В период паузы, наступившей из-за весенней распутицы, стороны готовились к летней кампании. Нацисты планировали нанести главный удар на Кавказ, чтобы лишить СССР источников нефти. Сталинградское направление первоначально считалось второстепенным. Выход немецких войск к Волге должен был перерезать коммуникации между центром и югом европейской части. Одновременно перекрывалось поступление техники по ленд-лизу через Иран.
Советское военное руководство отказалось от масштабного наступления и намеревалось перейти к стратегической обороне с целью измотать противника, но по-прежнему обдумывало крупные операции с целью упредить удары противника и нанести ему большой урон. По воспоминаниям маршалов Георгия Жукова и Александра Василевского, в споре между командованием Юго-Западного фронта, настаивавшем на наступлении на Харьков, и Генштабом, который предлагал использовать резервы для парирования возможных ударов противника, Сталин весной встал на сторону первого. «Критически оценивая теперь принятый тогда план действий на лето 1942 года, вынужден сказать, что самым уязвимым оказалось в нем решение одновременно обороняться и наступать», – писал впоследствии Александр Василевский. Ошибочной и неподготовленной считал Харьковскую наступательную операцию и Жуков