Трасса Питер – Москва это жизненно важная артерия страны. К счастью, власть понимала это и не особо внедряла свои креативные опыты по, так сказать, улучшению и ужесточению. Минимум своего присутствия давал свои положительные результаты, люди сами отладили нормальную жизнь и способность дороги на почти невозможное – отсутствие заторов. Однако, это справедливо для некоторой удаленности от Москвы. Вблизи столицы все вставало на свои места, бездарная организация движения и избыток транспорта возвращали наши нервы в нормальное состояние – взвинченное. Снова наружу выползал этот червь современности – расслоение на богатых и бедных. Почему то многие богатые считают, что имеют достаточно крепкие лбы, чтобы позволять проявлять свое, как они считают, превосходство над другими. На самом деле, никакого превосходства нет, картечь обиженного в пробке, легко преодолевает человеческую мораль и достигает внутренних органов, сравнивая всех в положении. Все там будем!...Подобное мне довелось увидеть на подъезде к Зеленограду, когда один неразумно счел себя избранным, а другой не согласился с этим, будучи воспитанным фильмами, где герой- Рембо, просто обязан «вальнуть» для острастки пару человек. Пытаясь понять стрелявшего, приходит мысль, что он порождение прогресса с его компьютерными играми, с множеством жизней и возможностью вернуть игру в начало.
Ладно, отвлекся я, движимый пристрастием к психологии, многим не интересно это, а зря… иногда полезно. Поехали дальше. Заметил одну особенность дорог и постов на них. При движении с юга почти на каждом посту надо платить. В то время это была негласная сумма в пятьдесят рублей. Разумеется, это при условии, что деньги вложены в документы еще до начала разговора. Иногда по запарке, не пополнив содержимого купюрой, давал документы гайцам. Сразу же возникали многочисленные вопросы. Попытка исправить положения полтинником вызывала негодование инспектора. Ставка автоматом вырастала до стольника. Интересно то, что все посты на наших дорогах имеют узконаправленную специфику придирок. Я не знаю, как уж распределялись вопросы компетенции по постам, но редко встречались посты с одинаковым профилем. Наверное, я не очень внятно излагаю? Постараюсь пояснить проще и доходчивее. Каждый пост имел свое направление придирок. Если на постах с весами преимущественно разговаривали о перегрузе и останавливали в основном дальнобой, то на других предпочитали, к примеру, выяснить состояние автошин и о прохождении техосмотра. Третий пост в совершенстве овладел правилом перевозок пассажиров, четвертый преуспел в знании форм и порядка выдачи сертификатов на грузы. Подозреваю, что они и ПДД знали только в рамках, необходимых этому посту. И только ваш покорный слуга, чтобы не стать лохом в одночасье, должен был все это знать еще лучше самих стражей закона, да еще в придачу обладать знаниями психолога. Знания эти были полезны как раз в тех редких случаях, когда корочки с документами опрометчиво не пополнились полтишком. Первым делом гаец мельком взглянув в корки и не увидев желаемого, медленно направлялся вокруг машины, ревностно осматривая ее и собираясь с мыслями как «обувать» водилу:
- Чё везем? И документы где на груз?
- Вот, документы, морковь везу, это …все нормально, - говорил я, акцентируя внимание гайца на исправление оплошности – полтоса, вложенного между листами накладных.
- Не похоже, на нормальность, ты сколько ездишь?
- Долго,… забыл…положить.
- Ну, я и не знаю, что с тобой делать… накладные у тебя, ясное дело – туфтовые, сертификатов нет!…А это что?! – спрашивал гаец, возвращая полтос, явно намекая на его незначительность, - Три таких бумажки!
- Есть все, я же сказал! - твердо заявлял, демонстративно пряча в карман деньги, и всем видом показывая, что с «синицей в руках» страж пролетел, да и «журавль» уже даже не в небе. Наверное, что-то есть во мне такое, что не давало им желания продолжать разговор, опыт подсказывал, что с этим не стоит терять время, принципиальности много. За ним сотни без принципов, заискивающе предложат сами деньги. Но на всякий случай, гаец не отказывался от халявки:
- Ладно, давай, что там было…
- А ничего и не было, сертификаты, техосмотр нести?
- Нет! Счастливо, - протягивая корки, с неким раздражением выдавил гаец.
- И тебе удачи.
Я знал много трюков, как не платить ментам, часть из них были моим личным изобретением, часть – приобретение, полученное мной на одной стоянке. Это было в Самаре. Рядом со мной стоял МАН командор с ростовскими номерами. Познакомился с водителем, это был Юра из Таганрога, бывший военный, очень грамотный парень. Коротая время в отсутствие работы, он многое мне порассказал и смешного, но полезного и бесполезного, чего не надо никогда делать, вступая в разговор с человеком, с гайцами, в нашем случае. Юра не распространялся о месте службы, но легкий анализ его ментальности и познаний психологии и многое другое говорило о причастности к спецслужбе. Почему этот человек, так резко контрастирующий на фоне полуграмотного нашего братства, оказался среди нас, я и сейчас не знаю.
Юра с первой минуты знакомства привлек мое внимание своей неординарностью. После приготовленного вместе и с аппетитом уничтоженного обеда, он достал трубку, настоящую, из вишневого дерева, церемониально поколдовал над ней, набил какого-то табака, в красивой упаковке, закурил. Кабина наполнилась запахом, от которого хотелось наглухо закрыть окна и наслаждаться этим ароматом, чем была пропитана вся обшивка, ошибочно принятое мной за парфюм. Юра рассказал, что таким образом он бросает курить – времени надо много на всю церемонию, в отличие от сигарет, так доступных за рулем. Впоследствии я увлекся трубкой, но вскоре утерял ее, да и нетерпелив я. Юра поведал мне много интересного, остановлюсь немного о его общении с гайцами. Для удобства приведу это в настоящем времени, в некоем отступлении, таком удобном мне в изложении.
На въездном посту в Смоленск Юру остановил молодой лейтенантик:
- Лей..нт Ку…па…ин, документы, пожалуйста
- Как, как? Вы стесняетесь своей фамилии, скажите внятнее - начал свой развод психики Юра.
- Лейтенант Кузопавин.
- Вы что не можете громче говорить, я ничего не услышал, - все, после этих требований гаец, выбитый из привычной колеи, забыл напрочь, как она и выглядела, та колея. Его мозг лихорадочно пытался понять происходящее, доселе неведомое ему. Он вынужден был громко произнести имя и звание этому непонятному человеку. Другому гайцу было бы достаточно этого, он бы поторопился избавиться от неудобного собеседника. Однако паренек был далеко не глупым и решил взять таймаут и помощь коллег:
- Одну минуту, я пробью на компьютере ваше удостоверение, с этими словами он направился на пост.
- Хорошо, но имейте в виду, я тороплюсь, - сказал вслед мой знакомый.
Предполагаемый разговор молодого гайца с коллегой-капитаном выглядел примерно так:
- Это…там умный один, на фуре, наглый очень.
- Чё, домогался, а ты и отказать не смог? – смеясь, спросил капитан, - Сейчас полечим, - добавил, поднимаясь из-за стола. Неспешно, вразвалочку он подошел к Юре и, напрягая весь свой интеллект начал терапию:
- Документы на груз, сертификаты, копии таможенной декларации, предъявите.
- Простите, с кем имею честь?..
- О-о-о, братец, ты сейчас заставил натянуться моим нервам, не к добру это,…для тебя, конечно, - стараясь беззаботно улыбаться, выдавил кэп. Юра демонстративно сунул руку в нагрудный карман, якобы для свершения какого то, известного одному ему действия, но необычайно важного в данной ситуации. Но капитана не пробить подобными уловками имитации включения диктофона!
- Фуру вон туда ставь, глуши, это надолго…
- Потрудитесь объяснить.
- И не подумаю…хотя если интересно, то сомнения у меня в происхождении груза, неразрешимые,…хотя…как знать…зависит от числа названного тобой…простите, вами, - кэп нагло улыбался.
- И что дальше?
- Я тебе…вам…уже все сказал, - продолжал капитан, собирая в кучу все документы, многозначительно покачивая головой, - Глуши машину…приехали, утром приедет таможня.
- Сколько?! – спросил громко Юра.
- Уже, думаю, у тебя столько и не будет в наличие, так что, увы, извини…служба.
- Ты озвучь, а я решу, есть или нет.
- Машину ставь, глуши и на пост! – придавая своему голосу властности, почти шепотом произнес гаец и направился в помещение поста. Юра, ни минуты не колеблясь, пошел следом, зайдя в пост, увидел мельком показанную капитаном бумажку с числом двести и знаком доллара. Оглядевшись, он заметил приоткрытую дверь старшего смены, сидевшего в отдельной комнатке. Нагло ухмыльнувшись в ответ на предложение кэпа, он шагнул к этой двери.
- Разрешите войти, товарищ майор, - поставленным военным голосом произнес Юра, постучавшись в косяк двери, - Капитан в отставке Седов.
- Да, входите, - засуетился майор, - Чем обязан?
- Претензии, товарищ майор, к работе ваших подчиненных, вот, представляете, деньги с меня вымогают. Я с таким впервые сталкиваюсь! Разве честь российского офицера дает право вымогать деньги с водителей?! – продолжал театрально представление Юра. В голове майора выстроилась очередь вопросов и мыслей: « Кто он такой?.. На х*р мне это надо?! Вот, коллеги, с..а, тихо не могут работать! Сидел, мля, никого не дергал…на тебе!» однако, вместо этого он выкрикнул:
- Капитан! Ко мне… и молодого сюда!... сейчас решим , я думаю, вышло какое то недоразумение, - уже обращаясь к Юре дружелюбно произнес старший смены. – Вы пока постойте, пожалуйста, на улице, негоже подчиненных…э-э-э…при посторонних.
- Хорошо, и спасибо вам.
Через пять минут Юра, выслушав извинения от капитана, произнесенные сквозь зубы, ехал в сторону мясокомбината. При этом его живой мозг, решал задачу на будущее – не лучше ли, для эффективности, представляться не просто капитаном, а добавлять причастность к ФСК – так тогда именовалась ФСБ? Выгрузившись ночью на мясокомбинате, мой знакомый поутру спешно выбирался из города, не заметил знак, превысил скорость. Инспектор, сидевший в засаде обрадовался – фура и превышение, это деньги сразу, почти без разговора. Но он ошибся в этот раз. Из кабины МАНа вышел худощавый водитель с бейджиком на груди. « Так, что еще за мэнэгер?» - пронеслось в голове инспектора. Водитель подошел ближе и гаец потерял дар речи, прочитав надпись на табличке: « Извините, но наш разговор записывается на диктофон». Загадочности к происходящему добавили жесты водителя, многозначительно указывающие на надпись. Все! Ступор! Где моя колея?! Как в нее вернуться? Помощь приходит неожиданно от самого виновника – он жестами показывает: «Мол, поеду я, по-тихому, мне тоже неприятности не нужны». Инспектор настолько ошарашен, что принимает такое общение и тоже начинает, молча жестикулировать: спасибо, брат, мол, что так со мной, по-свойски, не паля. Жесты инспектора сдабривались усердной мимикой. «Потеха, да и только с этими тупарями!» – подумал Юра, еле сдерживая смех и забираясь в кабину.
Надо сказать, что у Юры было много подобных фишек, они принадлежат ему, и я вряд ли имею моральное право тут их озвучивать. Надеюсь, что Юра и сейчас «лошит» гайцов. Одной из моих фишек было следующее. При серьезном наезде гайцов, грозившем потерей приличной суммы, я рассказывал дорожным рэкетирам байку:
- Мужики, мы же все люди и должны входить в положение…Вона меня сейчас пыталась завербовать то ли ваша служба безопасности, то ли фсбэшники, но я же не повелся.
- Как?! Где?!
- Да на н..ском (предыдущем )посту, предложили посадить ко мне их человека и провоцировать вас на вымогалово.
- Да ладно?! Не гони, - с нескрываемым удивлением и живой заинтересованностью радовались удаче менты.
- Да что мне гнать? Вон, поди, следом за мной и подъедут… тогда, и поверите, - уверенно плел я интригу. Представляю, сколько денег они не досчитывались от таких выходок! Меня благодарили и отпускали, признаюсь, что особо я не радовался…не честно как то, может, поэтому я и никогда ранее ни с кем не делился подобными откровениями.
Ладно, отложим в сторону отступления и продолжим. Как я уже писал ранее, выезжая в путь, дорога для меня переставала быть тем объектом романтики, коим очарована молодежь, хотя были и исключения. Тут все зависит от состояния души. Весело на душе – и дорога явит веселое. Впрочем, сказанное справедливо и применительно ко всей нашей жизни. Как то так получилось, что веселое было всегда ближе мне и, наверное, даже притягивалось само собой. Доехали благополучно до Богучар, где был единственный, пожалуй, пост задачей которого было не только сбор денег, но и действительная проверка документов, груза и прочее. Это единственный пост, выполняющий свои функции как того требует само понятие поста контроля. Обычно двигаясь на юг, можно было проехать без остановок на постах. Но если гаишники на этом посту тормозили, то усердно проверяли досконально все, даже личные документы сопровождающих. Вернусь немного назад. Серега, мой друг, еще в Питере начал вливать в себя литр за литром пиво. Подобное занятие требовало частых остановок на отлив лишней жидкости. Понятно, что мне это не особо нравилось. С наступлением ночи попросил друга поумерить пыл в потреблении напитков:
- Серег, достал ты уже перессыками своими, хорош пиво хлестать, ложись, спи!
- Да как спать? Жара в кабине! Ты бы еще и футболку снял и ехал, как пижон!
- Сними с верхнего спальника свой матрац с бельем на низ, раздевайся и спи, я не могу в свитере ехать, засну на хрен.
- Ну, печку немного потише сделай! – согласившись на предложение, с огорчением произнес Серега, - И маг включи, скукота.
- Давай лучше поговорим, о чём нибудь, так хоть не засну, - продолжал я
- Так спать или беседовать под пивко будем? – не унимался друг, похохатывая, намекая на оставшееся пивко.
- Лучше спи, - произнес я, поймав какую-то интересную радиопередачу, где диктор рассказывал историю о войне. На этом наш разговор прекратился, и мы окунулись в слушание рассказа. Диктор очень талантливо передавал нам все переживания того далекого времени. Серега, развалившись в одних трусах на нижнем спальнике, допивая початую бутыль, изредка вставлял свои комментарии. Рассказ был просто завораживающим. Наступило то редкое сочетание факторов, когда незаметно пролетало время и стремительно росло количество пройденных километров.
Гаец, прохаживающийся вдоль дороги не показывал никакого желания нас останавливать. Однако когда мы поравнялись с ним, он вдруг, как будто очнувшись, резко замахал жезлом. Я сразу же остановился, стараясь особо не смещаться к обочине, этим заставляя гайца поскорее решить со мной все вопросы.
- Чё случилось, командир?! – задал я вопрос, высовываясь через опущенное стекло.
- Пойди на пост, зарегистрируйся, - явно не расположенный к общению гаец, сопроводил ответ жестом в сторону здания поста.
Я взял документы и поспешил в пост, мысленно поторапливая и себя, и гайцов, прервавших слушание интересного рассказа. Капитан, кемаривший за столом, проверил все бумаги, задал пару вопросов, записал нас в свой журнал. Лениво просматривая документы, натолкнулся на вложенный полтинник. Наверное, так быстро выходить и снова входить в сонное состояние, незаметным глазу, стремительным изъятиями купюр, могут только сменные работники ГАИ. Капитан возвратил документы, и я торопливо пошел в свой «ренаульт» – там меня ждал рассказ. Я сел в кабину, решив продернуть немного машину и остановиться на ночное чаепитие. Пытаясь понять, что из рассказа я прослушал, увидел, как гаец жестами дает команду поскорее покинуть площадку поста. Я незамедлительно исполнил требуемое.
Постепенно рассказ снова захватил все мое внимание, и пропало желание пить чай. Спросил о чае Серегу, тот промолчал – тоже, наверное, заслушался, а может и спит. Ну да ладно, это надо греть…в кафе попьем, кофейку. Через несколько километров в зеркале увидел приближающиеся два огонька света фар. Догоняющий, часто моргая светом, предлагал остановиться. Ага! Сейчас …я ночью остановлюсь на требование какого то идиота! Вместо остановки я уверенно надавил на газ. Неперегруженный «Магнум», весело откликнулся на просьбу, быстро набрав скорость до ста тридцати. Преследующий сначала вроде бы поотстал, но затем уверенно приблизился и, даже перестроившись в левый ряд, пошел на обгон. Ну, обгоняй, подумалось мне, гонки мне ни к чему! Но на всякий случай решил Серегу привести в состояние боевой готовности:
- Серег, ствол достань, тут движняки какие-то начинаются.
В это время обгонявший поравнялся с кабиной, начал сигналить, угловым зрением заметил, что пассажир жестами указывает остановиться. Я неоднократно попадал в такие ситуации, поэтому был готов идти на таран уродов, если те попытаются останавливать, подрезая мне путь. Такая решительность была оправданной мерой. Откуда мне знать, что хотят эти парни, какое и сколько у них оружия? «Пока велика скорость и они в опасной близости, стрелять никто не будет», - логично соображал я. Повернув голову в сторону нарушителей моего спокойствия, определил, что это обыкновенная десятка, и даже с номерными знаками. На эмоциях, я уже почти сорвался на крик, выражая свое недовольство:
- Давайте, уроды, будем меряться писями! Серег, ты чё возишься там, ствол давай!
И тут я просто вошел в ступор, в десятке опустилось пассажирское стекло и светом фар мне был явлен голый мужик, высунувшийся наполовину из окна и отчаянно махавший рукой. Меня это так озадачило, что я просто перестал соображать. «Ну ладно бы летом пассажир голым торсом тут отсвечивал, но сейчас…холодно ведь!» - подумалось мне.
Легковушка вырвалась вперед и через какое-то время я увидел огни аварийки и раскоряченную поперек десятку. На дороге стоял мужик в трусах и махал руками, требуя остановиться. «Все, надо бить, или мы их сейчас или они нас… потом! Но какого хрена он в трусах?!» - мысль лишила меня уверенности и вместо того, чтобы прибавить газу и направить грузовик так, чтобы удар был по касательной, я начал тормозить, уже громко крича:
- Серега! Ствол давай, чё вошкаешься?! – однако Серега молчал. Я остановился метрах в двацати от десятки со странными людьми, щелкнул кнопку центрального замка, суетливо повернулся к другу за карабином и оторопел… друга не было на спальнике! И тут мой, приторможенный ночью мозг, пронзила мысль, которая все объясняла. Уже не сомневаясь, подъехал почти вплотную к мужику в трусах. Мой истерический хохот не давал возможности разобрать, что там кричит Серега, мой друг, нелепо стоящий в трусах на автотрассе где-то между Воронежем и Ростовом. У меня много было случаев в жизни, вызывавших смех, но этот…Я и сейчас хохочу, вспоминая ругань моего друга. А что там ругань… скорее веселый разбор полетов! До утра сон нас покинул напрочь… смех! Впоследствии, мы с ним даже кодовое название этому случаю придумали: « поссал на посту в Богучарах». После этого в дороге заснуть друг мой даже и не пытался.