Один из крупнейших кинорежиссеров и новаторов в истории кино Сергей Эйзенштейн написал несколько теоретических работ, в которых он подвергал психологическому анализу содержание знаменитых произведений мирового искусства.
Основные мысли по этому поводу Сергей Эйзенштейн изложил в книге «Метод», оставшейся незавершенной по причине скоропостижной смерти автора.
«Основная проблема» Сергея Ейзенштейна
«Основная проблема», которая волновала Сергея Эйзенштейна в зрелые годы, или, как он ее называл на немецкий манер, Grundproblema, касалась соотношения рационально-логического и чувственного в искусстве.
Сергей Эйзенштейн подчеркивал, что идейное содержание произведения искусства не может быть воспринято зрителем, читателем или слушателем, если оно не обращается к архаическим, пралогическим формам мышления.
Впервые о пралогических формах мышления написал французский психолог и этнолог Люсьен Леви-Брюль («Первобытное мышление»). Согласно Леви-Брюлю, у первобытного человека (как и у современного дикаря) индивидуальное сознание целиком растворено в коллективном сознании. Для обоснования этого Леви-Брюль ввел понятие «партиципации» - когда для человека нет различия между реальным миром и потусторонним.
Например, туземцы Южной Америки были уверены, что крокодил, живущий в реке, абсолютно безобиден. Когда он пожирал кого-нибудь из соплеменников, остальные из них причину гибели искали не в самом крокодиле, а в злом колдуне, послушным орудием которого и был кровожадный крокодил. То есть одним из «симптомов» пралогического мышления была непроницаемость окружающего мира для опыта.
Партиципированное мышление противоречиво по своей сути. В отличии, например, от диалектической стадии мышления, которая является одной из вершин логического современного мышления.
Одним из таких элементов пралогического мышления Сергей Эйзенштейн считал огонь. В нем заключен феномен подвижности и растекаемости, так похожего на неразложимое сознание древнего человека.
Также музыка сохранила
«эмоциональную многозначность своей речи»,
тогда как современный язык стремится к своей логической исчерпанности.
Выражаясь избыточно, через поэзию, эмоциональный язык приводит к беспредметности символизма Малларме. Китайский язык, по сравнению с европейскими языками, сохранил «многозначность переливающегося смысла в неуловимости значений слов».
Сергей Эйзенштейн и Америка Уолта Диснея
С Уолтом Диснеем Сергей Эйзенштейн поехал специально встречаться на родину мультипликатора. Побывав в маленькой студии Уолтера, Сергей Эйзенштейн захотел систематизировать свои впечатления от анимационных фильмов с помощью той «основной проблемы», что заботила его в то время.
Недаром Уолт Дисней придавал своим персонажам ту наивную пластику, заполнял тем анимизмом, что было так характерно для первобытного мышления.
Все персонажи Уолта Диснея растягиваются и сжимаются, издеваясь над своей заданной формой. Осьминоги становятся слонами, рыба – ослом. Паровоз уплетает поленья дров, клавиши рояля кусают руку пианиста, бушующие морские волны устраивают кулачные бои с обшивкой корабля. Руки Мики Мауса вторят проигрываемой музыке, вытягиваясь за видимое изображение экрана. Случайное ли это явление?
Сергей Эйзенштейн приводит яркие примеры из прошлого.
Изображенные на японских эстампах гейши квартала Иошивары вытягивают многометровые руки за нерасторопными прохожими. У фигурок тенгу непомерно вытянуты носы.
Героиня Льюиса Кэролла девочка Алиса с помощью содержимого бутылочек и пирожков растет и уменьшается в одно мгновение.
Это то явление оживления всего вокруг (по другому - анимизм), которое особенно характерно для туземцев и маленьких детей. При взрослении, находясь в культурном обществе социуме, у человека вырабатывается абстрактное мышление.
Отношение с окружающим миром и человеком меняется следующим образом:
- полное единство человека с природой (учение о переселении душ);
- единство человека и животного (тотемические поверья);
- завершающая стадия сравнения человека с животным (появление метафорического ряда, правильных логических ассоциаций и так далее).
Уолт Дисней, по мысли Сергея Эйзенштейна, - это «колыбельная» для угнетенных и страждущих современной Америки. В полностью регламентированной и математически точной жизни американского пролетариата встречаются только серые квадраты кварталов, серые лица бесконечной сутолоки, от рождения до смерти.
Сергей Эйзенштейн при описании американских рабочих стремится превзойти даже Энгельса с его безжалостным разбором жилищных условий английского рабочего класса.
Что остается в жизни несчастного? Только расцвеченные и яркие фильмы Диснея приносят утешение и «золотые сны» угнетенным массам. Клич оптимизма, летящий с экранов кинематографа, позволяет отвлечь умы страдальцев от безысходной капиталистической действительности.
Насколько Сергей Эйзенштейн выполнял заказ партийного руководства Страны Советов, настолько глубоко он проник в душу современного человека и его далекого предка. Мы все иногда жаждем оказаться в состоянии первобытного детства человечества, не покидая уютных квартир. Одним из помощников в этом является анимация Уолта Диснея.
Если Вам понравилась эта история, подписывайтесь на мой канал. Вас ждет еще много интересного!