Найти в Дзене

Портрет абьюзера и токсичные отношения» - но, тем не менее, она взяла чужое имя и псевдоним и написала к нему кучу «авторадио»-ш

Когда я задумывал эту серию, я думал, что всё-таки, всё-всё будет описательно. Но в итоге я столкнулся с тем, что во мне всё-равно осталось неприятие читать о переживаниях. То есть – безумно интересно - но жутко отвратно. Я конечно скажу так, что когда происходит какое-то происшествие, то этот сюжет – в принципе можно полностью рассказывать. Но можно ли сказать, что рассказ – это наиболее

Когда я задумывал эту серию, я думал, что всё-таки, всё-всё будет описательно. Но в итоге я столкнулся с тем, что во мне всё-равно осталось неприятие читать о переживаниях. То есть – безумно интересно - но жутко отвратно. Я конечно скажу так, что когда происходит какое-то происшествие, то этот сюжет – в принципе можно полностью рассказывать. Но можно ли сказать, что рассказ – это наиболее достоверная информация? Я думаю, что нет, потому что в процессе работы с группой мы только учимся этому.

То есть – она вроде бы как писала, как полагается, но я всё равно по-настоящему хотел, чтобы её волновало то, о чём она писала. И когда я делал какую-то серию для детей, то я хотел, чтоб всё было на стыке сюжета, реализма и всего остального. То, что я пишу, это не просто – «Напиши это, о том как я умею сексом заниматься». Нет, это то, как я это делаю, это история.

Люди же не будут читать того, о ком написано: «У меня была такая проблема – я целую неделю был не в состоянии спать по ночам, потому, что до этого я провёл весь день, менял позы и играл в «Героев», я, как и все мальчики в школе, играл в войнушки, мы с друзьями всё время дрались, дрались и ещё раз дрались». То есть, грубо говоря – даже не могу сказать, чту люди реально захотят.

Или, ещё пример, можно взять такую информацию, где она описывает, как люди влюбляются. У неё в последней книге – «Не влюбись в меня» есть такая фраза: «Я вышла замуж за своего собственного отца, которого никогда не видела и не знала». То, есть – получается, она описала «своего», совершенно не того человека, о котором ей рассказывали другие люди.

Я объясняю это тем, какая у нас стран