Найти тему
Сказки Чёрного леса

Приметы, знаки, суеверия. Хоть верь, хоть нет, а сбывается. И от тебя не зависит ничего

Верите ли вы в знаки? Не в те, когда птицы низко летают, и жди дождя, а в другие. Вот, перешагнул ты через верёвку оборванную, знать змея за ногу укусит. Ножом вместо вилки воспользовался, злым станешь. По весне на старую кость наступишь, знать до зимы не доживёшь.

И ведь пока про приметы такие люди не думают, так живут себе спокойно и всё хорошо у них. Но, стоит подумать и всё кувырком.

Жила в нашей деревне баба одна, Сияной звали. Вот она все эти приметы, знаки, суеверия в голове держала. Все их помнила. Любой сон растолковать могла. Батя у неё из верующих в Слепых Богов. Вот он дочери голову и замудрил всем этим. А как при облаве топориком по темечку его приголубили, так вроде живи девчонке как все, но не тут-то было. То, что в голову вбито, выбить только топориком можно.

С другой стороны, вреда она никому не делала. А слушать или нет, это дело каждого.

Как и все вышла замуж. Охотника себе выбрала в мужья, Клима. Тому, что день, что год, в лесах пропадал, дома редким гостем был. Сияну это устраивало, не гундела. Как муж вернётся, так она не замолкала. Рассказывала всё ему, что в деревне произошло и что не произошло. Трещала и день, и ночь напролёт, не заткнуть. Может от того мужик и не торопился домой.

А тут вернулся он как то, с мужиками у околицы выпил, и весёлый домой забурился. Тут и Сияна начала ему разум полоскать, дескать, пить на закате – это плохая примета. Поутру дождь будет.

- Да что за ты глупости городишь! – закричал Клим. – Да если бы так было, постоянно дождь бы шёл. Всегда кто-то на закате стаканчик, да опрокинет.

- Вот и посмотри, что ваши эти стаканчики с погодой делают. Почти каждое утро земля сырая. – зашипела Сияна.

- Зато огород освежает. А то, как в прошлом годе, засуха была, что всё пожухло.

- А это из-за того, что Дара в самый короткий день зимы половики свои трясти на морозе надумала. А я говорила ей, к засухе.

- Да причём тут половики твои? Тфу ты, Даркины половики. – закатил глаза Клим. – Где те половики, а где засуха.

- А притом. Нельзя в мороз, в самый короткий день зимы пыль из дома выметать.

- А, видать, поэтому у нас в хате так чисто, что скоро по углам деревья прорастать начнут. Видать, много дней таких, когда палец о палец ударять не следует. – съязвил Клим и завалился спать.

Ночью проснулся Клим от того, что Сияна лампу зажгла. Сидит на краю кровати и рыдает.

- Ты чего это? – спрашивает Клим. – Обиделась? Ну, прости меня. Сгоряча ляпнул. Вовсе не грязно у нас в хате.

- Да ты-то тут причём. – вытерла нос Сияна. – Сон мне привиделся не добрый.

- Что ж привиделось?

- Да будто зима кругом, а на снегу следы копыт. И иду я по этим следам, страшное чую. Слышу, как дерево падает. А потом выхожу на опушку, а там рыба мёртвая. – Сияна с глазами полными ужаса посмотрела на мужа.

- Тфу ты. Опять ерунда какая-то. – отмахнулся Клим. – Мне и не такие страхи снятся, когда в лесу ночую.

- Нет, не ерунда. Злой это сон. – вытирая слёзы начала объяснять Сияна.

- Обычный сон. Все такие видят.

- Не все. Вот зиму снежную во сне увидать, это к ссоре большой в семье. А во сне услышать, как дерево падает, к драке.

- Да много кто зиму видит. И мне она часто снится.

- Вот. Потому часто ссоры у нас.

- Ссоры у нас не потому, что зима мне снится, а потому что у меня баба глупая. С чего нам с тобой сейчас ругаться?

- Да кто ж знает. Вдруг ты вспомнишь чего?

- Ну и чего я могу вспомнить? Как я оленя принёс, а ты его забыла разделать и он завонял?

- Вот. Видишь. Припоминаешь.

- Да плевать на того оленя. Ну, завонял, зато всех псин с деревни вдоволь накормили. Спать давай.

- Не могу я спать. Сердце не на месте у меня. Чую, будет ругань у нас большая.

- Слушай, жена, если ты сейчас не успокоишься, ругань уже сейчас и начнётся. Пока мне больше ничего в голову не приходить, что до вражды между нами может довести. – Клим накрылся одеялом и отвернулся к стенке.

- Ну, а вдруг я узнаю чего про тебя, секрет какой? Например, что ты с бабой другой тараканился. Мне следы копыт приснились, а это знак супружеской измены. – тронула мужа за плечё Сияна. – Начну допытывать кто она, а ты начнёшь скрывать.

- Ууууу. – завыл Клим. – Да какая баба? У нас в деревне их всего четыре свободных. Две ещё ходить не умеют, одна бабка Клавка, которой уже за восьмой десяток перешло. Она и не помнить, как это вообще делается. А другая - мама её.

- А может в лесу какая у тебя?

- Ага. Коряга там, на берегу с дуплом валяется. С ней и тешусь. Тебе заняться больше нечем ночью, как глупости такие выдумывать?

- Сны, это тебе не глупости. Они, как и любой другой знак, предупреждают. Как вот помнишь, ворона перья над хатой Комы обронила, а потом у него пожар был.

- А разве пожар был не за день до того, как ворона перья обронила?

- Ворона опоздать могла, задержаться. Да и мы точно не знаем, когда перья на двор к нему попали. Так и сны. Говорю тебе, зима снится к ругани в семье, падающее дерево к драке. Вот верь или нет, а не отменить этого.

- Не буду я с тобой ругаться. Вот не буду и всё. И пусть твой сон не сбудется, как не старайся. Вот на зло, не буду ругаться. Завтра на охоту на три луны уйду.

- А это не от нас зависит. – грустно произнесла Сияна. – Знаки, они предупреждают только о том, что будет. А вот исправить это нам не подвластно. И хочешь ты или нет, а поругаемся.

- Слушай! Я спать хочу. Сильно! – стиснул зубы Клим и злобно ударил подушку. – Не работают твои глупости! Никогда не работали и не работают. Нет причины нам с тобой ругаться! Ну нет её и даже придумать мне не получается то, от чего мы ругаться с тобой начнем. Глупость всё это. Всю жизнь ты глупость эту людям носишь, и над тобой смеются.

- Глупость? – осерчала Сияна. – Да ты Фомича спроси. Как он чуть всего своего хозяйства не лишился, когда за мной голой в бане подсмотрел. Как куры дохнуть у него начали одна за другой. Да если бы тогда я в эти, как ты говоришь, глупости не верила, остался бы Фомич без подворья. Потому как если за бабой в бане подсмотрел чужой мужик, так с этой бабой и тетериться ему в хлеву своём нужно, иначе передохнет и птица и скотина.

- Да что ты говоришь! Вчера Фомича встречал, у изгороди его стояли. И что-то всё его подворье целёхонькое. Курочки бегают, козочки топают, слобень… - Клим выпучил глаза и замолчал, как будто разучился дышать. Он медленно втянул воздух ноздрями и, стиснув зубы, процедил. – Фомич, скотина.

Шум по деревне разнёсся такой, что некоторые с кроватей свалились. Думали, напал кто на деревню. В хате Клима бились окна и были слышны крики. Клим кричал, как потерпевший, Сияна тоже вопила так, будто уселась голой задницей на раскаленную сковороду. Столпившиеся люди сразу и не решались подойти к изгороди. А как Клим выбежал с топором, сам полуголый, так и вовсе разбежались.

Рванул мужик к соседу Фомичу, и давай топором ему дверь рубить с криками и проклятьями. Обещая всё подворье ему перебить, если тот не выйдет. Да того долго звать не пришлось. Тоже, как зверь дикий, вылетел на соседа и в рожу ему без лишних разговоров. Драка началась такая, что земля под ногами задрожала. Знатно морды друг другу начистили, да сдаваться никто не собирался.

Уже и из сил выбились, и на ногах кое-как оба стояли. А народ так и боялся подойти, чтоб разнять. Шибко страшно дерутся.

- Глаза тебе твои выдавлю, чтоб за бабами в банях не подглядывал! - закричал Клим и силы последние собрав, кинулся на соседа. Да тот кулаком своим в горло ему ударил. Отлетел мужик назад, за горло схватившись. Покачался немного и рухнул. Похрипел, да так вдохнуть не сумев, к Кондратию отправился.

Двумя днями позже хоронили Клима. Да только не в земле, а на костре погребальном. Сияна потребовала. Плохая примета хоронить в земле человека, который не спокойной смертью умер, а злобой окутанный. Такие живоедами могут обратиться или мраком. На счастье, погода ясная стояла и на костёр дождь не пролился. А то ведь, и это примета очень плохая.

Плакала Сияна по мужу, убивалась. Всё народу объясняла, что не поверил он в толкования сна, от того и умер. Говорила она ему, что зима к ссоре снится, звук падающего дерева к драке. Да вот только не успела она ему объяснить, что рыба мёртвая к похоронам в семье.

Много лет, до глубокой старости Сияна прожила. И всё свои приметы и знаки везде подмечала. Сны толковала, да людей пугала толкованиями этими.

А вы верите?

______

Подписывайтесь на канал, подключайтесь к ЧАТу. Впереди много интересного, забавного и страшного.

Для тех, кто ещё не знает, навигация по каналу по средствам Путеводителя по Чёрному лесу.