- «Мария Петровна, мне «2» не ставьте, пожалуйста, сегодня. Всю ночь не спал. Зуб болел.», - выходит из класса лентяй Петров.
- «И мне тоже не ставьте, я расписание перепутала, я готова, просто дома «домашка» осталась в тетради, я не на тот день расписание посмотрела, случайно, так бывает, правда!»-, врушка Зайцева заискивающе глядя, медленно пятилась на цыпочках к двери…
- «Ну, я это…короче… в следующий раз пересдать можно? Не ставьте сейчас в электронный журнал, отец увидит – прибьет. Он вчера всю ночь пил, мать бил, нас с сестрой и бабкой по квартире гонял, потом полицию соседи вызвали, бабушке – «скорую». Не ставьте, пожалуйста, я пересдам, честно, обещаю.»-, хмурый Лютый медленно удалялся, не поднимая головы.
- «Я не знаю, как сказать… что прямо правду, прямо, как было? Ну, как хотите, пожалуйста, скажу. Но, предупреждаю, вам не понравится. Да, ну да,… я не ночевала дома вчера. Да, и сразу от него в школу. А когда домой? Я бы ведь опоздала. И не надо на меня так смотреть! Нет, не стыдно. Каждый проживает свою собственную жизнь. Вы – свою, а я – свою. Что значит, может рано? А вам в «старых девах» не поздно? Ой, извините, ради бога. Меня заносит.»-, красотка Свиридова бегом из класса.
- «Я хотел вас очень, очень попросить, Мария Петровна, войти в мое положение! Я же – член юниорской сборной РФ, Олимпийский резерв, только со сборов, только с самолета, Италия, полу - финал чемпионата Европы, все дела… это вам, не ваша там, история с обществом. Ну, какие уроки? Ну, вы о чем? У меня впереди спортивная карьера, медали, кубки, деньги, слава, известность, статус, весь мир! А, у вас что? Вся жизнь проходит в этом кабинете, в этой школе. Вы за границей то хоть раз были? Вот, что и требовалось доказать!»-, Гордеев пружинистой спортивной походкой метнулся прочь.
- «Моя отец… на другой город … за товар… Я помогать. Я - самый большой в семья. Мать болеть, сестра – брат, вместе 7 штук. «3» поставь, я отработать, полы мыть, продукты носить, собака гулять… «3» поставь. Я хороший, я помогать.»-, Магомедов Оглы, сложив ладони на груди, спиной уходил назад.
- «Короче, «2» поставишь, хуже будет, и я не шучу. Братва через пять минут здесь будет. До дома можешь не дойти, они проводят. Сам пачкаться не буду. Мое дело предупредить. Чего сказала? Кодекс чести? Это че такое? Ты мне зубы не заговаривай, ты мне че сейчас втираешь? Я все сказал! Короче, ты меня услышала!» -, одиннадцатиклассник по фамилии Законник скалился, покидая класс. «Мы с Эдвардом тоже седня не в теме, ночные «покатушки», у богатых свои причуды, когда, блин, эта школа уже закончится, нам стрит-рэйсерам, ну, вооще, не разу не по приколу, че за дела? Сразу «2». Короче, батин секретарь из Общественной палаты позвонит, тогда уж поздно будет… Всякая там спонсорская помощь уже школе не нужна больше? Интерактивные доски, компьютерные классы? Все, накушались халявы? Ну, поглядим. Видит бог, мы по-хорошему хотели, просто посреди учебного года новое место работы непросто найти будет… Детей то своих чем кормить будешь? Ну, давай, рискни! И, главное, все ведь по законы будет. У меня батя – слуга народа, поэтому закон работает, как надо. Да, че с ней разговаривать? Отстой! Пошли отсюда, Эдвард.»-, нагло и шумно освобождают кабинет. Перемена закончилась, уже звонок звенел на следующий урок. Мария Петровна не успела проверить запланированные на перемену тетради. Она сидела тихо, задумавшись, ей было грустно. В кабинет уже врывался новый класс.
