Уголовного розыска.
Спокойный, серьёзный взгляд коллеги располагал к профессиональному общению:
- Что у вас случилось?
- У нас убой.
- Причём здесь мы?
- В вашем районе обнаружен мотоцикл предполагаемого убийцы, заснятый банковским видеорегистратором.
- Хорошо. Можете рассчитывать на нас. Будем помогать… Попейте кофе здесь, отдохните немного.
Через некоторое время, выяснили - куда продолжил путь мотоцикл после того, как его владелец приближался к банкомату. Он доехал до промышленной зоны и оттуда больше не появлялся. Наши сыскари отправились на поиски призрачного байка, а московские сотрудники отдела МВД принялись устанавливать местонахождение лиц, которые могли выйти из этой территории в промежутке с трёх часов ночи по настоящий момент; время сейчас уже близилось к одиннадцати утра. Может где-то они были запечатлены на видеокамерах и регистраторах. Вычислить убийцу нужно было как можно быстрее. Иначе он имел все шансы ускользнуть из страны или хотя бы из региона, что гораздо усложнило бы его дальнейший розыск, расширяя географическую карту много-ресурсных поисков.
Окраины Москвы изобилуют промышленными зонами. Окидывая взглядом обширное пространство, Гаркевич понял, что походить ногами в поисках мотоцикла придётся изрядно. Нагромождение неказистых построек, заброшенных гаражей, всевозможных «переулков», загромождённых промышленным хламом - создавало картину запутанного лабиринта. Но на то и существует такая профессия – следователь – идти по следу.
Здесь не было даже вездесущих кошек, которые обычно шмыгают под ногами. Ни души. И от того атмосфера казалось весьма удручающей. Вдруг небо затянулось тучами. Утро было солнечное, и вот пожалуйста - уже накрапывает дождик.
- Сейчас ливанёт…надолго…
Поднимая лицо к небу, и как бы принюхиваясь к влажному воздуху нехотя промолвил следователь. Он накинул капюшон своей ветровки и побрёл в дебри.
Через пять часов упорных поисков, и нужно сказать – дождь тоже продолжался всё это время ни на минуту не ослабевая – Гаркевич обнаружил, за очередным поворотом, новенький спортивный мотоцикл. Белый. Ямаха.
Валентин набрал номер на мобильном:
- Мы нашли мотоцикл…Как у вас дела?
- Были мы у этого Туманова. Алексей его зовут. Опросили соседей: никто не видел у него никакого мотоцикла. Соседи вообще сомневаются – умеет ли он ездить на мотоцикле. Все в один голос твердят, что этот человек - хороший, а уж преступления совершить никак не мог. Отзывы о нём исключительно положительные. И кстати, он с утра укатил куда-то на своём Лексусе.
Пояснял Славянов.
- Ясно. Не уезжайте от его дома. Наблюдайте. А мы теперь здесь ждать будем. Устроим засаду. Я думаю, кто бы то ни был, он может вернуться сюда. Видно он в спешке бросил свой байк. Здесь документы остались на это транспортное средство. Убийца должен вернуться.
Неподалёку залаял лабрадор ретривер – поисковая собака кинолога.
- Всё, до связи!
Гаркевич обернулся и побежал к огромному контейнеру, туда, где суетился пёс, виляя хвостом. После недолгих поисков вместе с операми, следователь извлёк из под строительного мусора - на самом дне контейнера, тщательно упакованные, и спрятанные шлем и мотоциклетную куртку.
- Шлем с эмблемой черепа! Торжественно объявил Гаркевич, вздымая улику к небу, словно трофей: - Вот тебе и призрак!
Ярко выраженная харизматичность была отличительной чертой его темперамента. Благодаря живости ума, Гаркевич определённо умел принимать решения быстро и безошибочно.
Дождь наконец закончился. В полиции рабочий «день» может продолжаться и продолжаться. Опера и следователь расположились в зоне видимости белой Ямахи – в засаде.
Вдруг, внезапно из-за поворота показался человек. Гаркевич встретил насупленный взгляд здоровяка в упор. И сразу узнал его.
- Это он…Туманов.
Сказал он тихо рядом стоявшему оперуполномоченному.
- Нет же. Похож может только.
- Он - говорю тебе. И он тоже узнал нас. Мы виделись утром, в строительном магазине. Он охотник… Только охотник может так профессионально ударить в горло ножом.
Человек, не долго раздумывая сделал вид, что ошибся поворотом и быстрым шагом выскользнул из поля зрения полицейских.
Гаркевич снова набрал номер телефона Славянова:
- Он приходил к мотоциклу. Это Алексей Туманов был. Я узнал его. Похоже, он не ожидал, что мы на следующий же день после убийства будем поджидать его у хорошо запрятанного в турлах, мотоцикла. Он пришел беспечно, увидел нас, занервничал и бысто ушел. Отрезаем все пути ему. Блокируем всё: все железно-дорожные станции, границы на авто трассах, всех родственников его берём под наблюдение. Где-то он всё равно появится.
Гаркевич созвонился с уголовным розыском отдела Строгино и оповестил о находках.
Следователь хлопнул по плечу своего товарища:
-Пойдём поедим что ли, наконец то.
- В Макдак?
И они словно дети, эти здоровенные мужчины – полицейские в штатском - теперь радуясь солнцу, показавшемуся из-за туч и самой простой возможности –перекусить, направились к Макдональдсу.
***
Важные находки говорили о том, что тщательный осмотр территории промышленной зоны дал ответ – а это и есть улики, факт, то что осязаемо, это подтверждение совершенного преступления. И задача следователя: раскрыть преступление в минимально короткие сроки, найти улики, обнажить неприглядную правду случившегося убийства. Как это было. Почему это случилось. Предоставить суду призрака во плоти – отыскать, откопать его в конце концов! И он нашел. Теперь, задержать этого подозреваемого призрака – дело техники.
С момента убийства Алексей Туманов всячески пытался скрыть совершённое злодеяние. В тот вечер, он решил покататься на только приобретённом спортивном мотоцикле. Погода стояла тихая, тёплая. Но это не радовало пресыщенного охотника. Ни новенький байк, ни располагающее небо, не волновали Туманова. Его томили долги. Чужие. Погибшая Аполинария имела финансовые задолженности перед прорабом, тем самым человеком - владельцем магазина стоительных материалов. И взыграло сыновье чувство Туманова младшего, подкралось обманчиво маскируясь под ощущение обиды за неоплаченный труд отца.
Обкатывая мотоцикл он невольно вырулил на дорогу, ведущую в Денисиху. Что-то толкало его. Какие человеческие чувства могут взять верх над разумом? Неуправляемые: гнев, обида, тщеславие, гордость.
Он, ещё не имея четкого плана дальнейших действий, подкатил к особняку. Долго не раздумывая, уверенной походкой вошел в дом и очутился на терассе. Увидел кошелёк и достал оттуда банковскую карту. Через несколько мгновений хозяйка дома появилась в кухне. Он снял шлем. Она, прежде видевшая его пару раз, всё же узнала. Алексей напомнил ей о долге перед прорабом. Она ответила, что эти дела его не касаются. Затем, чтобы быть убедительнее, уверенный в своём превосходстве и правоте, охотник схватил её за горло и потрясая стал угрожать. На столе лежал кухонный нож. Он уверенным движением руки схватил орудие, которое и стало – орудием преступления.
Уносясь, вихрем, словно от собственных мыслей, Туманов помчался в Москву. Теперь он надеялся на свой разум, тщательно продумывая каждый свой шаг. После того, как снял деньги с банковского счета убитой он вспомнил, что на новом мотоцикле его ещё никто не видел. И как это было на руку! Теперь нужно избавиться от стального коня. Что он и сделал. Кто же будет искать на окраине Москвы, на огромной территории промышленной зоны? А пока найдут - думал он – он то, себе подготовит «отходные пути». И здесь он просчитался.
За полночь вернулся к себе домой. Не мог заснуть. А по утру, так неаккуратно попал на глаза сотрудникам полиции, которые уже шли по его следу. Встретив их в магазине строительных материалов он опешил, возопил в своем сердце о несправедливости жизни. И зачем только он зашел в это утро к отцу в магазин!? Холодным ознобом пробежало по спине. Встретившись взглядом со следователем, теперь он почувствовал себя преследуемым. Теперь не он охотник.
***
Москва. Киевский вокзал.
Алексей Туманов уже не надеялся перехитрить полицейских. Он снова видел этот пронзительный взгляд следака, только что - на промышленной зоне. Но как? Как тому удалось отыскать иллюзорный, ни кем не замеченный байк? А может это был призрачный следователь? Нет, этот взгляд он никогда не забудет. Теперь он просто уносил ноги. Будто загнанный дикий зверь.
Бросив свой автомобиль на парковке, неподалёку от вокзала он кинулся в кассы. Беспрепятственно купив билет на поезд дальнего следования, затерялся среди скучающих пассажиров в зале ожидания. Набрал номер телефона отца, и попрощался с ним: «долго не увидимся» сказал он в трубку.
Через полчаса по громкоговорителю объявили о прибытии поезда. Быстрым шагом убийца направился к первой платформе: вот желанный поезд - который унесёт его от всех проблем, уже совсем близко. Ещё пару десятков шагов и он сможет свободно вздохнуть в уединении, в своём купе. Он не оглядывался по сторонам, а потому не заметил стремительное приближение сотрудников полиции.
Ладони его покрылись липким потом и покалываниями, будто тысячами игл. Улыбчивая проводница приняла паспорт от гражданина Туманова и тут же на запястьях его подрагивающих рук лязгнули, напоминая своим звуком -захлопывающийся капкан - наручники.
