Эта книга известного французского писателя получила пять литературных премий и, бесспорно, может считаться лучшим произведением автора.
«Черные кувшинки» обладают очевидными качествами хорошей литературы: сюжет искусно сплетает в себе занимательность и познавательность.
С одной стороны, мы узнаем интереснейшую информацию о Клоде Моне, в частности о пристрастии гениального художника-импрессиониста к изображению кувшинок (художником написано более 200 тематических картин), о существующем и поныне последнем пристанище живописца – удивительной деревне Живерни. А, с другой стороны, мы полностью с наслаждением погружаемся в остросюжетную фабулу, имеющую неожиданную развязку.
Самое же главное достижение автора (то, что удается даже не всем литературным корифеям) – это создание безусловной атмосферности, благоуханной и завораживающей. Каждая страница буквально источает аромат картин великого импрессиониста, воплощенных в пейзажах прекрасной Франции.
Но и это не все. Лично для меня самым драгоценным в этом романе оказалась литературная игра писателя с линейным повествованием. Не могу даже вспомнить ни одного постмодерниста, который бы так элегантно, ловко, грациозно обманул читателя. Хотя обман этот великолепен. Смещенный и смешанный хронос повествования, как гром средь ясного неба разражающийся в финале, доставляет какое-то до болезненности изощренное читательское удовольствие и раскрывает на последних страницах авторскую концепцию: подлинное Время не делимо на прошлое, настоящее и будущее, оно существует Всегда, точно так же как бессмертны наши мечты, чувства, грехи… Персонифицирована эта мысль в зловещем и трогательном образе Старухи, которая таит в себе черты и юной художницы, и страстной возлюбленной и мудрой сивиллы…
Вообще, «Черные кувшинки», подобно всякой хорошей книге, являют собой бездонный кладезь различных идей, образов, мотивов. Например, кто-то может прочитать этот роман как пронзительную историю любви. Невозможной, греховной, самозабвенной. И вспомнит при этом бедную мадам Бовари, на которую сделана недвусмысленная аллюзия. А кто-то, может быть, увидит во всем этом романтическую сказку о живущей в старой башне колдунье, которая втайне тоскует о несбывшейся мечте. Ведь недаром лейтмотивом всего повествования являются пронзительные строки Луи Арагона:
Преступно мечтать. Ждет виновного кара.
Мечтать о запретном мораль не велит.
Но вы у меня не отнимите дара.
Карайте! Я буду мечтать. Я — бандит.
О чем же этот роман? Как определить его жанр? Скорее всего, это изящное импрессионистское полотно, которое вселяет чувство призрачной и неугасающей красоты мира, обволакивающей радужным мороком тревожной радости и всепрощающей печали.