Здравствуйте, друзья.
Итак, как мы уже писали, в два года, или чуть позже мы все вместе пошли к логопеду в поликлинику за советом по поводу речи. Слово аутизм вслух еще не звучало в нашей семье. Но именно вслух. Про себя я его уже проговаривала. Вслух не произносила, боялась "сглазить".
Сейчас нашей дочке восемь лет, диагноз "аутизм".
Аутизм: первые звоночки. Как это было у нас. Часть 1.
Аутизм: первые звоночки. Как это было у нас. Часть 2. Что мы не заметили.
Аутизм: первые звоночки. Как это было у нас. Часть третья. "Колокола"
Логопед отправила нас к психиатру. Я это все помню, как будто это было вчера. Так получилось, что кабинет психиатра тогда был прямо напротив логопеда, и психиатр как раз была свободна. Логопед попросила нас принять и мы вошли.
Дочка ходила по кабинету, ни на чем не останавливая взгляд, ничем не интересуясь, я имею ввиду игрушки. Это было именно полевое поведение.
Психиатр что-то спрашивала, мы отвечали, и она нам озвучила диагноз. Ну, конечно, немного "щадяще" для нас, но сейчас я понимаю, что ей все было понятно. Налицо были все аутичные признаки. Психиатр сказала просто: "Возможно, у вашей дочки аутизм. Посмотрите, как она ходит по кабинету. Я ее зову, она не отзывается. Посмотрите, она не заинтересовалась ни одной игрушкой. Конечно, еще понаблюдаем, полечим, посмотрим, придете ко мне на прием такого-то числа......."
Я стала с ней ...не то, чтобы спорить, торговаться скорее, отвечать, мол, ну и что, ну и что, а может, она то или се, а может, ей не понравились именно эти игрушки....
В общем, мы вошли в поликлинику одними людьми, а вышли другими, пришибленными впервые озвученным вслух диагнозом.
Я помню, как мы никак не могли начать разговор об этом дома, между собой, о том, чтобы сказать родственникам, не было и речи. (Если честно, я до сих пор затрудняюсь сказать это слово вслух, говорю: у нас особая девочка, или что-то подобное.)
Не знаю, насколько этичным было решение врача озвучить диагноз сразу. Возможно, их так учат, возможно, это мнение и решение конкретно данного психиатра. Сейчас, по прошествии нескольких лет, и по сравнению с двумя другими "специалистками" (о них я расскажу чуть позже, в следующей статье), я считаю, что поступок психиатра был правильным! Для того, чтобы решить или решать проблему, нужно сначала набраться сил и ее озвучить, признать, что она есть. Засовывать голову в песок еще никому не помогало. Я думаю, что психиатр сделала за меня то, что должна была сделать я - озвучить мужу свои опасения. Мне было страшно начать этот разговор, "сглазить", как это не смешно.
С другой стороны, может быть, и не всегда надо озвучивать не излечимый диагноз. Кто-то, узнав, что аутизм не лечится, может с горя совершить какие-то непоправимые поступки, или махнуть на все рукой, мол, ну, была бы ЗПРР (Задержка ПсихоРечевого Развития), можно было бы что-то делать, а аутизм это все, все.
(Хотя лично я считаю, что ЗПРР это не диагноз, а следствие, и она может быть по очень разным причинам. Но это я сейчас так считаю, тогда я ничего не знала).
Стадия шока, впрочем, точно не продлилась долго. Точно не больше суток. Выйдя из кабинета психиатра и по дороге демой мы не разговаривали об этом, тяжело было начать разговор, не известно, как и какими словами. Но уже на следующий день (а может и вечером того же), мы вовсю обсуждали прием у психиатра. Началась стадия отрицания.
