60 лет назад состоялся первый полет человека в космос. Готовился он вроде бы в тайне, но, оказывается, слухи об этом событии охватили Москву, а затем и весь мир, за несколько дней до исторического старта.
В День космонавтики у нас часто и с удовольствием вспоминают о том восхищении, с которым писала о полете Гагарина зарубежная пресса 12 апреля 1961 года. Но самое удивительное, что разного рода сообщения о готовящемся событии стали поступать из Москвы еще за день до легендарного старта. Некоторые из них отлично передают дух того времени.
Вот, к примеру, что еще 10 апреля 1961 г. сообщал своим читателям московский корреспондент американской газеты Prescott Evening Courier: «Упорные слухи о том, что русские вот-вот запустят человека в космос, охватили сегодня Москву. Им нет подтверждения, но есть признаки того, что готовится нечто важное. Съемочная группа телевидения дежурила на Центральном телеграфе, где собираются иностранные корреспонденты, предположительно, чтобы снять, как они будут передавать сообщение о важном событии… Когда советских телеоператоров спросили о причинах переполоха, один из них указал вверх и сказал «muschina», что значит – человек».
А вот как атмосферу всеобщего ажиотажа передавал корреспондент американской газеты Spokane Daily Chronicle: «Съемочная группа советского телевидения появилась на Центральном телеграфе и расставила прожекторы в местах, куда должны были устремиться корреспонденты. «Где же корреспонденты?» – спросил один телеоператор. Одна из работниц телеграфа терпеливо объяснила, что после того, как 23 марта была отменена цензура, корреспонденты сюда не спешат.
Примечание НИКСа: До 1961 года все корреспонденции иностранных журналистов в СССР подвергались цензуре. Вот что об этом вспоминает московский корреспондент United Press International Николас Данилофф: «Не существовало телефонных линий, которыми можно было бы пользоваться, чтобы передавать корреспонденции в свою редакцию. Нужно было ехать на Центральный телеграф рядом с Кремлем, везти туда текст депеши в письменном виде, в нескольких экземплярах, которые передавались цензору. Своими глазами этих цензоров мы никогда не видели – они сидели в другом помещении, и никакого доступа к ним у нас не было. Так что мы сдавали свои статьи на цензуру и просто ждали, когда мы сможем отправить их телеграммой в Лондон, Нью-Йорк или куда-то еще. Ожидание могло занять и 20 минут, и 5 часов. В марте 1961 года американские журналисты обратились к Никите Сергеевичу Хрущеву с письмом, в котором писали: "Вы – лидер, устремленный в будущее, и создание такого рода препятствий для иностранных журналистов отнюдь не укрепляет репутацию Советского Союза за рубежом. Не рассмотрите ли вы вопрос об отмене цензуры?" И вскоре Хрущев ответил, что цензура для иностранных журналистов будет отменена. И она была отменена… Это кардинально изменило нашу жизнь. Мы больше не сидели часами на Центральном телеграфе. Нам было разрешено установить в наших офисах телексы – аппараты, которые позволяли пересылать наши сообщения непосредственно в наши редакции в Лондон, Париж, Нью-Йорк, Вашингтон».
Сергей Хрущев, сын Никиты Хрущева, в своих воспоминаниях об отце называет другую дату отмены цензуры для иностранных журналистов: «20 марта 1961 года произошло «судьбоносное» событие – отменили цензуру. Не вообще цензуру, а на сообщения иностранных корреспондентов в свои агентства и газеты. В сталинские времена ввели такую практику: цензор на Центральном телеграфе перед отсылкой корреспонденции ее внимательно прочитывал, вычеркивал «запрещенное» красным карандашом и ставил свой личный штамп. Ничего, кроме неудобств для корреспондентов и испорченной репутации для нашей страны из этого не получалось. Корреспонденты переправляли статьи безо всякой цензуры диппочтой или уезжали через Ленинград в Хельсинки и отправляли сообщения оттуда. Правда, в случае «особо злостной клеветы» их могли не впустить обратно, но после смерти Сталина такое происходило все реже. И тем не менее цензуру сохраняли. На одном из приемов кто-то из иностранных журналистов нажаловался отцу. Тот приказал: «Отменить». Отменили. На первых порах корреспонденты не верили своему счастью, однако вскоре привыкли. К хорошему быстро привыкаешь. Отец же при случае «подкалывал» идеологов: «Отменили цензуру, и ничего не произошло, страна не рухнула». Идеологи мрачно отмалчивались, с отцом они не соглашались, но и противиться ему не осмеливались».
Но вернемся к сообщению американского корреспондента о волнующих событиях на Центральном телеграфе.
«Вы здесь, чтобы снять реакцию на космонавта?» – спросил заглянувший сюда корреспондент.
Один из полудюжины техников поджал губы.
«Подождите до 3 часов», – сказал он.
Наступило 3 часа и – ничего…
Затем один их техников пошел к телефону, возбужденно поговорил с кем-то и сказал: «Ждите до 4 часов».
Наступило 4 часа. Объявления о космонавте все еще нет.
Немного после 4 часов дня телевизионщики уехали, забрав все свои камеры, прожекторы и кабели».
А вот сообщение выходившей в Солт-Лейк-Сити газеты The Deseret News: «По городу продолжали распространяться сведения о пилотируемом космическом полете. Граждане звонили в «Правду» и другие газеты, а также на московское радио, чтобы узнать, запущен ли человек в космос. Им говорили, что информации нет. Некоторые советские журналисты даже намекнули зарубежным коллегам, что ожидают важное объявление и особое внимание обращали на новости в час дня. Однако комментатор сообщил только рутинную информацию о том, как советские люди «добиваются новых успехов в подготовке к 23-му съезду Коммунистической партии». Иностранные корреспонденты были наготове с теле- и фотокамерами. Некоторые репортеры организовали дежурство вокруг Московского планетария, тщетно пытаясь получить какие-нибудь надежные сведения».
Некоторые издания в условиях дефицита информации умудрялись сообщать сенсационные подробности. Шотландская The Glasgow Herald, одна из старейших газет мира, 11 апреля даже опубликовала на первой полосе портрет предполагаемого первого русского космонавта с подписью: «Геннадий Михайлов, русский летчик-испытатель, чье имя упоминалось в качестве первого астронавта России».
Примечание НИКСа. Начиная с 1957 года и до полета Гагарина западная пресса успела «запустить» в космос 11 русских космонавтов, которые почти все, разумеется, погибли. Большинство людей, поминавшихся в этих сенсационных материалах, включая и Михайлова, на самом деле работали техниками-испытателями в Институте авиационной и космической медицины. Их фотографии и фамилии совершенно открыто публиковались в советской прессе, что и послужило, видимо, источником информации для западных «аналитиков». Особенно усердствовали в подобных расследованиях итальянцы, сообщавшие фантастические подробности о космических полетах секретных советских космонавтов. Большую помощь им в этом оказывал «центр радиоперехвата», который организовали под Турином два брата-радиолюбителя. Они умудрились записать стук сердца вышеупомянутого космонавта Михайлова, предсмертные хрипы космонавта Белоконова, прощальные вопли космонавтки Людмилы, а также переговоры с Землей космонавта Грачева, которому приказали ловить за бортом космического корабля светящиеся радиоактивные частицы, что, кстати, он успешно проделал.
Впрочем, раздавались и трезвые голоса. Калифорнийская Evening Independent передает комментарий из Вашингтона: «Доктор Хью Л. Драйден, заместитель директора гражданского космического агентства, сегодня вылил ушат холодной воды на сообщения о том, что русские запустили человека в космос. «Мы видели сообщения в прессе, – сказал Драйден. – Насколько мы можем судить, это чистые слухи, основанные на разговорах с русскими таксистами, говорившими еще с кем-то».
На страницах газеты The Florence Times выступил главный ракетчик Америки: «Доктор Вернер фон Браун, комментируя слухи о том, что Россия отправила человека в космос, сказал, что, по его мнению, русские могут сделать это «в любое время, как только получат команду». «Если они сделали это, – добавил он, – то совершили нечто выдающееся с профессиональной точки зрения». Фон Браун предположил, что США отправят человека в космос и вернут его до конца года. «Но они нокаутировали нас. Вот что это такое», – сказал он. «Разве они лучше нас?» – спросили его. Он ответил: «Я так не думаю. Они просто начали на несколько лет раньше нас. А то, чего нельзя купить ни за какие деньги, – это время».
Комментарий НИКСа. Фон Браун в данном случае несколько преувеличил советский гандикап. Программа Mercury по подготовке пилотируемого полета в США стартовала 7 октября 1958 года, а к разработке «Востока» в ОКБ-1 Королева в СССР приступили 15 февраля 1958 года, причем решение о приоритете пилотируемого корабля над проектом спутника-шпиона на той же конструктивной основе было принято лишь в ноябре 1958 года. То есть разница в лучшем случае составляла несколько месяцев, но никак не лет. Иное дело, что у США к тому моменту не было ракеты-носителя, сравнимого по возможностям с Р-7 Королева. Но и здесь пенять им не на кого: обе страны начали свою послевоенную ракетную гонку практически одновременно с освоения «чудо-ракеты» Фау-2 фон Брауна. При этом в распоряжении Америки был еще и сам фон Браун. Правда, к космическим делам немца действительно не подпускали несколько лет, а своих мозгов у американцев, видимо, на это дело не хватило.
В недавно вышедшем американском сериале «Ради всего человечества» описываются события, которые могли бы произойти, если бы на Луну первым высадился не Нил Армстронг, а Алексей Леонов. В частности, очень интересно было наблюдать за интригами второй серии, где любимца всей Америки Вернера фон Брауна вызвали на слушания в Конгресс и спросили, знал ли он, что на заводе по производству ракет Фау-2, директором которого он был, использовался труд узников концлагеря Дора. После чего последовало уточняющее замечание о том, что фон Браун не мог об этом не знать, поскольку концлагерь располагался всего в паре километров от вверенного ему завода. Затем последовала демонстрация фотографий фон Брауна в компании с Гитлером. Блестящая карьера немца в NASA завершилась позорным изгнанием. В кино. Если бы так произошло и в жизни, то не исключено, что первым на Луне и в самом деле оказался бы Алексей Леонов или кто-то из его товарищей.
Но вернемся к событиям апреля 1961 года.
Особенно отличилась в те волнующие дни газета британских коммунистов Daily Worker, которая 12 апреля сообщила, что, согласно хорошо информированным источникам, советский космонавт, сын высокопоставленного советского авиаконструктора, стартовал в космос еще 7 апреля, вернулся на Землю, совершив три витка вокруг планеты, и в настоящее время под наблюдением специалистов «страдает от последствий своего полета». Газета даже поместила портрет героя и схематический рисунок его корабля.
Примечание НИКСа. Версия о том, что первым космонавтом на самом деле был летчик-испытатель Владимир Ильюшин, сын известного авиаконструктора, держалась дольше других. Основанием для нее послужило то обстоятельство, что в 1960 году, когда Владимиру Ильюшину присвоили звание Героя Советского Союза, он передвигался на костылях. Вывод однозначен: конечно, летал в космос и неудачно приземлился. Причем муссировались дополнительные подробности о том, что вынужденную посадку Ильюшин совершил в Китае, где его задержали как шпиона, а Мао Цзэдун пытался выведать у него космические секреты. Ильюшин действительно в 1960 году ходил на костылях после автомобильной аварии, в которую попал 2 июня 1960 года, и действительно побывал в Китае, где проходил реабилитацию с использованием средств восточной медицины. В итоге версия о его полете в космос до Гагарина оказалась настолько живучей, что 1 мая 1961 года ТАСС распространило специальное заявление летчика, в котором он разоблачал измышления западных любителей сенсаций. И все равно в книге рекордов Гиннесса издания 1964 года именно Владимир Ильюшин значился первым человеком, побывавшим в космосе.
Но наконец пришло официальное сообщение ТАСС о полете Гагарина, Daily Worker разразилась новой статьей с эффектным заголовком «Коммунист в космосе», а канадская The Windsor Star опубликовала специальное разъяснение: «Имя советского космонавта Юрия Гагарина произносится как «U-ree Gaa-garr-in» с одинаковым ударением на каждом слоге фамилии. Нью-Йоркский офис ТАСС, официального советского новостного агентства, объяснил произношение этого имени – сравнительно простого для русского языка».
Да, было время, когда весь мир разучивал сравнительно простые русские фамилии, а за новостями об освоении космоса западные журналисты бегали в московский планетарий.
Холдинг НИКС – это сеть из более чем 100 магазинов цифровой техники по всей России; это инжиниринговый центр по проектированию высокотехнологичных производств «Проектмашприбор», на 75% принадлежащий компании НИКС и на 25% – Госкорпорации «Ростех»; это нанотехнологическая лаборатория, в стенах которой разработаны и изготовлены сканирующие туннельные микроскопы, исследуется квантовый электронный транспорт в металлических наноструктурах, ведутся работы по квантовым вычислениям; это агропромышленный комплекс «Тюринский» площадью 19 800 га в Тульской области, который по производительности труда сопоставим с немецкими фермерскими хозяйствами.
источник: nix.ru