Глава, которая... впрочем, увидите :)
Пантеоцид
Стюарт Слейд
(Перевод: В. Тимофеев. Дисклеймер )
1 || 2 || 3 || 4 || 5 || 6 || 7 || 8 || 9 || 10 || 11 || 12 || 13||14 || 15 || 16 || 17 || 18 || 19 || 20 || 21 || 22 || 23 II 24 || 25 || 26 || 27 || 28 || 29 || 30 || 31 || 32 || 33 || 34 || 35 || 36 || 37 || 38 || 39 || 40 || 41 || 42 || 43 || 44 || 45 || 46 || 47 || 48 || 49 || 50 || 51 || 52 || 53 || 54 || 55 || 56 || 57 || 58 || 59 || 60 || 61 || 62 || 63 || 64 || 65 || 66 || 67 || 68 || 69 ||
Передовые части Третьего легиона, Рай.
Дело дрянь . Для смотрящего на картину поля боя через стальной борт БМП Дрипанкеоторофенекса это было очевидно. Первому Демоническому батальону механизированной пехоты приходилось туго. Их рубеж захлестнули передовые отряды наступающего Ангельского Воинства. Часть позиций прорвана, другие обойдены с флангов и прижаты с тыла. Но хуже всего выглядели столбы черного дыма от разбитых батальонных БМП. Демон понимал, в чем дело: ангелы подобрались слишком близко для эффективной работы артиллерийской поддержки.
— Ладно, парни, — офицер обернулся к экипажу и пассажирам БМП. — Пора спасать яйца Первого Демонического. Мы наступаем вниз по склону и бьем ангелов во фланг и с тыла. Затем раскатываем их. Основную работу сделают стрелки БМП, остальным быть наготове выйти и убрать выживших. Кто еще не успел поработать штыками, следите за Дриппи. У него талант.
Другие демоны глядели на Дрипанкеоторофенекса со смесью уважения и зависти. Все они знали, что выделиться перед офицером есть путь к успешной карьере, а похвала от человека суть несомненная награда. А Дрипанкеоторофенекс знал, о чем думает часть остальных: почему ему повезло столкнуться с тремя ангелами, а им нет? Они не догадывались, насколько близок он был к смерти в том коротком бою.
БМП дернулась, мотор взревел, и волна бронемашин хлынула вниз по склону.
Ангельское Воинство напирало на гибнущее сопротивление Первого Демонического. Ангелы так старались обратить неизбежное поражение батальона в полный разгром, что не видели ничего вокруг. И просто не заметили переваливший гряду левее Третий легион. Не заметил и ведущий свои силы ангельский командир. Дрипанкеоторофенекс четко видел его — в сияющей на ярком свете броне, с пылающим среди людских позиций мечом и сотрясающими землю пред ним трубными гласами. Придурок , подумал демон, надо же так подставляться .
И тут же с крайним изумлением осознал, что думает как человек.
Скоро стало ясно, насколько. Дрипанкеоторофенекс снова услышал ритмичный рокот и обернулся. Из-за поросшего лесом холма поднялись три вертолета Третьего и выпустили ракеты. Крупный ангел во главе наступления окутался облаками взрывов и упал с издалека различимыми жуткими ранами. Он пытался встать, но второй залп четырех «Хеллфайров» его наконец прикончил. Без своего вождя и чемпиона Ангельское Воинство было обезглавлено.
Что не так уж и здорово , как видел Дрипанкеоторофенекс. Ракетные залпы привлекли внимание ангелов и выявили идущую слева угрозу. Они отреагировали уходом назад и правее, прочь от атаки Третьего Легиона, приказав рекрутам-людям встретить нового врага. Но рекруты двигались медленно и не имели скорости координации человеческих частей с Земли. Они еще продолжали перегруппировку, когда БМП Третьего легиона открыли огонь. 23-мм пушки изрыгали потоки трассеров в массу людей и ангелов. Ангельское Воинство на несколько секунд парализовало шоком беспощадности атаки и обрушенной на них огневой мощи, оставившей лишь один выбор: стоять и умирать. А когда там опомнились и поняли, что бронемашины не думают остановиться, дрогнули. Люди, ангелы — все побежали, сломав и смешав строй.
Когда бойня закончилась, землю устилали тела. Дрипанкеоторофенекс увидел людское военное дело с новой стороны. До сих пор демоны были лишь жертвами массированного огня, которых безжалостные бронемашины рядами косили из скорострельных орудий. Но теперь он и прочие демоны Третьего легиона увидели такой обстрел с другого ракурса — как он позволяет драться с многократно превосходящей силой и обращать ее в кровавый смертельный хаос. Он наконец осознал — люди не боги с непостижимой мощью, они просто весьма хороши в своем деле . И другие могут им уподобиться . Преклонение в сознании Дрипанкеоторофенекса сменилось амбициями. Он должен, обязан стать как они. Нужно лишь узнать, как .
Его размышления прервала опустившаяся задняя рампа БМП.
— Эй, Дриппи, давай за мной, хочу тебя кое с кем познакомить.
Офицер приказал, и демон, как хороший легионер, повиновался.
В Первом Демоническом батальоне механизированной пехоты творился хаос. Солдаты считали потери, доставали тела из окопов и разбитых машин, отделяли раненых от погибших. Вот еще одна перемена , заметил Дрипанкеоторофенекс, забота о раненых . Почти неведомая раньше в войсках демонов. Среди прочих встречались фигуры в белом — с руками за головой. Он слышал их слова «кирие элейсон», но теперь они звучали не надменным боевым кличем, но жалкой мольбой о жизни и пощаде сквозь всхлипы. Когда-то Дрипанкеоторофенекс увидел бы тут возможность поразвлечься послеобеденными пытками пленных, но путь людей не таков. И ему пришлось это запомнить. Люди милостивы к побежденным. И он тоже будет.
Дрипанкеоторофенекс принял решение из простого желания копировать поведение людей, но внезапно до него дошло. Обращайся с пленными хорошо, и другие будут сдаваться куда охотнее .
Офицер искал взглядом среди погибших и групп выживших. Наконец его лицо осветилось, и он громко позвал:
— Йоу! Эанас! Ори!
Двое людей обернулись и увидели идущую к ним фигуру. Троица обменялась объятьями и хлопками по спинам.
— Такер, слышал, ты вступил в «орлы». Как дела, дружище?
— Ну, Цезарь хороший босс, мы сколотили легионы. Слушайте, я хочу познакомить вас двоих кое с кем. Дриппи, давай сюда, — офицер позвал, и демон с удвоенным рвением поспешил к человеку и его друзьям. — Дриппи, это Эанас, спартанец, и самурай Ори. Мои старые друзья из Впадины. Эанас, Ори, рад представить одного из моих легионеров. Его имя хрен выговоришь, так что мы зовем его Дриппи. Не обманитесь его хорошими манерами — я видел, как этот парень за тридцать секунд вынес штыком троих ангелов. Он стал одним из нас.
Дрипанкеоторофенекс увидел, что люди уставились на него с хорошо знакомым выражением. Как у большинства спасенных из Впадины при встрече с демоном: смесью ярости и жажды мщения. В данном случаем перекрытой фактом принадлежности его к бойцам их лучшего друга и высоким отзывом. Демон впал в замешательство — он знал, что верной демонической реакцией стало бы преклонить колена и пресмыкаться, но быстро понял бесполезность подобного с людьми. Так что попробует быть как люди.
— Сэры, рад знакомству. Не позволяйте моему офицеру ввести вас в заблуждение, это были слабенькие ангелы. Вижу, у вас здесь раненые, могу я им чем-то помочь?
Он задержал дыхание и смотрел на пару людей. Их лица слегка смягчились, злость быстро гасла. Один из них, носивший меч и винтовку, кивнул.
— Ты прав, Такер. Он точно один из нас.
Вертолетная база Третьего легиона, Рай.
Гай Юлий Цезарь сидел на пустой топливной бочке и наблюдал за посадкой ударной вертолетной группы. Пять птичек уже сели, и экипажи передавали их наземным командам. Его сердце слегка сжалось — искомая фигура пока не появлялась. Наконец сели еще два MH-6, и он вперился в них взглядом. И едва не свалился от нахлынувшего облегчения: вот она, вылезает из кокпита. У нее получилось.
— Второй консул. День прошел успешно?
Цезарь произнес слова официальным серьезным тоном. Ее глаза слегка расширились — она ожидала более теплого приветствия. Но знала, что он римлянин, а для римлян стоицизм есть базовая ценность. Женщина собралась и постаралась соответствовать. Про себя Ким решила научить его современной воинской традиции — следующему за «вот срань господня, поверить не могу, что мы оба живы!» сбросу пара. Но сейчас они на публике, и надо соответствовать образу.
— Весьма, Первый консул. Ваш Третий легион разбил и отбросил одно крыло вражеской атаки. Затем сокрушил их центр и связал боем, чем помог союзным частям. Наши потери невелики — один вертолет разрушен трубным гласом, другому пришлось сесть с неисправным мотором. Сразу после ремонта он вернется в строй. Наземные потери мне неизвестны. Возможно, нам стоит проверить?
Цезарь кивнул.
— Ты меня повезешь?
Ким нахмурилась.
— Это плохая идея. В воздухе еще могут быть ангелы. Мы должны ехать наземным транспортом или лететь на двух птичках.
Он серьезно взглянул на нее.
— Только раз, Джейд. Я еще никогда не летал с тобой и не видел поле боя с воздуха. Потом будем летать на двух, но сейчас, всего раз.
Она прикусила губу. Пусть идея плохая, но желание показать летное мастерство было слишком сильным.
— Ну хорошо. Только я возьму эскорт из двух птичек.
Через несколько минут ее Маленькая Птичка вновь неслась над полем сражения. Половину времени Цезарь наблюдал умелые и четкие движения Ким, а другую смотрел вниз, на землю. Он еще не наблюдал ничего подобного, как и не осознавал, какую жуткую бойню способно учинить современное оружие среди нежелающих принять его существование. В душе Цезарь желал бы никогда такого не видеть.
Они перемахнули гряду, и перед ними предстала другая картина. Здесь Цезаря явно ждали. Его легион стоял чем-то вроде парада, хотя он заметил расставленных дозорных, да и отдельные части носили боевую выкладку. MH-6 слегка поднял нос и стал садиться на изрытую землю. Безупречная чистота Рая закончилась — возможно, навсегда; в воздухе висела смесь дыма, пыли и серной вони взрывчатки вперемежку с запахами горелого металла, топлива и жженой плоти. В Раю настал Ад.
— Трибун Мэдьюс, — командир Третьего легиона вытянулся по стойке «смирно». Цезарь едва разбирал знаки отличия человека — темно-коричневые на красном. Офицеры людей предпочитали не выделяться на поле боя. Что неудивительно, учитывая их методы работы с не следующими данному правилу. — Как прошел ваш день?
— Сэр, мы насчитали примерно четыреста мертвых ангелов и более десяти тысяч людей. Наши общие потери — восемьдесят один убитый и двести раненых. Мы взяли тысячу пленных, все из людей. Ваш легион хорошо бился, сэр. Лучше, чем части ЭАЧ в центре, — последнее Мэдьюс сказал довольно и почти хвастливо. Вернее, как понял Цезарь, не хвастливо, но с гордостью за легион.
— Вижу. Всего четыреста убитых ангелов? Из десяти тысяч?
— Они бежали, сэр. Когда они стали проигрывать битву, то бросили своих людей и улетели. Многих достали истребители союзников, но остальные скрылись.
Цезарь кивнул. Затем громко заговорил, махнув стоящим ближе демонам и людям Третьего легиона.
— Воины Третьего легиона! Ваш командир сказал мне, что сегодня вы славно бились. За свою храбрость вы будете вознаграждены. Сегодня ваш легион получит имя. Позвольте объяснить. У каждого легиона есть номер, его пишут на пайках, — по рядам солдат прошла волна почтительных смешков. — Но имя — его легион должен заработать на поле боя. И с сего дня он зовется Legio Tertius Laurifer, Победоносный Третий Легион. И будь кто дурно заговорит о вашей храбрости и отваге, не стоит впадать во гнев. Просто скажите им, что служили в этот день в Третьем Победоносном, и они повесят головы от стыда и вины, что не стояли с вами рядом.
Ряды ликовали. Цезарь широко улыбнулся Ким и подмигнул ей.
— Теперь Легио Примус и Легио Секундус станут отчаянно рваться в бой ради получения имени. А следующая группа легионов станет делать это еще более яростно. Дабы показать наглой первой тройке, что не только та умеет драться.
Ким вернула ухмылку.
— Вижу, ты уже читал про Генриха Пятого[1] .
Штаб Экспедиционной Армии Человечества, Рай.
— Что ж, драться они умеют, — генерал Петреус смотрел передачу с кружащего над полем боя «Глобал Хоука». – И, похоже, Гай Юлий не разучился произносить вдохновляющие речи. Как считаете, мы узнаем, что он сказал?
— Полагаю, к концу недели он напишет об этом в очередном бестселлере, — хмуро ответил генерал сэр Майкл Джексон. Он отлично знал, что Цезарь хороший писатель, а его книги о «настоящей римской истории» уже стали бестселлерами. Что очень хорошо, ведь роялти составляло изрядную часть доходов Нового Рима. HBO только что запустили сериал по «Галльским войнам»[2] , а работала над ним съемочная команда «Рима». И упоминание в конце «технический и исторический консультант: Гай Юлий Цезарь» тоже стало недешевым удовольствием. — Что будем делать с основными частями?
Петреус смотрел на оперативные выкладки, вычисляя безопасные границы и углы рассеяния.
— Да, должно сработать. Устроим им расплату за Содом и Гоморру.
501 тактический ракетный отряд, Рай.
Самоходная пусковая установка взревела, поднимая модуль запуска на четыре ракеты в стартовую позицию. На секунду тот замер, а затем вся машина содрогнулась и выпустила одну ракету из шахты. Сначала это был просто длинный цилиндр с округлым носом, но после выхода из шахты он изменился. Из фюзеляжа расправились крылья, возникло хвостовое оперение, а из брюха выпал воздухозаборник. Похожая на торпеду конструкция превратилась в беспилотный самолет.
Выпустив крылатую ракету, СПУ убрала стартовый блок. Дело сделано.
Ракета носила официальное имя «Грифон», но все звали ее «Гликем»[3] . Она шла тщательно проложенным курсом: поднялась до ста футов и легла на маршрут, а радар в носу измерял рельеф впереди и следил за соблюдением стофутовой высоты. По стандартам ракеты путь перед ней лежал недлинный, а задача до обидного легка. Просто долететь до назначенной точки и сделать дело. За несколько миль до этой точки заработала другая программа, и ракета пошла вверх. Ее не тревожило, что конечный пункт маршрута лежит точно над центром массы пятидесяти тысяч ангелов и более четырехсот пятидесяти тысяч их человеческих рекрутов.
В данной точке сигналы радара и датчиков атмосферного давления скомандовали электронной начинке приступить к инициации. Электроника направила по 72 проводам сигнал на взрывчатую оболочку в самой сердцевине боеголовки W83 в центре ракеты. Через 0.003 микросекунды импульсы достигли пары детонаторов в каждой из 72 точек, заставив смесь взрывчатых веществ сформировать направленную внутрь идеальную сферическую ударную волну. Десять микросекунд спустя волна начала сжимать лежащие друг за другом пустотелые шары из разных металлов. Еще три микросекунды спустя волна сжатия преодолела слой пустот и достигла сердца боеголовки — пятидюймового диаметра урановой сферы. Сила взрыва обратила эту сферу в текучую массу диаметром два дюйма.
В этот момент, через 19 микросекунд от детонации, небольшой ускоритель частиц в передней части боеголовки выстрелил нейтронами в урановую сферу. Атомы урана поглотили эти нейтроны и начали распадаться. В плотно сжатой массе продуктам распада деться было некуда; они ударяли в соседние урановые атомы и вынуждали распадаться их тоже. За следующую микросекунду цепная реакция прошла шестьдесят циклов, после чего система впрыснула в пустотелый центр уранового ядра немного сжатого дейтерий-тритиевого газа, ускорив реакцию до 80 циклов в 0.1 микросекунды. К тому времени урановое ядро достигло температуры в 40 миллионов градусов Фаренгейта.
Но это не имело значения — куда важнее было, что порожденные ядерными реакциями гамма-лучи прошли взрывающуюся массу и через 0.003 микросекунды поглотились корпусом оружия. Корпус разогревался и переизлучал энергию в виде рентгеновских лучей. Они запустили следующее звено цепи.
В задней части W83 находился цилиндр из дейтерида лития, десять на тридцать дюймов. От прямой радиации первого этапа его прикрывала защита. Цилиндр окружал дюймовый слой обедненного урана, а в центре находился урановый же стержень. Рентгеновские лучи с оболочки боеголовки разогревали и сжимали внешний слой обедненного урана. За 0.1 микросекунды цилиндр сжался до 2 дюймов в диаметре. К тому мигу нейтроны первого этапа прошли сквозь брешь радиационного щита и попали во внутренний урановый стержень. Тем самым в последнем запустилась цепная реакция, перегревая дейтерид лития изнутри. Порожденные реакцией нейтроны разбивали атомы лития на гелий и тритий. Еще микросекунду атомы трития и дейтерия сталкивались, порождая гелий. Затем сила термоядерной реакции сдавила ядро устройства с такой мощью, что умирающий процесс деления возродился и пожрал в своем пекле остатки горючего.
Прошло двадцать микросекунд с инициации. Температура уже достигла 600 миллионов градусов Фаренгейта, но внешняя оболочка боеголовки лишь начинала рушиться. Гамма-радиация ядерной реакции уже разошлась на 1300 футов во все стороны. Область пространства размером с небольшого ангела из Неодолимого Легиона Света получила энергию 1.2 мегатонны тротилового эквивалента. Чудовищный выброс гамма-радиации поглощался воздухом, разогревая его до точки начала переизлучения. Это породило сияющий шар газа уже 400 футов в диаметре, и он продолжал расти с многократно превышающей звуковую скоростью. Забавным образом центр оставался невероятно горячим, хотя температура внешних слоев падала по мере отталкивания воздуха прочь. Порожденная раскаленным внешним слоем первая вспышка, что показалась стоящим в 25 милях наблюдателям Третьей бронетанковой дивизии ярче солнца, создала отделившуюся от поверхности шара ударную волну. Она неслась в десять раз быстрее скорости звука и вытесняла воздух, оставляя за собою частичный вакуум. Волна отражалась от земли и окрестных холмов, местами усиливаясь, местами слабея и непредсказуемо терзая беспомощный Неодолимый Легион Света.
Прошло всего 0.08 секунды с инициации. Огненный шар больше не подпитывал взрывную волну и стал отдавать накопленное тепло. Через 1.07 секунды он стал быстро подниматься, а внешняя температура и яркость падали. Тем не менее, он продолжил расширяться еще 8 секунд и достиг наконец максимального размера. Разогретый до 3800 по Фаренгейту у поверхности шар на вершине грибовидного облака сиял зловещим красным светом.
Пророчества свершились. Над Раем воистину взошло Солнце Человека[4]
_______________
[1] Генрих V (англ. Henry V; 9 августа, по другим данным, 16 сентября 1386, замок Монмут, Монмутшир, Уэльс — 31 августа 1422, Венсенн (ныне в Париже), Франция) — король Англии с 1413 года, из династии Ланкастеров, один из величайших полководцев Столетней войны. Шекспир посвятил ему историческую хронику-пьесу.
[2] Записки о Галльской войне (лат. Commentarii de Bello Gallico) — сочинение Гая Юлия Цезаря, в восьми книгах которого он в присущей ему точной, сжатой и энергичной манере описал своё завоевание Галлии в 58-50 гг. до н. э.
[3] BGM-109G “Gryphon” Ground Launched Cruise Missile – крылатая ракета наземного запуска. «Гликем» – прозвище, данное по фонетическому произношению акронима GLCM .
[4] Полагаю, игра слов, основанная на английском переводе Евангелия от Матфея. Son of Man – «сын человеческий» – Sun of Man .
Евангелие от Матфея, глава 24, стих 30:
«тогда явится знамение Сына Человеческого на небе; и тогда восплачутся все племена земные и увидят Сына Человеческого, грядущего на облаках небесных с силою и славою великою».
Если вам нравится перевод, прошу ставить "палец вверх", репостить и подписываться :)