Настя была хоть и единственным ребенком в семье, но не слишком любимым. с ней никто не занимался, никто не разговаривал по душам, не играл, не обнимал. Сыта, одета, обута - этого достаточно. Она была сама по себе, как будто жила не с родителями, а с равнодушными соседями.
Правда, это касалось только ее потребностей - когда она просила погулять с ней, почитать ей книжку или лезла обниматься. Ее вежливо, аккуратно, но решительно отстраняли, объясняя, что у взрослых нет времени на глупости. Зато уже лет с пяти у Насти стали появляться обязанности по дому, выполнение которых строго контролировалось, а отговорки не принимались.
Нет, страшного ничего не было, девочку никто и не думал превращать в прислугу или Золушку - убрать в комнате, убрать свои вещи, вымыть посуду, вынести мусор, вытереть пыль. Это было не тяжело, не обременительно и не занимало много времени. Нет, дело было в другом. Ее очень расстраивало то, что родители отдавали приказы и требовали немедленного их исполнения.
Настя не могла сказать, что сегодня ей задали слишком много уроков, поэтому она сначала сделает их, а потом приступит к уборке и уж, конечно, аргумент, что ей хочется погулять с подружками во дворе, пока светит солнышко, очень сильно злил родителей. "Делу время - потехе час". Она, конечно, все успевала, но отношение родителей, их полное равнодушие к ее желаниям и просьбам, запомнилось ей надолго.
Наверное, именно потому что в детстве и в подростковом возрасте Настя не чувствовала любви и тепла близких, она реализовала свою потребность в любви и внимании в раннем замужестве. Едва ей исполнилось восемнадцать, она вышла замуж и ушла жить к мужу и его родителям.
Ей очень повезло: ее муж действительно любил ее, а свекр со свекровью приняли невестку как родную. Они во всем помогали молодой семье, горячо поддержали их решение сначала выучиться, а потом думать о детях: Олег в этом году закончил институт и учился в ординатуре, а Настя только поступила на первый курс.
Но, как говорится, "человек предполагает, а Бог располагает", и бакалаврский диплом Настя защищала, поглядывая в окно - на улице, вдоль здания института бодро маршировала свекровь с коляской. Мишенька пока спал, но в любой момент мог проснуться и потребовать маму.
...Мамой Настя была замечательной. Она прекрасно помнила свое детство, помнила, как страдала от равнодушия родителей, поэтому дала себе клятву, что ее ребенок никогда не будет чувствовать себя ненужным или заброшенным.
Она ходила на все утренники в детском саду и на концерты в школе. Никогда не отмахивалась, если сын хотел поговорить с ней, всегда спрашивала его мнение при любом удобном случае: от покупки одежды до выбора кружков по интересам. И сын это очень ценил. Нет, папу он тоже любил очень сильно, с удовольствием играл с ним во дворе в футбол, что-то мастерил на даче и катался на велосипеде, но откровенничал только с мамой.
Настя очень радовалась, что у нее получается не повторять ошибок ее родителей - она видела отношение сына и очень радовалась этому. Но ей очень хотелось, чтобы у них была еще и дочка. Поэтому, как только Олег намекнул, что хорошо бы "сходить" за вторым, она радостно засмеялась и сказала, что "давно пора".
Свекровь, узнав, что будет девочка, вязала пинетки и шила чепчики с кружевами: на внуке ей "оторваться" не удалось и сейчас она решила взять реванш. "Сын мужик, внук мужик, ну что это такое," - ворчала она, вышивая крошечное платьице. Мужчины ворчали о "непрактичности", а Настя восхищалась красотой работы и от всех души благодарила свекровь за приданное для малышки.
...И с дочкой Настя старалась не отходить от своих принципов - Дашенька росла в любви и заботе. Конечно, рядом всегда были родственники, готовые помочь, подстраховать, и это было здорово, потому что между братом и сестрой не было соперничества за внимание мамы: ее любви и заботы хватало на обоих детей.
Олег ворчал на жену, что она слишком уж балует и опекает детей, но Настя не могла по-другому. Она, конечно, старалась приучать детей к домашним делам, но это было по минимуму, скорее, навыки самообслуживания. И еще она никогда не требовала - она просила помочь. И всегда благодарила.
Идиллия продолжалась довольно долго, до того момента, как Мишка из мальчика не превратился в капризного своенравного подростка. Нет, сильных конфликтов не было, скорее, это были мелкие стычки. которые Настя пыталась урегулировать своими силами, не привлекая строгого папу.
А Мишка наглел все больше. Он все реже реагировал на просьбы матери о помощи, если что-то делал, то после десятка напоминаний, с высказываемым вслух недовольством. Настя молчала и никому не жаловалась. "У него такой трудный период, надо понимать, " - говорила она себе. Но и ее терпение оказалось небезграничным.
"Мишань, у тебя на вечер пятницы есть какие-нибудь планы?" - спросила Настя сына в понедельник. - "Да ничего особенного. Уроки сделать и на компе поиграть." - "То есть, ты будешь дома?" - уточнила Настя. - "Ну да." - "Мне после работы надо будет в одно место съездить, а папа Дашку из садика приведет и поедет к бабушке Лизе, ей там что-то надо помочь. Ты сможешь с Дашкой пару часиков побыть? Я постараюсь побыстрее." - "Ну да, смогу,"- буркнул Мишка, не отрываясь от игры.
В четверг Настя снова подошла к сыну: "Мишань, на завтра у нас все в силе?" - "А что у нас завтра?" - искренне удивился он. - "Как что? Я по делам должна съездить, а ты обещал с сестрой побыть. Папа к бабушке поедет." - "А он не может Дашку с собой взять?" - "Нет, не может. Он поедет по пробкам, а ее укачивает. Да и вернется поздно. Миш. Ты же согласился помочь..."
Но Мишка внезапно рассердился: "Вечно ты все выдумываешь! Не было такого! Я первый раз об этом слышу! Мы с друзьями собирались идти гулять, так что я не мог тебе такого пообещать. И вообще. Я тебя не просил о сестре, ты ее для себя родила, а теперь хочешь на меня повесить!"
"Миша... Ты что такое говоришь? - Настя расстроилась до слез. - Я тебя очень редко прошу помочь... Тем более, ты говорил, что это твоих планов не нарушит... Ну как же так? И что мне теперь делать?" - "А я почем знаю? Почему Я должен разруливать твои проблемы? Ты мать, а я не нянька! Это ты обязана мне, а не я тебе!"
Настя побледнела и молча вышла из комнаты.
..."Мам, ну что, на субботу все в силе?" - Мишка нарисовался в дверях кухни, но Настя, не оборачиваясь, продолжала переворачивать котлеты на сковороде: - "А что у нас в субботу?" - "Ну мам. Не прикидывайся. Мы же договаривались, что вы с папой в качестве подарка покупаете абонемент мне и друзьям в лазертаг. А потом мы там едим пиццу." - "Вечно ты все выдумываешь!" - Настя достала из холодильника огурец и начал делать салат. - Не могли мы такого пообещать."
"Мааам, - протянул Мишка, усаживаясь за стол. - Да. Я понял. Я на прошлой неделе тебе откровенно нахамил и даже не извинился. Понял. Осознал. Был неправ." - "Извинения принимаются," - Настя мелко нарезала зелень. - "И?" - "И?" - "На субботу что? Я же извинился..."
"Видишь ли, сын, - Настя отложила нож и посмотрела на Мишу. - Я понимаю сложности твоего подросткового периода и потому не слишком на тебя обижаюсь. Скажу больше, я даже папе на тебя не жалуюсь, потому что он тебя сурово накажет, в отличие от меня. Но видишь ли в чем дело... Именно сейчас ты наказал себя сам."
"Ты о чем?" - "В тот день, когда ты отказался сидеть с сестрой, это было не мои дела или мои проблемы. Мне позвонили из лазертага и сказали, что у них возникли какие-то проблемы с онлайн-оплатой, поэтому мне надо подъехать лично для предоплаты и бронирования. А я приехать не смогла." - "А теперь?"
"А теперь просто поздно. У них все выходные расписаны на две недели вперед. Так что я, хоть и обязана разруливать твои проблемы, теперь просто не в состоянии этого сделать. Поэтому придется в этот раз тебе ограничиться просто тортиком и свечками. Надеюсь, ты сможешь все сам объяснить своим друзьям. Мне очень жаль."
Мишка опустил голову и, немного помолчав, сказал: "Мамуль, прости. И не из-за дня рождения. Просто прости. Обещаю, что буду тебе во всем помогать. Сам. А вот хамить больше не буду."