Позвонила мне с год назад приятная дама. Мы, говорит, из центра социальной поддержки. У вас же многодетная семья, а чего же вы еще к нам не пришли?
- А зачем, - удивилась я, - мне к вам идти?
- Ну как же! Мы вас ждем, мы вам поможем во всем! Обязательно приходите!
- Да-да, как-нибудь зайду, - пообещала я в трубку. Позвонила она совсем не вовремя, я одной рукой суп варила, второй малышку спать укладывала, а третьей задачу по алгебре помогала решать. Как всегда, короче.
И такой разговор у нас повторился с милой дамой раза три.
Она приглашала и трогательно настаивала, я вяло соглашалась и обещала «на днях» зайти.
От такой заботы и собственной необязательности стало неловко, собрала документы, пошла.
Открыла дверь и изумилась.
Я ожидала увидеть ободранные стулья, дермантиновые двери, старушек с буклями и клубы пыли на бумажных папках.
А попала – словно в офис банка для вип-клиентов!
Современный ремонт, стекло и металл. Застывшие в эпилептическом припадке модные статуэтки. Юные красавицы и гордые юноши-мажоры за огромными мониторами. С логотипом в виде обкусанного яблока, как положено.
Красавцы и красавицы меня словно не заметили. Они были заняты совсем другим. Самым важным. Согласно возрасту: мальчики подмигивали девочкам, девочки кусали губки и заливисто хохотали.
Я немного потопталась на пороге. «Куда это я попала вообще?!»
Наконец, один из юношей (наименее симпатичный), одарил своим вниманием и меня.
- Что вы хотели? – спросил он с забытой интонацией продавщицы советского овощного магазина.
- Мне вот тут звонили.. Мы многодетная семья.. Я тут вот.. документы принесла.. – от такого приема я растерялась и залепетала бессвязное.
- У вас дети-наркоманы есть? На учете у ИДН состоите? А чего тогда пришли?
Если у вас наркоманов нет, никакая вам поддержка от государства не положена. Ну и что, что многодетные? Все тут многодетные ходят, подумаешь!
-??? – я могла только молча открывать и закрывать рот. Как рыба, вытащенная обманом на воздух.
- Ну ладно, давайте поставим вас на учет. – вдруг увидела меня самая прекрасная красавица. – Вы просто нам напишете, что у вас трудные отношения с детьми, что вы боитесь суицида, что вам нужна профилактика подросткового алкоголизма..
- Спасибо большое. Мы, знаете, как-нибудь сами. Без профилактики, - я очнулась и вылетела из странного заведения.
А вскоре снова позвонила та самая дама. И уж ей я высказала все, что думаю. Про их поддержку. И про предлагаемую профилактику.
Дама неожиданно смутилась. Из ее обрывочных объяснений я уловила. Что поскольку у нас поддержка многодетных – это главная задача, то теперь штат слуг народа - увеличен. Открываются новые комитеты и подразделения.
В самых упакованных ответственных местах, - работают.. дети. Уважаемых людей. Дети хорошие, но немного бестолковые. Бумажки заполнять им некогда, других важных дел много.
В общем, дама меня буквально силком затащила к себе. В тот отдел, в котором лично работает. И вот там все было – привычно и ожидаемо. Старые столы, гераньки на подоконниках, ласковые тетеньки. Они хотели оформить мне все положенные льготы. Но тут выяснилось, что в очередь на улучшение жилищных условий нас поставить нельзя: метров и так хватает с избытком. И мат помощь получить тоже не выйдет: в ту пору у мужа была солидная белая зарплата.
- Ну вы как-то не пропадайте, заходите иногда, - позвали меня тетеньки. И с тех пор мне звонят раз в три месяца, спрашивают, все ли у нас в порядке не стал ли кто-нибудь из детей наркоманом .
Еще эти тетеньки в январе подарили новогодний подарок детям. Младшим. Традиционный сладкий кулек. Вечером того дня, когда малыши улеглись спать, мы со старшими пили чай с этими конфетами.
И я радовалась тому, что подарок только один и конфеты скоро закончатся. А дети – расстраивались. А младшие, которым предполагался подарок, о нем вовсе ничего не узнали.