Во Второй Мировой, США и СССР сражались на одной стороне против Гитлеровской коалиции. Две крупнейших, полярных политических системы были близки как никогда, и многие советские граждане проникались американскими идеями. Но были и американцы, коим импонировали веяния коммунизма. Среди последних был инженер-нефтяник, по имени Норман Рис. Он решил помочь Советам в процессе освоения ими громадных нефтяных залежей – и занимался этим последующие тридцать лет.
Рис, сицилиец по происхождению, трудился в компании Mobil Oil – прародителя будущего гиганта индустрии ExxonMobil , что вовсе не мешало ему поднимать с колен нефтяную отрасль СССР. Некоторые представители коммунистического блока того времени утверждали, будто американец был одним из влиятельнейших людей в данной сфере с 1945 по 1960 гг.
Он снабжал СССР чертежами и сведениями о нефтеперерабатывающих заводах и оборудовании, «поделился» технологией, способствующей увеличению выхода бензина из сырой нефти. Благодарные Советы вручили инженеру медаль, закрепили за ним пенсию, и заплатили около $30 000 в качестве компенсации за труды, которые Рис положил на банковский счет в Базеле.
А вот Штаты, напротив, деятельность Рис не оценили, заклеймив его как вражеского шпиона. В 1971 году, на след Нормана, на тот момент вышедшего на пенсию и работающего исключительно в роли консультанта, вышло ФБР. Оперативники, однако, приняли решение не арестовывать Риса, а использовать – отныне нефтяник стал не простым, а двойным агентом. В течение следующих четырех лет он продолжил свои контакты с правительством СССР, однако теперь действовал по указке ФБР, помогая раскрывать агентурную сеть на территории США, и сливая дезинформацию.
Но Федеральные власти США – еще цветочки, куда хуже, когда за дело берется словоохотливая пресса. В 1975-ом, двоим репортерам из газеты Dallas Times Herald стало известно о своеобразном характера деятельности Риса, к тому времени давно разочаровавшегося в шпионаже. Приперев инженера к стенке, они потребовали от него разоблачить себя и рассказать о собственной роли в деле четы Розенберг о продаже Советам ядерных секретов. Рис утверждал, что ничего не знал об этом, и даже прошел проверку на полиграфе, но результаты ее не были убедительными.
В феврале 1976 года, Рис предупредил репортеров, угрожавших ему публикацией статьи, что в этом случае он покончит с собой. Тем не менее, 28 февраля газета опубликовала материал, после чего Рис, на тот момент шестидесятидевятилетний, застрелился из ружья. Уилл Джаретт, редактор Dallas Times Herald подтвердил, что Рис просил их отменить публикацию, либо воздержаться от упоминания его имени, однако они не нашли оснований для подобных действий.
Более других поражены оказались близкие и знакомые Нормана, которые не подозревали инженера в подобных аферах. Его супруга Энн сообщила, что муж никогда не рассказывал ей ни о своих взаимоотношениях со спецслужбами, ни о готовящейся в печать публикации, а соседи характеризовали его как сдержанного, но приятного в общении человека, интересовавшегося рынком ценных бумаг и часто уезжающим в длительные командировки.