В том, как работает ракетно-космическая отрасль, можно голову сломать. Сегодня ведётся активное развитие частного рынка космических услуг, в котором представители каждой космической державы хотят занять своё место. Россия давно и успешно оказывает космические услуги частным заказчикам, но возникает пара вопросов, когда пытаешься понять, как вообще с этим обстоят дела в нашей стране.
Первый вопрос заключается в том, почему американская компания продаёт коммерческие пуски на российских ракетах-носителях с российских же космодромов?
Речь о компании International Launch Services (ILS), которая была основана совместно Lockheed Martin, ГКНПЦ имени М. В. Хруничева (ГКНПЦ) и РКК «Энергия» именно для осуществления коммерческих космических запусков.
В итоге, Lockheed Martin и Boeing создали другую частную компанию для осуществления коммерческих запусков — United Launch Alliance (ULA). Как итог, ГКНПЦ сегодня является основным акционером ILS, которая, тем не менее, так и остаётся американской компанией со штаб-квартирой в штате Вирджиния, обладающей эксклюзивными правами на маркетинг и коммерческую эксплуатацию ракет-носителей «Протон-М» и даже всё ещё разрабатываемой «Ангара» на международном рынке. Но и это ещё не всё.
Год назад ILS, которую в СМИ называют «дочкой» Центра Хруничева (что, опять же, так и есть, наверное, но возникают вопросы), получила разрешение Госдепартамента на продажу и продвижение на американском рынке ракет-носителей «Союз», чем до этого занималась отечественная GK Launch Services.
Помимо этого, вскользь было упомянуто, что соглашение с GK Launch Services может затронуть и пилотируемый космический корабль «Союз», на котором предполагается доставлять туристов на МКС и околоземную орбиту (в этом случае к кооперации подключается и «Главкосмос»).
Эту новость преподносили по-разному, но кое-что всё-таки настораживает.
Безусловно, Россия должна быть непосредственным участником коммерческого рынка космических услуг, чтобы отечественные предприятия получали новые международные заказы на изготовление изделий в условиях постоянного ужесточения конкуренции.
Но почему так получается, что непосредственно на коммерческой деятельности будут зарабатывать только американские компании, которым, повторюсь, предоставляются эксклюзивные права на продукцию, создаваемую на российских предприятиях?
Да, в обмен на это, скажем Центр Хруничева, владеет пакетом акций ILS, но ведь полученные деньги, дивиденды, — это меньшая часть. Получается, что Россия участвует в производстве, но не ведёт самостоятельно коммерческую деятельность. Не слабовата ли позиция для космической державы, претендующей на лидерство?
С одной стороны, всё можно объяснить бюрократией отдельно взятых стран-участниц этой деятельности. Организации, работающие исключительно в США, чтобы не тратить время на внешнеэкономическую бюрократию, заключают контракт с американской же компанией (в данном случае, ILS), которая и берёт на себя оформление всех необходимых документов. Налоги платятся и в США (от чистой прибыли), и в России — от прибыли с дивидендов.
Но давайте рассмотрим ситуацию со стороны США. Вы можете себе представить, чтобы, скажем, ULA продали хотя бы часть прав (не говоря уже об эксклюзивных), например, на Атлас-5 для пусков исключительно в интересах России со своей территории? Ведь сейчас речь о том, что американцы продают пуски наших РН с наших космодромов, получая с этого прибыль. Я думаю, что их по-настоящему эффективные менеджеры не отдадут прибыль, в отличие от наших «бизнесменов».
Опять же, препоны могут создавать таможенные чиновники и самые разнообразные финансовые регуляторы, что и приводит к реализации именно такой схемы сотрудничества, но, на первый взгляд, выглядит подобная деятельность со стороны России, мягко говоря, неэффективной.
Как считаете, нагнетаю?
Подписывайтесь на S&F, канал в Telegram и чат для дискуссий на научные темы.