С утра мне пришлось тащиться в паспортный стол за справкой. Вот, что я по-настоящему не могу терпеть - так это посещение госучреждений, в которых всё устроено по принципу: «создадим побольше проблем гражданам, чтобы им жизнь мёдом не казалась - и главное, чтоб не забывали денежки отстёгивать!»
Маясь в очереди, от нечего делать я прислушивалась к разговорам других посетителей. Надо же - пришла за полтора часа до открытия - и всё равно не первая! Ночуют они здесь, что ли?
Маленькая, кругленькая старушка, с собранными в пучок, редкими седыми волосами, жаловалась своей соседке в очереди:
-Какой раз уже прихожу - то одно не так, то другое! Сил больше нет!
-Денег надо дать, сразу всё уладится! - Со знанием дела посоветовала полноватая высокая дама в полосатом брючном костюме.
-Да это понятно - вот только, где их взять? - Вздохнула старушка, - вся пенсия внуку на лечение уходит, надо инвалидность ему оформлять - а как без документов?
«Полосатая дама», похоже, была знакома с бабулей и в курсе её проблем, потому, что не задала никаких дополнительных вопросов. Старушка вдруг спохватилась: подошла её очередь. Робко постучав и приоткрыв дверь, она бочком протиснулась в кабинет:
-Можно? - Просительно промямлила бабуля и дверь за ней закрылась, отгородив тяжёлым дубовым щитом «заветный» кабинет от забитого посетителями коридора. Пространство вокруг невидимым облаком заполняла в основном отрицательная энергетика. Она была недовольная, злобная, испуганная, сочувствующая, напряжённая и ощущалась почти физически, создавая тяжёлую какофонию скрытых человеческих эмоций.
«Оставь надежду, всяк сюда входящий!» - приходило на ум при взгляде на тяжёлую роскошную дверь кабинета - и эта мысль была не случайной, потому, что прежде, чем попасть в «святая святых» - кабинет начальницы паспортного стола и получить вожделенный автограф, пришлёпнутый государственной печатью, каждый из посетителей должен был пройти свои «круги ада».
Передо мной оставалось два человека - и я надеялась, что на этом моя «справочная эпопея» будет благополучно завершена.
Минут через десять из кабинета, чуть не плача, выползла бабуля. Руки у неё мелко дрожали, от чего тряслась и прозрачная папка с документами, которую она держала, прижимая к груди.
-Опять бумажки не хватает! Да сколько ж можно?! - Всхлипывая, пожаловалась она своей знакомой.
-Таисия Фёдоровна, успокойтесь! Давайте на воздух выйдем. – «Полосатая дама» взяла старушку под руку и вывела через стеклянные двери холла на выложенное мраморной плиткой крыльцо, явно небедного учреждения.
В офисе «судьбоносных решений», за монументальным столом тёмного дерева, с расставленными на нём недешёвыми канцелярскими принадлежностями, важно восседала начальница паспортного стола, Наталья Михайловна Моськина.
-Садитесь! - Наталья Михайловна небрежно указала холёной рукой с безупречным маникюром на стул, располагавшийся напротив, но немного в стороне - учитывая габариты стола, на довольно приличном расстоянии от офисного кресла начальницы. Видимо, подразумевалось, что посетитель, сидя на этом стуле, должен знать своё место и не рыпаться. С едва заметной усмешкой, слегка наклонив голову, я внимательно изучала начальницу. Надо сказать, выглядела Наталья Михайловна прекрасно: слегка полновата, но толстой назвать нельзя, бордовый деловой костюм, строгость которого смягчала шёлковая блузка с жабо, нежно-розового оттенка, сидел на ней безукоризненно. На пальцах всего пара колец - но явно не турецкого производства, а из хорошей ювелирной коллекции. Густые тёмные волосы уложены в идеальную причёску, а на красивое лицо с тонкими чертами нанесён лёгкий макияж, призванный скрыть возрастные проблемы и подчеркнуть изящную линию бровей и выразительность карих глаз.
Чиновница, наконец, оторвалась от изучения бумаг у себя на столе и удостоила меня своим вниманием.
«Денег дашь?» - вопрошал её внимательно-оценивающий взгляд.
«Не дам!» - упрямо-иронично прищурилась я.
«Почему?» - с небрежным любопытством посмотрела на меня
бюрократическая леди, - «бедная или принципиальная?»
«Злая!» - ухмыльнулась я.
«Ну и чёрт с тобой! Не обеднею!» - потеряв ко мне интерес, поджала губы Наталья Михайловна.
Из вредности начальница довольно долго изучала мои бумаги, видимо размышляя, к чему бы придраться, но подняв глаза, наткнулась на мой пристально-насмешливый взгляд:
«только попробуй!» - и мысленно махнув рукой на несговорчивую и по всей видимости, зловредную посетительницу, выписала нужную справку.
Да, «закушалась» уважаемая Наталья Михайловна! Надо будет как-нибудь в ближайшее время посетить её, так сказать, в неформальной обстановке…
Вечером следующего дня я спустилась в сарай за любимым летательным аппаратом – метлой.
Квартира уважаемой чиновницы занимала два верхних этажа в элитном четырёхэтажном коттедже. Опустившись на просторную лоджию, застеклённые окна которой были раздвинуты по причине тёплой погоды - что, в общем-то, не имело для меня большого значения, я обнаружила, что прямо передо мной находится дверь в спальню - куда мне, собственно и нужно было попасть.
Невидимая, я проникла в комнату, где на широченной кровати итальянского производства возлежала «досточтимая» начальница паспортного стола.
«Прекрасно! А теперь посмотрим: чего мы там больше всего боимся?» - заглянула я в сознание спящей чиновницы. И немного поразмыслив, приняла обличье общеизвестной старухи с косой в чёрном балахоне. Пожалуй, стоит ещё добавить немного зеленоватой «потусторонней» подсветки - и порядок! Классика жанра. Теперь можно будить «клиентку». Послав Наталье мысленный приказ проснуться, я заняла самое удачное для моей миссии место - в ногах кровати.
Чиновница сонно заворочалась на своём шикарном ложе, застеленном дорогим комплектом белья из батиста, открыла глаза, приподняла взъерошенную во сне голову - и её красивое лицо исказила гримаса ужаса. «Сейчас заорёт» - поняла я и быстро послала внушение, немного смягчающее испуг. Состояние неконтролируемой паники у мадам было не в моих интересах - иначе она просто ничего не поймёт, а возможно и того хуже - потеряет сознание или получит сердечный приступ. Наталья потрясла головой, потёрла глаза и уставилась на меня, открыв рот.
-Это сон! Просто страшный сон! – Пробормотала моя «клиентка», пытаясь убедить себя в нереальности происходящего.
-Ну что, Наташенька, собирайся, пора! - Ласково прошелестела я загробным голосом.
-Это… к-куда?... Зачем? - Заикаясь, проблеяла Наталья Михайловна, разом утратившая свой шарм, важность и самоуверенность вершительницы судеб, сквозившую в её облике и движениях за тяжёлой дубовой дверью кабинета Паспортного стола, - я сейчас охрану вызову! …Вы кто? Что вам нужно? Деньги? Вы убить меня хотите? Я заплачу…Я…я…
-Да не нужны мне твои деньги! – Брезгливо скривилась я, покачав головой, - что ж ты всё деньгами-то меряешь! Надо бы понимать уже, что есть вещи, которые за деньги не купишь! Срок, например, на этой земле тебе отмерянный!
-Почему я? Почему сейчас?! Я же ещё не старая, не больная!... Я не хочу умирать!! Не надо!!! – Внимательно посмотрев на меня, вдруг дурным голосом взвыла чиновница - и яростно затрясла головой, видимо, снова надеясь таким образом избавиться от ночного кошмара: - Это всё неправда! Это сон… Этого просто не может быть!!
Трясущейся рукой она нащупала выключатель и включила стоявший возле кровати изящный светильник, сделанный в виде причудливо изогнутой цветущей ветки. Поняв, что жуткое видение не собирается исчезать, она попыталась вскочить с кровати, но не смогла пошевелиться и чуть не потеряла сознание от страха. Я быстренько «убавила» излишнее эмоциональное потрясение, чтобы вновь вернуть Наталье способность соображать.
-Не надо! Не сейчас! Пожалуйста!! - С трудом выговаривая слова, умоляюще забормотала она побелевшими губами, - всё, что хотите - только жить! Прошу вас! Любые условия!
«Ну вот, наконец-то. Это уже конструктивный диалог!»
-Нельзя тебя оставлять, Наташенька! - Печально, будто с сожалением, покачала я головой, - раз до сих пор не поняла, что нехорошо на чужих проблемах и несчастьях наживаться - то и не поймёшь уже! Очень от тебя вреда много: жадная ты слишком!
-Прошу вас! Сжальтесь! Всё отдам, что хотите сделаю! Нищенкой стану, в монастырь уйду - только жить оставьте! - Тоненько завыла жалкая, испуганная чиновница.
-Ладно, уговорила! - Выдержав приличную паузу, будто раздумывая, как бы нехотя согласилась я, - дам я тебе последний шанс, но помни: если хоть один раз условия договора нарушишь - я вернусь. Тогда уж, не обессудь!
-Всё исполню! Клянусь! - Отчаянно кивая головой, прошептала Наталья Михайловна. Губы у неё дрожали, руки мелко тряслись, а лицо было бледным до синевы. «Надо же, как пробрало!».
-Тогда слушай! - Вкрадчиво «зашелестела» я: - взяток не брать, людей, что к тебе со своими проблемами обращаются не унижать и помогать им бескорыстно - всем, чем только сможешь. Не хамить посетителям и тем, кто от тебя по должности зависит. С людьми, что ниже тебя по материальному достатку, образованию или в подчинении находятся, высокомерия не проявлять - потому, как деньги и должности никому достоинства не прибавляют - особенно, если его и не было! Всякую несправедливость в своей конторе пресекать будешь и подчинённых контролировать, чтобы никто не смел взятки брать и с людьми неуважительно обходиться.
-Хорошо! Я согласна! На всё согласна! - Снова истово закивала Наталья, всем своим видом выражая готовность выполнить любые мои условия.
-А ещё, благотворительностью займёшься, чтобы денежки твои наворованные даром не пропали, - продолжила я, - детский дом под опеку возьмёшь, наведёшь там порядок и будешь перечислять средства нуждающимся в дорогостоящем лечении. Всё поняла, корыстная твоя душа?
-Да, да! - Взъерошенная дама закивала так отчаянно, что затрепыхались торчащие дыбом на макушке, непричёсанные волосы, придававшие важной чиновнице совсем не респектабельный, даже комичный вид.
-Хорошо. Но и это ещё не всё, - в руках у меня возникли, будто пожелтевший от времени лист бумаги и перо, времён незабвенного Александра Сергеевича, - руку давай и не дёргайся - ничего страшного с тобой не случится!
Наталья протянула трясущуюся руку, на тыльной стороне которой тут же выступила капля крови. Кровь, конечно, была не настоящая - «морок» - но чиновница-то об этом не догадывалась.
-А-а-а! - Завопила Наталья Михайловна, с ужасом уставившись на «пораненную» руку.
-Не ори, а подписывай договор! - Протянула я ей бумагу и перо, - кровью подписывай - это тебе не «Паспортный стол»!
Дрожащей рукой чиновница макнула перо в «кровь» и старательно вывела автограф с заковыристым росчерком.
-Вот и умница! - Удовлетворённо кивнула я, - договор заключен! Помни: если хоть раз условия нарушишь - я вернусь!
Свернув бумагу в свиток и ухмыльнувшись на прощание жутким оскалом «старухи - смерти», я медленно исчезла, будто растворившись в воздухе. Следом угасло и окружавшее меня, мрачное зеленоватое свечение. Порядок! …Хотя, нет - ещё один маленький штришок! Утром, когда Наталья Михайловна очухается и начнёт размышлять о том, что возможно переработала, сдали нервы и тому подобное, в зеркале ванной комнаты она снова увидит старуху с косой и зловещий голос прошелестит: «хотя бы раз договор нарушишь - я вернусь! Помни!»
Вот теперь, можно и домой возвращаться.
(персонажи и их имена вымышлены - сходство с реальными людьми может быть только случайным)