Слово «элита», которое теперь у всех на слуху, в годы советской власти было мало употребительным. А если честно, то мы, школьники, его вообще не слышали. Конечно, значение слова-то понимали, но было оно, так сказать, в основном в пассивном словарном запасе.
Словарь Ожегова и Шведовой даёт два значения слова: 1. Лучшие растения, семена или животные, по своим качествам наиболее пригодные для разведения, воспроизводства. 2. Лучшие представители какой-нибудь части общества, группировки. Ко второму значению ещё и помета даётся: (книжн.) То есть это книжное слово. Ещё и два прилагательных есть в словарной статье: к первому значению – элитный, ко второму – элитарный.
Это же зачем я так подробно расписываю значение слова, данное в словаре? Честно скажу, с одной целью: достать парочку мыслей из моего «сундучка с сомнениями»)))
В советской школе мы все учились в одном классе, независимо от статуса наших родителей: дети рабочих, дети крестьян, которых тогда называли без всякой иронии колхозниками, дети служащих… Были в классе у нас и дети тех, кого нынче принято называть элитой : сын председателя колхоза, дочка секретаря райкома партии, дочка главного санитарного врача района… И в голову бы никому из родителей тогда не пришло учить детей в особых «элитарных» школах, а детям в голову бы даже не пришло делить друг друга на «элиту» и «простой народ». Ходили в один класс, слушали одних учителей, дружили, читали одни и те же книжки, смотрели одни и те же фильмы… И нам было совершенно всё равно, какой статус и имущественное положение у наших родителей.
Ну что ж, а нынче слово «элита» в ходу, только и слышится из всех говорящих источников, как «элита» управляет государством, как живёт, как учит своих детей… Кажется, мы перешли в такое общество, где нравственность определяется принадлежностью к «элите». Стоп! А как назвать тех людей, которые не входят в «элиту»? «Простой народ»? «Нищеброды»? «Биомасса»? «Электорат»? «Быдло»? Ну, я шучу, конечно, однако вот какой вопрос не даёт мне покоя…
Теперь любят вспоминать, что Ленин сказал ( при этом говорящие непременно закатывают от ужаса глаза!), дескать, нравственно то, что служит делу пролетариата. А я вот задумалась, не честнее ли был Ленин, открыто утверждая, что нравственность определяется интересами трудового народа? Не лживее ли звучат заявления нынешней «элиты» об общечеловеческих ценностях, при этом оказывается, что распределяются потом эти «ценности» как-то однобоко… И пора честно признать, что только построенное в Советском Союзе общество действительно было нравственным, несмотря на всю его непростую историю ( но ведь житейская мудрость гласит, что не ошибается только тот, кто ничего не делает).
Я наткнулась в книге историка А. И. Колпакиди на цитату из статьи Л.Н.Толстого «О голоде», нашла всю статью, выписала честные размышления Толстого о той элите, которая существовала в царское время… ( Сколько бы нас ни убеждали с экранов телевизора, что в царской России жилось комфортно и зажиточно, но поверить в это трудно, читая русскую классическую литературу, на которой мы выросли в советское время. Нет, собственно говоря, про «комфортную жизнь» нам не врут, только деликатно умалчивают, что жили комфортно далеко не все… А.И.Колпакиди в книге «Николай II : Святой или Кровавый?» пишет: «Не осознав того, что «элита» Российской империи относилась к народу как к чему-то среднему между рабом и скотиной, мы вообще ничего в том времени не поймём».)
Впрочем, брошу-ка я свой «сундучок с сомнениями» и предоставлю слово самому Льву Николаевичу Толстому:
Отрывок из статьи Л. Н. Толстого «О голоде».
«В последние 30 лет сделалось модой между наиболее заметными людьми русского общества исповедовать любовь к народу, к меньшому брату, как это принято называть. Люди эти уверяют себя и других, что они очень озабочены народом и любят его. Но все это неправда. Между людьми нашего общества и народом нет никакой любви и не может быть.
Между людьми нашего общества - чистыми господами в крахмаленных рубашках, чиновниками, помещиками, коммерсантами, офицерами, учеными, художниками и мужиками нет никакой другой связи, кроме той, что мужики, работники, hands, как это выражают англичане, нужны нам, чтобы работать на нас.
Зачем скрывать то, что мы все знаем, что между нами, господами, и мужиками лежит пропасть? Есть господа и мужики, черный народ. Одни уважаемы, другие презираемы, и между теми и другими нет соединения. Господа никогда не женятся на мужичках, не выдают за мужиков своих дочерей, господа не общаются как знакомые с мужиками, не едят вместе, не сидят даже рядом; господа говорят рабочим ты, рабочие говорят господам вы. Одних пускают в чистые места и вперед в соборы, других не пускают и толкают в шею; одних секут, других не секут.
Это две различные касты. Хотя переход из одной в другую и возможен, но до тех пор, пока переход не совершился, разделение существует самое резкое, и между господином и мужиком такая же пропасть, как между кшатрием и парием.»
Узнаёте? Знакомо? Через тридцать лет после насильственного, хоть и бескровного крушения советского строя история повторяется: господа и мужики, чиновники и народ… Грустно читать это…
Вот ещё что думаю: учебники истории в угоду антисоветским мифам переписать хоть и трудно, но можно ( успехи уже имеются), а вот что делать с классической русской литературой? На какие полки задвинуть писателей, честно рассказавших о «свинцовых мерзостях русской жизни» (это я цитирую повесть М. Горького «Детство»). Впрочем, нашему современнику так хочется светлого прошлого, что о положении народа в царской России он лучше читать не будет, а посмотрит по телевизору фильм «Гибель империи. Российский урок»… Или что-то другое, типа «Россия, которую мы потеряли»...
Только мы, если честно, потеряли ещё и семьдесят лет той истории, в которой были трудности, ошибки, просчёты, борьба, кровь, слёзы, но были и светлые идеалы социальной справедливости, и не было распределения людей на «элиту» и «нищебродов»…
Вот ведь, Толстой не только «Войну и мир» да «Анну Каренину» написал, он ещё вот такие «взрывоопасные» и «неудобные вещи» говорил… Ату его, ату! Не зря на него так ополчились в начале прошлого века все представители «элиты»…
Ещё один отрывок…
«Разве теперь, когда люди, как говорят, мрут от голода, помещики, купцы, вообще богачи изменили свою жизнь, перестали требовать от народа для удовлетворения своих прихотей губительного для него труда, разве перестали богачи убирать свои палаты, есть дорогие обеды, обгоняться на своих рысаках, ездить на охоты, наряжаться в свои наряды? Разве теперь богачи не сидят с своими запасами хлеба, ожидая еще больших повышений цен, разве фабриканты не сбивают цен с работы? Разве чиновники перестают получать жалование, собираемое с голодных? Разве все интеллигентные люди не продолжают жить по городам - для своих, послушаешь их, самых возвышенных целей, пожирая там, в городах, эти свозимые для них туда средства жизни, от отсутствия которых мрет народ?
Зачем обманывать себя? Народ нужен нам только как орудие. И выгоды наши (сколько бы мы ни говорили противное) всегда диаметрально противоположны выгодам народа. Чем больше мне дадут жалования и пенсии, говорит чиновник, т. е. чем больше возьмут с народа, тем мне лучше. Чем дороже я продам хлеб и все нужные предметы народу и чем ему будет труднее, тем мне будет лучше, - говорит и купец и землевладелец. Чем меньше я дам работы народу, заменив ее машинами, и чем дороже продам ему свой товар, тем я больше наживу, - говорит фабрикант. Чем дешевле будет работа, т. е. чем беднее будет народ, тем мне лучше, говорят все люди богатых классов. Какое же у нас может быть сочувствие народу? Между нами и народом нет иной связи, кроме той, что мы тянем за одну и ту же палку, но каждый к себе. Чем лучше мне, тем хуже ему, - чем хуже ему, тем лучше мне. Как же нам при таких условиях помогать народу!»
Действительно, лучше уж поменьше знать, к чёрту это образование! Правильно Фамусов говорил: «А коли зло пресечь – собрать бы книги все да сжечь». А то прямо беда… Услышу, как замечательно крестьяне до революции жили, – вспоминаю Толстого. Услышу, как хорошо было в царской армии – тут же на память «Поединок» Куприна приходит… Начинают говорить о правовом государстве в царской России, а я чеховскую «Палату № 6» вспоминаю… Ну, и так далее…
И всё-таки завершить свои размышления из «сундучка с сомнениями» я хочу мечтой… Ну, кто мне помешает помечтать, чтобы слову «элита» вернули первоначальный смысл: лучшие! Лучшие! То есть те лучшие представители общества, которые живут для народа, во имя высоких идеалов, а не просто на народную копейку себе сладкую жизнь устраивают… Странное дело, когда я училась в школе, мне казалось, что такими, «лучшими», были и декабристы, и народовольцы, и герои гражданской войны, которые «душу положили за други своя»… Ошибалась, выходит, это всё как бы на самом деле были террористы, клятвопреступники, крамольники, мятежники…
Нет, я всё-таки помечтаю о тех грядущих временах, когда история будет
наукой… Впрочем, честные историки всё равно есть, я их читаю и вижу, что не всё потеряно…